Выберите регион

Смотрим на

Битва за Нил: монументы, разделенные тысячелетиями

Автор: Макисм Киселев

15 февраля в Сочи министр транспорта России Максим Соколов сообщил, что уже в ближайшее время авиарейсы между Москвой и Каиром возобновятся. Долгожданная новость. Ведь еще совсем недавно Египет принимал из России по два миллиона туристов в год. Но любовь к пляжам не единственное, что роднит наши страны.

Их прежнюю жизнь накрыло водой озера Насер, когда Айшат не было и десяти. Нубийцев, осевших на этих берегах еще до постройки великих пирамид, полвека назад оно попросило "подвинуться". И сегодня потомки лучников армий фараонов — обитатели сувенирных деревень. На крохотных островах они живут, словно в декорациях, торговлей безделушками, завлекая туристов звуками бубна.

"Конечно, сейчас денег больше. Туристов много, они у нас все покупают. Жить проще. Но я скучаю по тем временам, когда еще не было плотины, у нас была своя земля, и никто не беспокоил", — говорит Айшат Сиам, жительница нубийской деревни.

Побеспокоить их пришлось в 1960-м, когда у Египта не осталось выбора. Спасти страну от уже осязаемой перспективы голода и энергетической катастрофы могла только победа над Нилом, единственным кормильцем в пустыне, рекой и жизни и смерти.

В битву за право перекрыть Нил плотиной у Асуана вступили Штаты, Британия и Советский Союз, который после революции Гамаля Насера считал Египет своей очередной сестрой. Потенциально — африканской Болгарией. И уступить Западу проект ее спасения не мог. Миллиардный контракт на дружбу выиграла Москва.

Тогда Асуанской ГЭС дали громкое имя — Пирамида ХХ века, имея в виду не размеры — она в 17 раз больше творения Хеопса — а грандиозный объем работ в тяжелейших условиях пустыни. За десять лет две тысячи инженеров и рабочих Союза превратили заштатный торговый городок в экономический центр Египта, где и спустя 50 лет "русский" и "друг" — почти синонимы.

"Поразило отношение. Русские приехали не командовать, а работать вместе с нами. Помогали, учили. Бригады были смешанные. Еще они придумали систему соревнований. Например, если какая то группа прошла семь метров, говорили: мы пройдем девять", — вспоминает Моххамед Абес, строитель Асуанской ГЭС.

На память о тех годах у Мохамеда остались десяток фотографий, медаль с видом плотины и квартира в асуанском квартале. Советский Союз подарил Египту не только уникальную станцию и систему соцсоревнований — здесь таких домов не строили ни до, ни после.

ГЭС на Ниле сняла угрозу энергетического голода, закрыв три четверти нужды Египта в электричестве. Щитом плотины она оградила берега от наводнений, раз в пятилетку смывавших посадки вместе с деревнями, пропитав водой каналов километры песка.

Асуан — одно из самых жарких мест на планете. Норма осадков — в пятьсот раз ниже российской. Дождь — раз в три года. Но уже полвека как крестьянские хозяйства не жмутся вплотную к Нилу. Тростник зарослями покрывает то, что раньше было пустыней.

Создав огромное искусственное озеро с запасом воды на сотню лет, добавив Египту почти миллион гектаров пахотных земель, плотина потребовала новых миллиардов для проекта, сравнимого по масштабам с ней самой.

Загадка, почему крик о помощи из Египта полетел, уже когда первые камни легли в основание плотины. О том, каких размеров водохранилище он получит и сколько древностей долины уйдет под воду, понятно было еще в чертежах. Когда спохватились, времени на спасение гробниц и святилищ фараонов оставалось в обрез.

Если бы не спецоперация ЮНЕСКО, два десятка великих памятников древности так и остались бы на глубине 60 метров. Их поднимали и переносили на острова и возвышенности, куда вода подобраться уже не могла.

Лодки и катерки с туристами протискиваются, чудом не задевая скалистые берега, лавируя между камнями, когда-то основаниями святилищ. Они теперь, как нубийцы, прописаны по другим адресам. Храм Исиды на новый остров перенесли в 45 тысяч приемов — по числу фрагментов, на которые его распилили.

До сих пор видны срезы, по которым очень тонкими пилами резали колонны. 15 миллионов долларов стоил перенос храма Исиды — одной из самых почитаемых богинь древнего Египта, жены Осириса, матери бога Гора и покровительницы плодородия, что хоть немного, но примирило строителей плотины с историей.

Но впереди был главный бой — за великое творение Рамзеса Второго. Вырезанный в скале храм Абу-Симбел. Памятник, равный по значению пирамидам. Выбирая способы его эвакуации, затянули и едва успели до наступления воды. Ученые и инженеры пятидесяти стран по блокам перенесли с будущего дна статуи и колонны, плиты с древними фресками и даже упавшую тысячи лет назад голову вернули к ногам фараона.

"После одного из землетрясений голова упала. И ее, выверив по сантиметрам, перенесли на новое место и положили так, как она и была, у ног фараона", — рассказал историк Амр Эльбелтаги.

Резали так, чтобы швы не изуродовали лица. Раны от пил, которые проходили сантиметры в день, и сейчас едва заметны.

Собирать заново пришлось все. И не только статуи и колонны. Даже скалу, которая, конечно, никакая не скала. Над храмом соорудили огромный железо-бетонный купол, который накрыли камнями так, чтобы и современные туристы видели почти то же самое, что и египтяне 3000 лет назад.

До сих пор сложно понять, как современным инженерам удалось повторить оптический эффект, которому 30 с лишним веков. Дважды в год солнечный луч, проникая в храм, пролетая по его галереям, в последнем зале падает на лица фараона и двух богов, оставляя без света лишь одного. Свет не попадает только на лицо бога Птаха — покровителя загробного мира и темноты.

Битва и за Нил и с Нилом завершилась в 70-х, оставив в память о ней монументы, разделенные тысячелетиями. Последний по времени -каменный лотос над плотиной — с гербами Советского Союза и Египта и надписями на двух языках.

В основании одного из лепестков на камне выбита надпись со словами о великой советско-арабской дружбе. Сказано Анваром Садатом, тем самым человеком, который спустя всего несколько лет попросит из Египта всех советских специалистов.

В Египте и сейчас оправдывают отставку России политической необходимостью, чтобы, маневрируя между двумя сверхдержавами, остаться на плаву. Контракты советских геологов, строителей и военных тот маневр не пережили. Зато выжил русский язык.

Профессор экономики Нур Нада — один из тех тысяч египтян, кто гордится дипломом нашего вуза. Он уверен, что именно знания, привезенные из Москвы, помогли ему раньше многих получить здесь докторскую степень по экономике. Но главное — советские выпускники вслед за строителями Асуана сделали Египту "инъекцию" российской культуры.

"Россия — вторая Родина. Она внутри нас. Главное – культура", — уверен Нада.

Хани Хасан — звезда каирского балета. Открывает в Египте уже четвертую школу. Его вывел на сцену русский хореограф. Он солирует в главных постановках, танцует на сценах Европы и помнит, как еще недавно за кулисами оперного театра русский был вторым после арабского, а оркестр на треть состоял из наших музыкантов.

И все же не только плотина, балет, образование и язык, на который мгновенно реагирует любой прохожий в Каире, берегут здесь память о нас.

"Я уже 23 года как таксист, и только на "Ладах" езжу. До этого была "копейка", потом – "пятерка". "Лада" очень подходит климату Александрии: не гниет, как другие, и починить можно прямо на дороге", — рассказывает Ашраф Фарук Бакр.

Ашрафу его первая "Лада" досталась от отца. Он — один из сотен александрийских таксистов, для кого "Жигули" — машина не из анекдотов. Его "семерку", собранную 8 лет назад на заводе под Каиром, до ума доводить, конечно, пришлось, но лишь чтобы не брать отгулы при температуре за плюс 40.

Желто-черные такси Александрии — почти сплошь знакомых очертаний. Моделей хотя бы близких к последним нет. В Египте "АвтоВАЗ" разместил одну из главных зарубежных сборочных площадок, попутно создав тысячи рабочих мест. Ремонтным мастерским, что специализируются на "Ладах", здесь не нужны ни боксы, ни гаражи. Пары квадратных метров раскаленного асфальта достаточно.

Улицы и площади Александрии — как живая реклама российского автопрома. "Копейками", "пятерками", "семерками" дороги забиты. Кажется, количество снятых с производства "Лад" здесь больше, чем в России.

Пауза в семь лет, что "Ладу" здесь не собирали, нараспашку открыла египетские ворота для китайцев. В соседнем цехе одноклассников "Гранты" штампуют партиями, которые потребитель "глотает" мгновенно.

Авторынок Египет голоден. 40 машин на тысячу человек. Вторая сотня в мировом рейтинге. И будет только хуже. Население прирастает на два миллиона в год. И точно не теми, для кого класс и цена "Лад" низковаты.

Таблички "2107" и "2110" над конвейерами сохранили как напоминание, что с начала XXI века в Египте собрали 50 тысяч "Лад" разных поколений. Но "арабская весна" ударила не только по туризму. Она едва не похоронила и без того чахлый местный автопром. Спустя 7 лет "АвтоВАЗ" идет на новый штурм египетского рынка. Тараном станет "Лада Гранта".

Чтобы понять, что значила России для Египта, ему нужно было нас потерять. Сначала российских специалистов и учителей. Потом туристов. И заткнуть образовавшиеся дыры пока так и не смогли ни Запад, ни Китай.

Читайте также

Видео по теме