Выберите регион

Смотрим на

Спасти циклотрон

Апрель 1943 года

К началу апреля завершилась Ржевско-Вяземская операция. Долгое время враг удерживал стратегически важный плацдарм, сосредоточив на нём большую часть сил группы армий «Центр». Немецкое командование называло этот участок фронта «кинжалом, нацеленным на Москву», в итоге ставшим для Красной армии «воротами на Берлин». Ценой героических усилий войск Калининского и Западного фронтов гитлеровцы были отброшены от рубежа прорыва на 130 километров. В результате наступления Красной армии были освобождены 180 населённых пунктов и значительная территория Смоленской области. Однако потери советских войск под Ржевом в ходе четырёх наступательных операций в 1942-1943 гг. превысили миллион человек.

Продвижение армий Ленинградского и Волховского фронтов замедлилось. Мужественным ленинградцам предстояло ещё много месяцев жить и работать в осажденном городе.

Тем временем в Москве И. В. Курчатов стремительно разворачивал исследования. Он направил в Ленинград ученых для выполнения особого важного задания. В чем же заключалась секретная миссия физиков в блокадном городе?

Для начала работ над атомным проектом был нужен циклотрон. Создать установку в Москве в краткие сроки было невозможно. Циклотрон ЛФТИ, пуск которого планировали в 1941 году, остался в осажденном Ленинграде (см. материал #Секретная война\Первый день войны). Самые ценные детали установки были демонтированы и надежно спрятаны под землей. Об этом знали лишь несколько человек. В их число входил и Леонид Михайлович Неменов – друг и коллега И. В. Курчатова. Они познакомились ещё в 1925 году:

«В лице Курчатова я приобрел старшего товарища и друга… В 1939 году Игорь Васильевич, договорившись с А. Ф. Иоффе, предложил мне перейти в его отдел и принять участие в создании большого циклотрона с полюсами диаметром 1200 мм. Этот циклотрон должен был быть самым крупным в Европе. Я с удовольствием принял предложение и с этого момента до самой смерти Игоря Васильевича имел счастье работать под его руководством».

Уже с марта 1943 года Л. М. Неменов по поручению Курчатова занимался созданием циклотрона в Москве. Он вспоминал:

«Мне и моему будущему коллективу поручается задача — в кратчайший срок с помощью циклотрона получить трансурановый элемент с порядковым номером 94. Получить хотя бы в индикаторных количествах. Теоретики предсказывали важное свойство этого элемента, не встречающегося в природе (позднее он стал известен под названием "плутоний"). Микроколичества плутония следовало иметь для того, чтобы провести химические исследования по его выделению в чистом виде.... На проектирование, изготовление и запуск циклотрона давалось 16 месяцев. Срок казался невероятно малым, но он был согласован с правительством».

Перед ученым встал ряд важных вопросов. Где именно начать строительство нового циклотрона? Как добыть дефицитные детали? Часть из них, конечно, можно было позаимствовать в Ленинграде, однако сам город в то время по-прежнему находился в полукольце вражеской блокады. А. П. Александров вспоминал:

«Кафтанов, с ним я встречался…, когда был в Москве, меня спрашивал, необходимо ли перевезти циклотрон из Ленинграда, если начинать эти работы, и как я вообще смотрю, есть ли смысл какой-нибудь в этом. Я ему тогда сказал, что такая обстановка, что трудно думать, что эти работы могут быть должным образом развернуты».

Но другого выхода не было: изготовить сложное оборудование в Москве тогда не могли.

Леонид Михайлович Неменов отправился в осажденный Ленинград вместе с инженером П.Я. Глазуновым:

«Нам предстояло лететь самолетом до Хвойной, там дожидаться темноты, а затем на бреющем полете пролететь над Ладожским озером и приземлиться на Охтинском аэродроме…. Долетели мы благополучно».

Им были выданы специальные письма к А. А. Жданову, который занимал пост секретаря обкома Ленинграда и руководил всем городским хозяйством. Неменов писал:

«На следующий день отправились в Смольный и передали два письма. В них содержалась просьба к ленинградским руководителям оказать нам всемерное содействие. О ходе выполнения задания мы должны были регулярно докладывать Курчатову».

Во дворе Физико-технического института ученые извлекли из земли медные трубы и латунные шины циклотрона, подготовили к перевозке генератор и выпрямитель установки. Всё оборудование было погружено в два товарных вагона и отправлено из Лесного на Тихвин. В это время в Москве И. В. Курчатов добился размещения на заводах срочных заказов на изготовление электромагнита для циклотрона. Одновременно началось проектирование ускорительной камеры.

За вывоз оборудования из Ленинграда Л. М. Неменову и П. Я. Глазунову была объявлена благодарность.

Фото: Распоряжение И.В. Курчатова о вынесении благодарности сотрудникам Л.М. Неменову и П.Я. Глазунову за доставку оборудования из Ленинграда. Источник: Архив НИЦ КИ

Сохранилось письмо И. В. Курчатова к сотрудникам ЛФТИ (директор — П. П. Кобеко), в котором он писал: «Вам мы обязаны тем, что ценнейшее оборудование ядерной лаборатории, созданное и приобретенное годами упорной работы коллектива ядерных лабораторий, оказалось в сохранности и может в нужный момент быть использовано. Не ограничиваясь этим, вы оказали нам сейчас огромную помощь при изготовлении и отправке оборудования, весьма необходимого для нашей работы». Циклотрон в Лаборатории № 2 был пущен в 1944 г. Он был тогда единственным действующим циклотроном в СССР. 

Читайте также