Иллюстрации к Библии Марка Шагала – в Волго-Вятском филиале Пушкинского музея

Иллюстрации к Библии, созданные Марком Шагалом, представили в Волго-Вятском филиале Пушкинского музея. Новая выставка открывает менее известную грань творчества мастера, сумевшего соединить народный колорит с классической иконографией. Татьяна Плотнова осмотрела экспозицию.

"Библия подобна природе, и эту тайну я пытаюсь передать", – так писал Марк Шагал. И действительно, религиозные сюжеты занимали важное место в его творчестве на протяжение всей жизни. История Шагала началась в традиционной еврейской семье под Витебском. Первой книгой, открывшей Шагалу мир, стала Тора. Дома ее постоянно читали, обсуждали. Уже спустя годы, переехав в Париж, в 1930-е, художник получает предложение от французского издателя Воллара создать иллюстрации к Библии.

"Но в связи с тем, что случилась Вторая мировая война, происходили его личные трагедии, происходили сложные исторические обстоятельства, он смог вернуться к созданию этой серии уже только после войны. И серия была опубликована в 50-е годы в разных форматах", – сказала начальник отдела региональных проектов ГМИИ им. А. С. Пушкина Дарья Колпашникова.

К созданию библейской серии Шагал подходил с трепетом. Он путешествовал в Иерусалим, встречался с людьми, посвятившими жизнь изучению и толкованию священных текстов. В экспозиции представлены его чёрно-белые литографии, а рядом – работы мастеров, вдохновлявших художника.

Дарья Колпашникова: "Рембрандт является одной из фигур, на которую всегда ориентировался. Есть и другие художники, которые становились для него проводниками. Марк Шагал, носитель скорее иудейской традиции, создавал библейские сюжеты, не ориентируясь на какую-то конкретную конфессию, а просто иллюстрируя самый важный текст, который он вообще когда бы-то ни было видел в жизни".

В 1956 году в Париже издали 105 библейских, офортов гравюр на металле, напечатанных в 275 экземплярах. В коллекции Пушкинского музея – лишь два оригинальных отпечатка этого редкого тиража. Поэтому сотрудники называют книгу и украшением, и главным сокровищем выставки. Ведь именно она помогает увидеть подлинный шагаловский колорит – тот мир, где цвет становится языком чувств.