Затянуть пояса
На Синтагме вставляют стекла. Пятый раз за год. Светофоры меняли трижды, остановки тоже были новые. Забастовка - это всегда погромы и миллион убытков в день.
Пакт сокращений принят, и наутро после голосования безработных плюс 30 тысяч. На афинских крышах разрываются колонки - революционные мелодии 70-х зовут на борьбу. Сшив черные флаги, работники минэкономики идут на Площадь плачущих. Это традиция - сюда всегда приходили поплакать проигравшие, уволенные. Плечом к плечу с товарищами те, кто пока в штатном расписании. Хотя непонятно, кому повезло больше.
"Зарплата моя была 1200, половину забрали, а ведь на мне и на каждом из моих подчиненных висят кредиты. Как заплатить взносы 800, если ты 600 получаешь?" √ задается вопросом начальник департамента министерства национальной экономики Христос Мангелис.
Греки учатся считать и перестают ждать чуда. Но этот заказ - обить 105 сидений - просто фантастика. 2000 наличными. Этого клиента - судоходную компанию супруги "Апостолидис" долго караулили в порту - работы не было с Пасхи.
430 тут же на страховку, еще 500 на автостраховку - просрочена. 130 - электричество, вода, 100 на телефон. Экстренный налог - новый, на внезапные заработки еще не знают, сколько.
"Да я могу один хлеб есть", - говорит супруг.
"Не перебивай. 600 отложим на еду на супермаркет, остается 200. 100 на бензин, а это сотня, может, на колготки только и хватит? У нас же три женщины, а когда следующий заказ, не знаем", - говорит супруга.
Сотню поделят на четверых. Девочкам на кофе, мужу (он не курит, не пьет) - евро 30. Никаких парикмахерских - сами, дома. В ресторан не ходили год - опять пекут постный пирог со шпинатом. Пока держатся - жилье свое.
Балкон, советская плитка в кухне без окна - даже скромной квартирку не назвать, но и такие уже не по карману. Продать, переехать к родителям, найти поменьше, подальше, но кто купит эту.
"Психологически сложно решиться на покупку. Даже если осилишь, все боятся налогов. Каждый месяц придумают новые. Один, за ним другой", - рассказывает владелец агентства недвижимости Мария Васила Гриколопулу.
Магазин одежды, еще один, аптека. Здесь продавали путевки. Здесь машины. Этот дом вообще только сдали - на Приморском, где пили кофе за три евро, все заколочено. А это центр Афин, который медленно превращается в Гетто √ то, что не по карману грекам, арендуют курды, албанцы - Сомали и Афганистан.
Напротив, слева, справа все давно разорились и закрыли свои лавочки. Еще полгода назад за аренду этого магазина просили тысячу в месяц. Сегодня эти сто квадратных метров (две минуты от метро) - с долгами за электричество, никому не нужны, даже даром.
Герой Греции Глезос сравнивает тяжелые времена. В 1941-м, сорвав с Акрополя немецкий флаг, стал символом сопротивления. Ему 89 и он опять на баррикадах, на забастовках. Недавно вошел в комиссию по долгу - пытается понять, откуда взялся кризис, и кому государство должно миллиарды?
"Не складывай всех госслужащих в одну корзину. Аппарат раздут? Ложь. Он раздут там, где ничего не производят. Отбросим тех, кто лечит, учит. У премьера Папандреу 86 советников, у его замов по 40. А госсекретари? Куда ему столько - он же физически с ними советоваться не успевает", - считает Манолис Глезос, писатель, лауреат международной ленинской премии "За укрепление мира между народами".
Столько госчиновников и правда, в Европе нет. Столько в Бельгии, Голландии, Люксембурге вместе взятых. Здесь даже церковь на бюджете, а батюшки на госзарплате. Норма жизни - взятки. Счета никто не выставляет √ попробуй, попроси чек в такси - нагрубят. Теневая экономика - до 40 процентов. Над таким честными, как Федор Игнатиади, посмеяться могут - отдавать государству 46 процентов. А ведь добавят еще четыре. Самые умные давно увели капитал в Швейцарию - там прячется 600 миллиардов. Это два госдолга Греции, которая продолжает возмущаться, куда делись 104 вида прибавки и бонус за "вовремя прийти на работу".
"В Греции по закону 14 зарплат. Есть 13, есть 14. Есть 17 и 18 с половиной. У парламентариев 14 зарплат, одна на открытие сессии, одна на закрытие, они же сверхурочно поработали", - говорит предприниматель Фёдор Игнатиади.
Призывая к революции чаще, чем к экономии, греки утверждают, что так плохо еще не было никогда. Кредиты не дают, работы нет, молодежь содержат пенсионеры - их пенсиям по-прежнему можно только завидовать. Но в ресторанах битком. Говорят, это национальная особенность - даже если осталась последняя копейка, ее нужно тут же потратить.
