В полный рост Всё смешалось в доме Облонских

Экономические итоги недели в студии радио "Вести ФМ" подводили Александр Кареевский и Елена Щедрунова.

Щедрунова: Приветствуем всех, кто следит за мировой и отечественными экономиками.

Кареевский: Здравствуйте.

Щедрунова: Пятница. Все обещали, что это будет судьбоносный день, ждали данных из Соединенных Штатов по безработице...

Кареевский: Как-то ты так прямо сказала, мне аж страшно: "судьбоносный день"...

Щедрунова: Извини, вот так было в начале недели отдельными экспертами заявлено. И что вот в пятницу решится судьба мировой экономики. Решилась?

Кареевский: Нет, конечно, хотя немножко рынки успокоились, в том смысле, что ситуация в американской экономике не такая хорошая, как ждали, рынки выросли на этом...

Щедрунова: Но и не такая плохая, да. Но и не такая плохая, чтобы рыдать.

Кареевский: Вообще "все смешалось в доме Облонских", конечно, на рынке. Плохая экономическая информация приводит к росту рынков. Но мы уже говорили про это много раз.

Щедрунова: И там должны были быть данные по безработице.

Кареевский: Да, данные по безработице. Она выросла на 0,1. 7,5 - было предыдущее значение, теперь 7,6. Правда, количество рабочих  мест чуть больше, чем ожидали. Ждали 163 плюс, пришло 175, по-моему, ну, больше 163-х.

Щедрунова: Слушай, ну понятно, почему рынки-то выросли, что не будут программу количественного смягчения сворачивать.

Кареевский: Так я про то и говорю, понятно, почему выросли-то. Но странно вообще это. Ну, уже несколько лет я этому удивляюсь. Но, с другой стороны, понятно, да, логика была ровно такой, что если будут хорошие данные, то плохо для рынков, потому что деньги перестанут печатать в тех количествах, в которых сейчас это делают.  А если вот наоборот хуже данные, то, глядишь - и "Беня вертолет свой на прикол ставить не будет, а будет разбрасывать деньги с вертолета и дальше". Поэтому, естественно, все это напоминает какую-то шизофреническую на самом деле ситуацию абсолютно.

Щедрунова: Абсолютно, да.

Кареевский: Потому что, ну если так говорить серьезно, уже не улыбаясь, то это показывает болезнь - болезнь экономики мировой и рынков соответственно.

Щедрунова: Нет, это очередное проявление просто, очередное подтверждение болезненного сознания.

Кареевский: Очередное ее проявление, конечно. Тем более, что все же уже говорят, что даже эти напечатанные деньги, они на самом деле никаких проблем не решают. Это на западе говорят. То, что это не решает, это все видели и все прекрасно понимали. Главное, что это внутри уже идет осознание того, что "ребята, наверное, что-то мы не туда куда-то гребем, давайте, наверное, куда-то в другое место". И я, конечно, далек от мысли, это я понимаю, что изначально те люди, которые принимали решение о том, что надо печатать деньги, а у них были какие-то иллюзии по этому вопросу, одно дело - они делали публичные заявления, говоря, что вот мы таким образом стимулируем экономику и так далее. Конечно, отчасти это и было так, но...

Щедрунова: Но они всю жизнь жили по этим правилам, Саша.

Кареевский: Конечно, конечно.

Щедрунова: Они всю жизнь на западе жили... вернее, не всю жизнь, там последние лет 50 они жили ровно по этим правилам. И теперь вдруг - раз... Как закон всемирного тяготения: вещь поднимешь вверх, опустишь - она падает. А теперь поднял вверх, отпустил, а она не падает.

Кареевский: Безусловно, вот эта политика, о которой ты говоришь, а именно особенно которая ярко проявлялась в последние 30-35 лет, ну где-то с начала 70-х годов активно, а подготавливалась она с конца 60-х, в 70-е годы она вводилась аккуратненько, то есть тогда как раз вводились плавающие валютные курсы - внешнее проявление этой политики. То есть это ультралиберальная политика, которая приводила к тому, что главное - это финансовые рынки, главное - как раз это монетаризм как теоретическое обоснование, то есть регулирование денежной массы, и она регулирует практически все процессы в экономике. Никто не спорит, что количество денег в экономике влияет на естественные экономические процессы. Но, как всегда, фундаменталисты ударяются в какие-то крайности, и до поры до времени эти крайности работают. Ну, как СССР, когда большевики ударились в крайность плана, работало же, а потом рухнуло. Так и здесь. Эта либеральная экономика, я ничего не имею против, сразу могу сказать, что я ничего не имеют против рынков, я сам на них торговал и буду, видимо, этим заниматься, и рынки нужны. Другой вопрос, что то значение, которое им придавалось, когда они ставились просто во главу угла всего и все от них плясало, и когда развивался этот миф постиндустриальной экономики: главное - это услуги, главное - это потребление...

Щедрунова: Это потребление, главное - это потребление.

Кареевский: Как может экономика, которая это осуществляет, когда две трети ВВП - это потребление? Ребята, откуда? Ну, это чисто вот по уму, даже просто не нужно изучать даже экономику, как это происходит? Вот как-то происходит.

Полностью слушайте в аудиоверсии.