Выберите регион

Смотрим на

Музей Виктора Черномырдина зажил масштабной жизнью

Родовое село Черномырдиных Черный Отрог открывает масштабную экспозицию о своем земляке. В уникальном собрании – эпоха. Вплоть до знаменитых крылатых фраз.

Автор: Дмитрий Киселёв

9 апреля, в день рождения первого председателя правительства России Виктора Черномырдина, на его малой родине в Оренбургской области открылся музей. Огромная экспозиция в селе Черный Отрог собрала более 25 тысяч предметов.

Черномырдин возглавил правительство в самые трудные и тревожные времена, сразу после "шоковой терапии" кабинета Гайдара. Стране нужен был опытный и уверенный руководитель, крепкий хозяйственник, способный вернуть Россию на путь развития и созидания.

В августе 2010 года мне удалось взять у Виктора Степановича большое интервью для документального проекта "СССР. Крушение". Оказалось, что это его последняя съемка. Виктор Степанович уже очень болел. Спустя три месяца Черномырдина не стало.

"Может быть, демократию все по разному понимали. Ее и сейчас-то не понимают толком. Тогда – тем более. Представить себе даже было невозможно. Тогда демократия – это вседозволенность: кричать, шуметь, выступать, писать. Вы работаете на телевидении, вы со многими встречались. Что буровили, в том числе руководители? Мы в рыночную экономику пустились без рыночных законов, при советской Конституции, при законах, которые были при социализме. И мы пустились 1 января на рынок. Можете себе представить? Сегодня это даже смешно и больно. Или больно и смешно", – отмечал Черномырдин.

Истинный патриот, беззаветно любящий страну. В отличие от многих своих коллег по правительству и от многих россиян иллюзий по поводу дружественного настроя Запада по отношению к новой России Черномырдин точно не испытывал.

"Не зря Александр Второй сказал, что у России два соратника, с которыми она по жизни в обнимку идет, – армия и флот. Так оно и есть. Скажите, когда Россию уважали? Когда Россию обнимали? Когда в истории? В обозримой истории – никогда. Всегда пытались ее унизить, поставить на колени, чтобы россияне жили плохо, хуже, чем за рубежом. Только потому, чтобы не была такая Россия. Она была, есть и будет", – считал политик.

Автор: Илья Канавин

Того, кого мы зовем Виктор Степанович, он называет исключительно "дедуля". Идем к той части музея, которую Виктор сам выбрал.

"Афоризмы Виктора Степановича, дедули, показывают его душу, насколько он был человечным. Это, по-моему, самое важное здесь", – говорит Виктор Черномырдин, внук В. С. Черномырдина.

На одном из заседаний Думы депутаты, еще не вполне понявшие, с кем имеют дело, попробовали советской ностальгией продавить Черномырдина на слабо.

Страну свою – советскую, не советскую – он любил без иллюзий, а потому искренно. Хотел это знание, любовь сохранить и передать.

Идея сделать музей – не себе, конечно, а своей родине, Черному Отрогу – у Виктора Степановича появилась давно. И тогда он выкупил здание бывшего райкома. Здесь все, как было на самом деле.

Рассматриваем школьные фотографии у самого порога исчезнувшего дома Черномырдиных. Только фундамент и остался. В крошечном селе – крошечный домик. Казачья семья из восьми человек. Глава семейства казак воин-хлебопашец Степан Черномырдин. Для Екатерины Ильиничны – дядя Степа.

"Дядя Степа ранен был под Ржевом, и он раньше пришел с войны. А здесь сплошь были вдовы. А он работал в колхозе на машине, и поэтому его просили, чтобы он привезет кому-то сено, кому-то – дрова. И все это было безвозмездно", – вспоминает Екатерина Клевцова, одноклассница В. С. Черномырдина.

Эта полуторка здесь.

Правительственные лимузины разных эпох – от ленинской до брежневской. А эта "Чайка" – у кого надо "Чайка". В свое время на ней ездил директор "Южмаша" – промышленного гиганта Советской Украины.

Виктор Степанович и Леонид Данилович дружили. Но это не все, что связывало Черномырдина с Украиной. Его теща даже дома говорила только по-украински. И еще одна связь для тех, что не верит в совпадения. Внутри церкви. Построена на деньги Черномырдина. Расписан храм художниками Киево-Печерской лавры.

Настоятель церкви отец Геннадий и Виктор Степанович немного коллеги что ли. До того, как стать священником, Геннадий закончил консерваторию по классу баяна. Ну, а Виктор Степанович...

В 35 Черномырдин стал директором еще несуществующего завода. На этом месте была пашня. До горизонта.

Кабинет Черномырдина из тех 70-х годов. Даже паркет родной. И портрет. Не генсека Брежнева, как положено было по канону, а советского премьера-реформатора Косыгина. Он забрал Черномырдина в Москву. Виктор Степанович всегда учился жадно. А теперь и того больше – стал ездить по миру. Вот тогда у советского министра газовой промышленности и появилась идея сделать нечто глобальное и решительно несоветское. И вот почему.

Черномырдин уходит с поста министра, чтобы создать концерн "Газпром" – главное дело своей жизни. И тогда, и теперь, без преувеличения, государствообразующую компанию. А это тот самый указ об образовании концерна.

Виктор Степанович был книгочеем. Благодаря ему увидела свет рукопись Шолохова "Тихий Дон". И прекратились скандальные споры об авторстве.

"Именно Виктор Степанович написал письмо Владимиру Владимировичу Путину с просьбой о выкупе этой рукописи. И первые факсимильные издания были изданы с его помощью", – рассказала Светлана Черномырдина, директор Музея Черномырдина, невестка В. С. Черномырдина.

Вообще большая часть того, что есть в музее, – собранное и сохраненное семьей Черномырдиных. Даже школьная характеристика. Картины. Айвазовский, Малявин. И телевизор, который смотрели, когда премьер Черномырдин разговаривал с террористом Басаевым. Ему пообещали, что басаевская банда далеко от больницы все равно не уйдет.

Это случилось, когда он был в стране самым главным. Ельцин тогда – с визитом в Канаде. В 1996-м Виктор Степанович исполняет обязанности президента России, когда Ельцину делают операцию на сердце. Его подбивали забрать власть. Что проще? Один росчерк. Но Черномырдин в заговорах не участвует.

"Я в президенты не собирался и не думал. Если бы думал, я бы в 1996-м пошел и выиграл бы", – говорил политик.

И выиграл бы. Об его харизму любой политтехнолог лоб расшибет. В 1993-м его харизма многих пугала, когда Черномырдин сменил младореформатора Гайдара на посту премьера. Позвал Ельцин.

"Он принял страну, когда инфляция была свыше 2,5 тысячи процентов. А вернул, когда была 11%. Вот у нас сейчас идет колебание курса на несколько процентов, и мы это на себе очень ощущаем. А Черномырдин... Вот они, собственно говоря, эти деньги немыслимые, которыми мы все пользовались", – сказала Елена Лебедева, куратор проектов лаборатории музейного проектирования, соавтор концепции музей Черномырдина.

Черномырдин – конечно – реформатор. Не митинговый трибун, не тот, кого можно представить сжигающим партбилет. Он как бы сам по себе, что против политических правил. Надо куда-то примкнуть или что-то возглавить. Черномырдин возглавлял дело. И мешать ему – себе дороже.

Восемь лет был послом на Украине. Годы, которые сейчас вспоминаем как лучшие в отношениях России с независимой Украиной. И дело, конечно, не только в том, что Леонид Данилович и Виктор Степанович – давние друзья. Черномырдин делал дело и был своим. Его даже произвели в генералы Запорожского казачьего войска. Это неформальное признание. В музее есть государственные награды Украины. После первой "оранжевой революции" именно он стал мешать "оранжевой" власти все крушить. Российского посла первомайданная власть припугнула объявить персоной нон-грата.

Музей строился долгие 10 лет, потому что денег хватало едва на четверть от задуманного. Как Виктор Степанович стал в 1993-м премьером, когда в стране оставалось хлеба на две недели, так и музей открывается с финансами на пару месяцев. Но главное, что музей зажил. Виктор Черномырдин запускает часы.

Читайте также

Видео по теме