Группа "Чердак Джека" представила пластическую постановку по стихам Бродского

Полтора десятка лет живёт и успешно работает в Москве, а если надо, то и далеко от Москвы, танцевальная группа под названием Jack's Garret – "Чердак Джека". Некий выдуманный Джек, живёт в некоем придуманном доме, в котором есть самый настоящий, непридуманный чердак, и там, как во всяком чердаке, множество интересных вещиц. Девять участников группы Jack's Garret, и только они имеют ключ от этого чердака, из этого их чердака извлекается всё, что они предлагают публике.

Очередное предложение, рождённое на чердаке, – пластический спектакль, на сцене столичного театра "Практика", попытка станцевать поэзию. Поэзию Иосифа Бродского. "О, этот танец! В пространстве сжатый протуберанец вне солнца взятый". Так Бродский, правда, про испанский танец писал. А в его стихотворениях, отобранных тремя участниками "Чердака", вообще никакой связи с танцами. В такой связи не было необходимости. Артисты говорят, что главное для них – метафоры, скрытые символы, переходы из реального в нереальное. А этого у Бродского достаточно.

Команда уличного и экспериментального танца Jack's Garret – теперь резиденты театра "Практика". Первая работа в этом качестве – это пластический спектакль "Наедине с собой" по мотивам стихотворений Иосифа Бродского. Всё началось с тела: авторы постановки Александр Тронов и Анна Дельцова услышали в записи голос Бродского и сразу почувствовали музыку и ритм, а тело откликнулось на импульс.

"Перед тобой открывается какой-то безумный мир с безграничными какими-то метафоричными зачастую моментами, которые ты пытаешься ухватить. Они всё время трансформируются, можно понять и так, и так. В итоге я услышал и понял, что моему телу хочется что-то предпринять с этим", – отметил хореограф-постановщик, актёр, автор спектакля Александр Тронов.

Сначала поставили номер на одно стихотворение, потом на второе, получился получасовой номер, с котором победили на одном из фестивалей в России, а потом повезли во Францию. Тогда на сцену выходили мужчина Александр Тронов и женщина Анна Дельцова. Но после решили отдать женскую роль мужчине, чтобы не возникало ассоциаций с темой любви.

"Это такой прототип творческого человека, некоего художника – это может быть писатель, хореограф, кто угодно, который очень часто сталкивается и борется с собой, испытывает от ощущения синдрома самозванца до наоборот, восприятия себя такого гениального", – отметила хореограф, автор спектакля Анна Дельцова.

В постановке звучит голос Бродского, он читает пять стихотворений, который были выбраны почти хаотично: по тому же принципу – откликается ли на ритм тело хореографа.

Хореография здесь далеко не всегда иллюстрируют текст. Авторы сознательно стремились к тому, чтобы уходить от пантомимы, лишь иногда используя движения, которые откликаются непосредственно на смысл текста. В остальном – это собственные метафоры, которые рождались в свободном полете фантазии.

"Где-то мы следуем непосредственно ритму стиха или музыкальной темы, где-то внутренним темпоритмам происходящей сцены. Это такой довольно долгий репетиционный процесс, долгое привыкание", – заявил актёр, хореограф Александр Алёхин.

Бесконечный спор с самим собой: одно "я" часто может обходится с другим "я" довольно жестоко. А может принять, полюбить. Но эти постоянные качели никогда не останавливаются.

Линейного повествования в этом спектакле нет. Но есть развитие событий внутри каждой сцены, как в танце. А в итоге открытый финал спектакля ставит перед зрителем вопрос: какое из двух "я" истинное, а какое ложное? И в этой войне нет ни победителя, ни побежденного.