Театральная среда Вадима Верника Александр Цыпкин: "Люди сходятся и расходятся – вот вся жизненная драматургия"

Александр Цыпкин: "Люди сходятся и расходятся – вот, по большому счету, вся жизненная драматургия. Когда появляются такие допуски, как жизнь животных, и на сцене появляется попугай, который прожил 226 лет, ты можешь пропустить всю историю страны через его восприятие, чтобы мы вспомнили, как тогда сходились и расставались люди. Ты можешь играть со смыслами, которые сложнее выразить через людей".

"У Гришковца в спектакле "Как я съел собаку" есть сцена, которая создала меня как автора. В середине гомерически смешного спектакля тонут моряки: Гришковец показывает, как набирается вода и они гибнут. Ты настолько не ожидаешь этого момента, что тебя просто эмоционально сносит. Я подумал, что когда-нибудь хочу сделать так же".

***

О совместных чтениях с Константином Хабенским от Иванова до Лос-Анджелеса, совместной пробе драматургического пера, премьере спектакля “Жил. Был. Дом”, внутреннем апокалипсисе, сочинении рассказов на ходу и неожиданных перевертышах в финале.