"Работали днями и ночами": подполковник УФСИН рассказал о томских колониях
Петр I в одном из своих указов писал: "Тюрьма есть ремесло окаянное, и для скорбного дела сего истребны люди твердые, добрые и веселые", – с таких слов началось наше интервью с подполковником уголовно-исполнительной системы УФСИН по Томской области. Он отработал в системе 20 лет.
От рядового до подполковника
В октябре 2000 года Александр демобилизовался из армии и отец предложил ему пойти работать в уголовно-исправительную систему. Там уже работал его отец и дядя.
«Сначала я отказался, так как не хотел переходить "из погон в погоны". К тому моменту у меня было образование водителя категорий "В" и "С", автослесаря и машиниста автокрана. После армии я успел поработать охранником, разнорабочим и водителем. Через 1,5 года отец все же уговорил меня, и я устроился в УИС на должность водителя пожарной машины»,– рассказывает подполковник.
Александр прошел долгий путь от обычного "рядового" до подполковника. После срочной службы в армии он вернулся старшим сержантом, затем ему присвоили старшину и прапорщика. Затем, будущий подполковник решил обучится на специальность "Правоохранительная деятельность" и "Юриспруденции", получив благодаря этому звание младшего лейтенанта. Дальнейшее движение по карьерной лестнице прошло у Александра без нареканий "спокойно и по плану" двигался он, дойдя до подполковника.
Многие из нас не знают, что и как происходит за стенами тюрем и колоний. Будем честны, только единицы из нас интересовались этим, а для большинства этот вопрос остается закрытым и маловажным.
«Знаете у многих в обществе представление такое, что совершил человек преступление, например кражу, грабеж или хуже того убийство, сразу надо вызывать полицию и задерживать преступника. Дальше суд – срок – "тюрьма" (как все привыкли говорить), а дальше что? А дальше как раз и начинается работа УИС, которая, как правило со своими задачами остается в тени за "забором" и мало кому интересно – сидит, да сидит преступник, а как он там сидит, а что он там делает – обществу уже не интересно; а какой труд осуществляют сотрудники, чтобы те преступники, а теперь осужденные, исправились и отбыли свое наказание в полной мере, чтобы они возместили причиненный ущерб и ни в коем случаи не сбежали из ИК – тем более. Об этой не легкой и в то же время очень необходимой службе у большинства людей складывается мнения, из фильмов и соцсетей, а там часто сотрудников УИС выставляют, как правило, в "дурном свете"»,– с малозаметной тоской рассказывает подполковник.
Работа с контингентом
На вопрос, в чем основная сложность работы в такой структуре, подполковник с непоколебимым лицом ответил, – "Работа с контингентом".
Самая большая проблема структуры УИС, по словам Александра, является некомплект сотрудников. В первую очередь наш гость отметил недостаток младших инспекторов отделов охраны и отделов безопасности.
«Многие просто боятся идти работать в УИС, конечно же по различным причинам»,– поделился Александр.
Также, он уточнил, что для трудоустройства необходимо пройти обязательную службу в армии или закончить институт ФСИН России.
«К сожалению в настоящее время молодые люди хотят зарабатывать сразу и много, а в УИС денежное довольствие в первые года службы не такое большое. Зарплата складывается в первую очередь из оклада по должности, звания, выслуги лет и территориального коэффициента, а также ряда других начислений»,– заключил подполковник УИС УФСИН России.
Работали сутками
Решив отойти от вопросов про работу, мы решили задать вопрос о личных чувствах и жизни Александра, ведь, мало кто интересуется жизнью работников колоний.
«Я очень рад, что в свое время пошел на службу и ни в коем случае об этом не жалею. Я всегда хотел быть как отец, он для меня был и есть пример, он у меня тоже на пенсию ушел подполковником.
Работая в УИС я с честью носил погоны сотрудника правоохранительных органов и всегда оставался в первую очередь человеком и в глазах осужденных, и в глазах своих коллег. Конечно, были и сложные времена, когда работали сутками, не выходя с работы; днями и ночами не видели своих близких, либо приходили домой поздними вечерами. После чего нас дома встречали сердитые, но добрые и все понимающие жены»,– рассказал Александр.
Подполковник также поделился историями работы с уголовным розыском, когда они ловили сбежавших заключенных или тех, кто перебрасывал предметы в колонию. За 20 лет своей работы, Александр успел посотрудничать со всеми правоохранительными органами.
Перебросы "запрещенок": курица-гриль и дроны
Многие из нас слышали и видели в фильмах, как заключенным, каким-то неизвестным образом, доставляют разные предметы. В популярных сериалах многие осужденные получали алкоголь, телефоны, экзотичную еду и многое другое.
Подполковник отметил, что наибольший поток "запрета" направился в томские ИК примерно в 2009 – 2017 годах. В то время, Александр принимал непосредственное участие, чтобы минимизировать перебросы, поэтому работы у него было много.
«Через ограждения ИК пытались перекидывать очень много всего: наркотики, карты, алкоголь, сотовые телефоны и принадлежности к ним, дрожжи и даже бывало курицу гриль (хоть это и не запрет, но кто-то очень хотел именно гриль). Способы доставки бывали самые изощренные и необычные. Стреляли через ограждение с помощью рогаток, завозили с помощью машин, пряча "запреты" в различных полостях автомобиля, прятали в стройматериалах, в газовых баллонах, скрывали "запреты" в сыпучих грузах (песок, глина).
Кроме этого, правонарушители шли в ногу со временем и начали доставлять предметы в исправительные учреждения с помощью дронов. К сожалению бывало и так, что осужденные использовали в качестве доставщика неблагонадежных сотрудников, в отношении них, конечно, также возбуждалось административное и уголовное дело»,– рассказывает Александр.
На сегодняшний день, по словам мужчины, ситуация стабилизировалась и количество перебросов уменьшилось.
Александр, как и все работники УИС, остаются в тени камер и журналистов, а мнение о работе в этой структуре часто ошибочно. За "забором" работают такие же люди, как и все мы, которые следят, чтобы заключенные отбыли свое наказание правильно.
