Выберите регион

Смотрим на

120 лет со дня рождения живописца Павла Корина

На его холстах нашли отражение образы людей знаменитых и безвестных - тех, которых художник всю жизнь писал для своей картины "Реквием" или "Русь уходящая". И хотя полотно так и осталось незаконченным, но история его написания остается предметом научных исследований и споров.

Он считал, что «исторический живописец должен писать настоящих героев, выражать своим творчеством великие, а не сиюминутные мысли». Исполнилось 120 лет со дня рождения палехского художника Павла Корина - живописца, который всегда был верен своим принципам. На его холстах нашли отражение образы людей знаменитых и безвестных - тех, которых художник всю жизнь писал для своей картины «Реквием» или «Русь уходящая». И хотя полотно так и осталось незаконченным, но история его написания остается предметом научных исследований и споров. Рассказывают «Новости культуры».  

Экспозицию о том, как художник вынашивал замысел своего эпического, философского полотна, и кто эти люди, олицетворяющие «другую Русь», хотели показать еще несколько лет назад. Но «спецпроект Корин» затянулся, выставка уже трижды переносилась. Из 30 гигантских портретов-эскизов сегодня отреставрированы лишь 15. На вторую половину – у музея нет средств.

«У нас работы и другие выставки проходят. Мы занимаемся не только реставрацией произведений Корина, поэтому большая часть остается не сделана», - говорит заведующий отделом реставрации живописи ХХ века ГТГ Наталья Коблякова.

По эскизам Корина в Третьяковке изучают историю другой советской страны. От тайной монахини Таисии - в ней многие узнавали сотрудницу Исторического музея Татьяну Протасьеву, до митрополита Сергия, будущего Патриарха, сумевшего договориться со Сталиным, чем уберег от расстрелов многих священнослужителей. Корин четко обозначал духовных лидеров. В 35-м году он пишет 25-летнего иеромонаха Пимена – в момент, когда тот находится между двумя ссылками – на Беломоро-Балтийский канал и Андижан. Художник тогда еще не знал, что Пимен станет Патриархом в застойное советское время, и в 80-х годах сумеет всенародно отпраздновать тысячелетие Крещения Руси.

«Персонаж, который стоит рядом с будущим Патриархом Пименом, с иноком Пименом. Он самим автором подписан на обороте в двух местах разными именами. В одном месте – Антонием. А в другом месте – на раме – Антонином. И версий очень много относительно Антониев, которые могли бы войти в этот процесс. И несколько версий относительно изображенного епископа Антонина», - отмечает старший научный сотрудник Наталья Александрова.

Чем больше новых фактов – тем больше споров рождает история ненаписанной коринской картины. Сегодня между сотрудниками Третьяковки нет единого мнения, как расшифровать ее код.

«Для нас очень важно определиться с каким-то намеком на некую скрытую структуру "Реквиема". Потому что ясно, что Павел Дмитриевич из очень широкого круга известных людей выбирал по неким структурным связям, по узелкам», - объясняет старший научный сотрудник ГТГ Наталья Александрова.

«Последний молебен» - так называет картину Корина его ученик Дмитрий Жилинский – был мечтой, из-за которой ее автор был в вечной долговой яме: художественный фонд оплачивал работу натурщиков. Расплатился только, когда сделал заказ на мозаику в метро. На вопрос, почему же все-таки Корин не осуществил свой замысел, его ученик отвечает: «Боялся».

«Была статья в 30-е годы, где его назвали фашистской нечистью. Это когда были аресты такие. Боялись, вдруг придут, и его арестуют. Специальный мешочек с сухарями висел у них у дверей», - рассказывает народный художник России, ученик П. Корина Дмитрий Жилинский..

В 37-м Корина объявили формалистом и изъяли все его работы из экспозиции Третьяковки. Боялся он не напрасно. Есть версии, что художник чудом избежал ареста – за ним приходили дважды.

«Дом оставлялся на одну хромую Дуняшу на все лето. Закрывался на ключ – Дуняша ходила в храм, в магазин, и просто она их не пустила, не открыла. И второй раз –заступничеством Алексея Толстого это было отложено», - поясняет научный сотрудник отдела древнерусского искусства ГТГ Елена Саенкова.

Наследие Корина, к счастью, тоже не пропало. Но оценивалось лишь с точки зрения соцреализма. В Третьяковке мечтают показать публике другого Корина. Но проект на голом энтузиазме движется медленно. Его окончание опять перенесли на 2013 год. Музейщики опасаются, как бы не получилась «Русь, уходящая безвозвратно».

Читайте также

Видео по теме