Перекрестный русско-французский год может затянуться на десятилетия
В традиционной рубрике "Вестей в субботу", посвященной году Франции в России и году России во Франции – Париж. Любопытное совпадение: общий план-схема у Парижа почти такой же, как у Москвы: кольца, кольца, кольца. Круг, который почти под тем же углом в Париже пересекает Сена, у нас – Москва-река. И в самом центре – остров. У нас – Болотный, в Париже – Сите.
Париж, улица Гренель, 79 – по этому адресу в Париже находится резиденция российского посла. Там, в преддверии встречи президентов состоялся торжественный вечер, на котором были, кажется, все: десятки по-настоящему знаменитых французов и россиян. Была здесь и наша самая знаменитая кинопара. Она, оказывается, готовит сейчас во Франции новый спектакль. Народный артист России, режиссер Владимир Меньшов приглядывался к французам. "Нет, мы не похожи. Мы разные совсем. Культуры должны друг друга взаимно дополнять. И культуры, и характеры, и менталитеты должны дополняться. Поэтому, ну какая-то притягательность вообще во Франции, в Париже, во всем этом существует для нас, для всех", – говорит он.
В толпе мелькает живущий во Франции великий российский скульптор Михаил Шемякин. Он более категоричен.
- Думаете, разберутся русские с французами за этот год, лучше начнут понимать друг друга?
- Вы имеете в виду времена Наполеона?
- Ну, например.
- Все зависит от того, как мы вести себя будем. Если, как в Куршевиле, то нет.
Подтолкнуть два великих народа к тому, чтобы не отвлекаться на недоразумения, а разглядеть друг друга даже не новым, а свежим взглядом – в этом смысл "перекрестного русско-французского года" видит постоянный секретарь Французской академии Элен Каррер д'Анкос.
- У русских впечатление, что их не любят. Я считаю, что не нужно так, не нужно выяснять: меня любят или не любят. В конце концов, французы любят русскую литературу, это чудный подход к России, и если не так болезненно переживали бы какую-то критику, было бы лучше.
- Ну, ради этого, наверное, и год организован?
- Ради этого. И я со своей стороны сделаю для этого все, что смогу.
А вот губернатор Валентина Матвиенко смотрит на вещи вообще исключительно позитивно.
- Наверное, таких исторических и культурных связей, как между Санкт-Петербургом и Францией, нет ни у одного города России.
- Друг к другу тянет?
- Да. И я думаю, что Санкт- Петербург, он напоминает все-таки Париж. Это во многом заслуга, в том числе, французских архитекторов, которые принимали участие в застройке.
Но и в облике французской столицы есть еще и какой-то "русский акцент. В самом центре города расположен Дворец инвалидов, где покоится прах императора Наполеона. А мост через Сену ведет к дворцу, который носит имя российского императора Александра III. У этого моста корреспондент "России!" встретил самого узнаваемого ныне в Париже петербуржца и вообще россиянина. Это Валерий Гергиев, народный артист России, художественный руководитель Мариинского театра.
- Мне один приятель, острослов-француз, сказал: "Ты знаешь, в принципе русские и французы – это примерно одно и то же. Просто у нас побольше цивилизации, а у вас побольше простора. Согласитесь?
- Вы знаете, есть общее. И, может быть, мы в целом близки друг к другу.
Валерий Гергиев дирижировал в Париже оркестром Мариинского театра, который впервые в своей истории исполнил подряд все шесть симфоний Чайковского. Всегда пытаться предлагать нечто новое, невиданное, неслышанное – в этом, по мнению Гергиева, и есть секрет общения с Францией, которая, хотя сама и придумала "обшую Европу", даёт пример того, как можно оставаться собой. Об этом и говорили участники приема в посольстве, среди которых был и глава кремлевской администрации Сергей Нарышкин. "Мы все время должны стараться все больше и больше понимать друг друга. Этот процесс не имеет каких-то границ, какого-то заранее зафиксированного уровня, к которому нужно прийти и остановиться. Это будет продолжаться всегда", – уверен он.
На стене посольства висит гобелен – таких на всю Францию было сделано всего несколько. К счастью, его удалось найти после Второй мировой войны, когда советские дипломаты и покидали этот дом, где во время войны располагалось гестапо. Здесь есть мемориальный кабинет советского полпреда, посла Красина, которому французы разрешили вселиться в здание, приобретенное для дипмиссии еще во времена Александра II. На днях здесь выступил Денис Мацуев. Получается, что эта дипмиссия – чуть ли не единственная, которая побывала и царской, и советской, и новой российской.
"Французы понимают нас хорошо", – говорит директор Института всеобщей истории, академик РАН Александр Чубарьян.
- Или, по крайней мере, пытаются понять?
- Да пытаются понять. Даже по таким делам с ними легче разговаривать, как права человека потому что они законодатели мод по этому делу. И я их понимаю, когда они обижаются на то, на что не обидятся соседи. Но с ними интересно.
Интересно друг с другом и молодым французам и россиянам. А помимо начальников из Франции в Россию и из России во Францию за этот год съездят десятки тысяч обычных граждан и особенно – студентов. В том числе, из провинций. В Париже их первые стайки бродили уже на этой неделе. И в этом – залог того, что этот "перекрестный год" может по-хорошему затянуться на десятилетия отношений не просто интересных, но и по-настоящему особых.
- Они какие-то другие французы?
"Надо всегда быть готовым к тому, что французы ждут чего-то неожиданного, нового", – ответил Валерий Гергиев.
