Сергей Григорьянц – коллекционер по крови
В московском музее-усадьбе Царицыно открылась выставка картин, принадлежащих коллекционеру Сергею Григорьянцу. Впервые широкой публике представлены неизвестные работы Брюллова, Айвазовского, Репина, Сурикова, Серова, Рериха, Врубеля, Кандинского и Малевича. Всего на выставке более 400 шедевров русской и мировой живописи.
Сергей Григорьянц проводит экскурсию по собственной квартире так: слева – Кандинский и Малевич, справа – ранний Боровиковский, рядом – Дали или кто-нибудь из учеников Леонардо да Винчи. Сейчас в доме коллекционера пустые антресоли и голые стены. 400 экспонатов из фамильного собрания он перевез в музей-заповедник Царицыно. На время, чтобы рассказать сразу две истории: западной и русской живописи с XII по XX век и полуторавековую историю целого генеалогического древа ценителей прекрасного.
Эта выставка похожа на диалог разных поколений коллекционеров. На языке искусства они спорят о красоте и уродстве, о том, что считать вызывающим, а что называть классикой. Возможно, благодаря этому спору собрание Сергея Григорьянца настолько разнообразно. Здесь представлены почти все возможные жанры и техники от живописи старых мастеров и русских классиков до скульптур и рукописей.
Выставленные бок о бок, эти картины — как страницы мемуаров, которые писали сразу все члены семьи Сергея Григорьянца. Начал прадед, офицер Константин Перевозчиков. Продолжил двоюродный дед Александр Санин, один из основателей МХАТа. Всего коллекционеров среди родственников Григорьянца было больше десятка, и, кажется, все соблюдали неписаное правило: не гнаться за картинами ценой в состояние и "узнаваемыми" шедеврами.
Если бы не один из родственников Григорьянца, о том, что Елизавета Флоренская – одаренный художник, едва ли кто-то бы узнал. "Елизавета Флоренская – сестра известного философа, знают ее сестру Анну, но Елизавета, на мой взгляд, более талантливая и своеобразная", — считает Григорьянц.
Сегодня работы из коллекции Григорьянца – мечта искусствоведов во всем мире. "Благовещение" Фра Беато Анджелико брали "на прокат" в нью-йоркском Метрополитан-музее. Исследователи выстраивались в очередь, чтобы установить авторство полотна "Иоанн Креститель" одного из учеников Леонардо да Винчи.
Все это происходит лишь последние двадцать лет, а ведь еще в семидесятые уникальным собранием, да и самим коллекционером, больше всех интересовался КГБ. Отбывая срок за распространение антисоветской литературы, Сергей Иванович чуть было не потерял все собрание. Примерно половину картин конфисковали и распределили по десяти советским музеям. К законному хозяину они вернулись только в девяностые.
"У меня часть родственников была в иммиграции, и я занимался западной литературой – особых претензий ко мне не было, но КГБ хотело, чтобы я с ними сотрудничал, два года они меня уговаривали, ничего не получалось, и они решили меня пугнуть. Они не подозревали, что между тюрьмой и сотрудничеством с КГБ можно выбрать тюрьму", — вспоминает коллекционер.
Почти каждая картина коллекции – со сложной судьбой. В Великую Отечественную войну часть работ распродали, часть просто сожгли, чтобы согреться. "Если бы не смуты и невзгоды полутора столетий, на этой выставке было бы полотен раза в три больше", — рассказывает Сергей Григорьянц. Впрочем, меньше их точно не станет. Сергей Иванович не выставляет свои работы на аукционах, хоть мог бы заработать на них миллионы долларов. Говорит, это дело чести. Коллекция, которая в разное время спасала его предков, должна быть спасена им самим.
![](https://pics.vesti.ru/counter/video_counter.gif?mh_eyJpZCI6IjE5NDg1NjEiLCJ0eXBlIjoiYXJ0aWNsZSJ9)