Выберите регион

Смотрим на

Решающий 1943

осень 1943 года

Победа Красной Армии под Курском обеспечила быстрое наступление советских войск к Днепру. Битва за стратегически важный рубеж проходила в августе–декабре 1943 года на огромном фронте. Она стала ключевым этапом в освобождении Красной Армией Левобережной Украины, а затем и в продвижении наших фронтов по Правобережной Украине к границе с Румынией.

14 августа 1943 года А.Ф. Иоффе подписал приказ о переводе на постоянную работу в Лабораторию № 2 в Москву первых 10 человек Казанского филиала ЛФТИ. О начале работы коллектива, достигнутых результатах и планах на 1944 г., позже рассказывали его участники.

А.П. Александров, вспоминая осень 1943 г., писал:

«В это время в Казани начали появляться в большом количестве деятели из Курчатовской лаборатории…. Приезжает Панасюк из Ленинграда, который там жил во время блокады. Отзывают из военно-воздушной Академии, где он преподавал, Флерова (в Йошкар-Оле). Он приезжает в Казань, через некоторое время уезжает в Москву. Панасюк тоже в Москве. Туда же уезжает Гуревич. Уже уехало много Алихановских деятелей, которые вначале все были в Москве. С флота отзывают Щепкина Германа. Потом появляется Миша Ермаков... Тоже лаборант или младший научный сотрудник у Игоря Васильевича. Так они появляются в Казани дня на 2-3, потом вжик и исчезают…ясно, что уже затевается по этому поводу большое какое-то дело».

В августе 1943 г. приказом директора по ЛФТИ был юридически оформлен первый состав московской Лаборатории № 2. Из Казани в столицу были переведены: И. В. Курчатов в качестве заведующего, А. И. Алиханов, М. О. Корнфельд, Л. М. Неменов, П. Я. Глазунов, С. Я. Никитин, Г. Я. Щепкин, Г. Н. Флеров, П. Е. Спивак, М. С. Козодаев, В. П. Джелепов.
Игорь Васильевич находился в Москве с осени 1942 г. и постоянно занимался решением организационных и научных задач. В. П. Джелепов вспоминал:

«В августе 1943 года по срочному вызову я прямо с вокзала явился к Игорю Васильевичу в его первую резиденцию на Пыжевском переулке в здании, где размещался тогда Институт сейсмологии АН СССР. Он …объявил, что я с Л. М. Неменовым должен буду заниматься сооружением циклотрона, который предполагается разместить в … лабораторном корпусе на улице с показавшимся мне тогда странным названием Бодрой. Теперь, когда она названа улицей И. В. Курчатова, вспоминая те далекие дни, я думаю, что это название оказалось очень символичным. Курчатову всегда были свойственны удивительная сила и бодрость духа, вот гостеприимная Москва и подарила ему эту улицу».

18 августа И.В. Курчатов представил М.Г. Первухину (заместитель председателя Совнаркома) план работы Лаборатории №2 до конца 1943 года. Дополнительного поиска решений требовали вопросы создания различного типа реакторов («котлов») из металлического урана, смеси урана и графита, опыты по получению тяжелой воды. К работе были привлечены научные отраслевые институты (ГЕОХИ, РИАН, Гиредмет, Институт неорганической химии, Физико-химический институт, ВИАМ и др.).

Сотрудники Лаборатории № 2 должны были к концу 1943 года:

1. Разделить изотопы урана и получить при помощи ультрацентрифуги несколько миллиграммов урана-235.
2. Закончить строительство циклотрона.
3. Провести опыты и расчеты, необходимые для конструирования и изготовления диффузионной машины для разделения изотопов.
4. Провести определение ряда величин для урана-235 и урана-238, знание которых необходимо для конструирования котла и бомбы.
5. Построить модель уран-графитового котла, состоящего из 10 тонн графита и 1 тонны урана, с целью определения характеристик этой системы.
6. Разработать проект ректификационной установки для обогащения воды тяжелой водой от 1-2 до 98 %.

Поставленные задачи предстояло решать силами коллектива из 10 человек. В. П. Джелепов, работавший над циклотроном, вспоминал:

«Курчатов торопил нас…. Нередко работал вместе с нами, а поздно вечером ехал еще в Кремль или в министерство на очередное совещание. Таков был стиль его работы. Поручая те или другие важные дела другим, сам он всегда был полностью и очень конкретно осведомлен об их состоянии на данный момент и очень умело и оперативно помогал преодолевать трудности».

В конце 1943 г. Курчатов предложил А. П. Александрову организовать исследования по термодиффузии. Анатолий Петрович вспоминал:

«Через некоторое время, это было уже в конце 43 года, мы начали усердно изучать по всем возможным литературным источникам все дела, относящиеся к атомной проблеме…. Вдруг в какой-то момент приезжает опять Игорь Васильевич и ведет уже со мной разговор…. Он сказал, что очень трудным делом является разделение изотопов, что нужно тут работать по всем направлениям, и поэтому он был бы очень рад, если бы мы включились тоже в одно из возможных направлений».

В Лаборатории рассматривались все возможные методы разделения изотопов урана: термодиффузия, центрифугирование, электромагнитный метод и др. В конце 1943 года И. К. Кикоин писал зам. Председателя Совнаркома М. Г. Первухину:

«Изучение проблемы разделения изотопов урана, которой мы занимались в течение истекших 10 месяцев, по предоставленным нам материалам и самостоятельно, привело нас к заключению, что проблема технически вполне разрешима…».

«В 1943 г. в Лаборатории № 2, – писал И.В. Курчатов, – была сконструирована ультрацентрифуга…Центрифуга была построена на заводе №26 и была установлена в Свердловске. Аппарат был испытан на разделение воздуха и водорода и дал хорошие результаты…Наибольшие перспективы получения урана-235 в больших количествах связываются у нас с методом диффузии, разрабатываемым с 1943 г. в Лаборатории №2 Кикоиным, Вознесенским и Соболевым». 

Фото: Справка о результатах работы Лаборатории № 2 в августе-ноябре 1943 г. по информации, полученной от И.В. Курчатова. 28 ноября 1943 г. Источник: Архив Дома ученых им. А.П. Александрова НИЦ «Курчатовский институт» (Копия РГАСПИ)

В своем отчете перед правительством И. В. Курчатов подробно изложил итоги первых месяцев работы. Сотрудники Лаборатории экспериментально установили, что для создания уран-графитового «котла» необходим особо чистый графит. Имевшиеся в их распоряжении образцы от Челябинского, Московского и Кудиновского электродных заводов, а также полученные небольшие партии американского ачесоновского графита непригодны для работы, т.к. содержат примеси. С конца 1943 года задача получения сверхчистого графита станет приоритетной для ученых, и она будет решена в кратчайшие сроки.

Для циклотрона были выполнены чертежи разгонной камеры, которую обещал изготовить опытный завод Института горючих ископаемых АН СССР. С помощью государственных кураторов атомного проекта были размещены заказы и на важные конструктивные элементы установки.

Впоследствии А.П. Александров вспоминал:

«Пожалуй, именно 43-й год явился решающим не только в войне, но и в решении атомной проблемы. Началось изучение поглощения нейтронов в графите, разработка методов получения графита необходимой чистоты и соответствующих методов контроля. Были доставлены из Ленинграда многочисленные элементы циклотрона, выполнен проект и готовилось его строительство, на заводах выполнялись заказы по нему, начались работы по всему фронту огромного плана.... И. В. Курчатов сформировал не только фронт работ по решению задачи создания атомной бомбы, но и по проектированию ускорителей на перспективу, разведочных работ по атомной энергетике различного назначения, первоначальных поисков в области термоядерных реакций».

Читайте также