Top.Mail.Ru

Новогодние вечера

Выпуск 06 декабря 2016 года
Радиопрограмма, 2016 – 2021
Россия
Музыкальные, новостные

6 сезонов, 261 выпуск по 35 мин

Радио Маяк

В.КОЛОСОВА:  Всеволод Владимирович Кукушкин, журналист, писатель, советник Международной федерации хоккея. Всеволод Владимирович, здравствуйте. В.КУКУШКИН:  Добрый день. В.КОЛОСОВА:  И сегодня мы рады приветствовать легендарного, прославленного вратаря, олимпийского чемпиона Владимира Семеновича Мышкина. Здравствуйте, Владимир Семенович. В.МЫШКИН:  Добрый день. В.КОЛОСОВА:  Я сидела, читала ваше интервью, меня спрашивают: «Ну, что, кто у вас сегодня?» Я говорю: «Ну, вот, Владимир Мышкин». Мне говорят: «А, это тот, который 6:0?» Я говорю: «Да, тот, который 6:0». Но об этом мы немножко попозже поговорим. Владимир Семенович, всегда хотела поинтересоваться у вас, бытует такое мнение, что вратари это нечто особое, это команда в команде, это люди особого склада ума. И, по-моему, недавно, Всеволод Владимирович, Станислав Петухов в эфире сказал, что надо быть сумасшедшим, чтобы занять такой пост в воротах. В.КУКУШКИН:  Ничего подобного. Дело в том, что вратарь по определению тренера, который подготовил Володю Мышкина, Виталия Ерфилова, это инопланетянин, это человек из другого вида спорта. Потому что, если в хоккее все стремятся что-то создать, чтобы забить гол, он все им портит. Вот он из другого вида спорта. В.КОЛОСОВА:  Разрушитель. В.КУКУШКИН:  Разрушитель еще какой. В.КОЛОСОВА:  Вы инопланетянин? В.МЫШКИН:  По-хорошему разрушитель. В.КУКУШКИН:  Да, потом, когда игра заканчивается, он… В.МЫШКИН:  Не то, что до основания, а затем. В.КУКУШКИН:  Нет, когда игра заканчивается, он просто душа человек и лучший друг. Но на поле соперникам он все портит. В.КОЛОСОВА:  Владимир Семенович, кто-то даже сказал, что вы не рвались быть полевым игроком. В.МЫШКИН:  Ну, это я говорил. Вспоминаю свое детство, ведь я вышел из дворового хоккея. У нас в Кирово-Чепецке, можно сказать, весь город был в то время помешан на хоккее, у нас были коробки почти в каждом дворе. И вот выходили сначала на валенках, и как сейчас помню, шапку снимал и шайбу ловил шапкой. Первые щитки это, наверное, учебники, которые в валенки вставлялись, потом мы сами шили форму, что-то перешивали. У нас был сапожный цех, где делали, ну, не делали, можно сказать, то, что оставалось от команды мастеров, что-то перешивали, дошивали для команд нашего завода, по цехам и для мальчишек. Ну, и я там был частым гостем, учился, как говорится, шить, так что вполне имею понятие, как управляться шорной иглой и шилом, дратвой, все прошел. В.КОЛОСОВА:  Вы говорили, что чуть ли не 12 шрамов на голове было, потому что вот те шлемы, в которых вы играли, каски, как у вратаря это называется, это вообще типа мыльницы было? Я бы после первой травмы отказалась точно. В.МЫШКИН:  Ну, эти травмы уже пошли в более взрослом хоккее. Те, которые травмы, про те, которые говорю, то, что на голове, это уже в Москве, это когда уже играл за команду «Крылья Советов», и были люди, которые очень прилично бросали. А шлемы вот эти, то, что они как мыльницы, шлему ничего, а на голове шрамы. Единственное, то, что маски, конечно, лицевые спасали, на лице ни одного шрама нет. Не как раньше вот эти лицевые маски, которые прилегали плотно, от них тоже оставались шрамы. В.КОЛОСОВА:  А, правда, что вы подсмотрели у Третьяка маску, а потом вам сварили какую-то специальную на заводе? В.МЫШКИН:  Да, да. Ну, это вспоминается, мы же помним, это же где-то год 1968-69, я играл за «Золотую шайбу» и вот как раз Владик, по-моему, начинал же тоже в такой лицевой маске, помню, а потом вдруг у него появилась такая, это он говорил, что он в Швеции ему подарили экспериментальную вот эту маску. Ну, а с фотографии-то срисовать не трудно, срисовали, ну, и на заводе сварили эту маску, я уже стал тоже играть в такой маске. В.КОЛОСОВА:  Не тяжело было? Она носибельна была? В.МЫШКИН:  Ну, почему, нормальная, там же эти прутья не стальные, а такие какие-то, все-таки на заводе у нас были различные компоненты, которые делались, типа титановых таких что-то. Очень легкую, хорошую маску сделали. В.КОЛОСОВА:  Вот умельцы. Я где-то прочитала, что вы попросили открыть когда-то раздевалку, где была ярославская команда, чтобы посмотреть на форму вратаря. Что это была за история? В.МЫШКИН:  Да. Олег Семенов играл в ярославском «Торпедо», вратарь, и он как раз по этим всем, как говорится, снаряжению вратарскому был первый спец, он сам шил щитки, блин, ловушку тогда, он все это сделал. Как будто вот это настоящий Cooper или ССМ. В.КОЛОСОВА:  Как же это так, мужчины и так ловко управлялись? В.МЫШКИН:  А вот так, были такие умельцы, шили. И они, когда приезжали к нам, я попросил, посмотрел, ну, и тоже что-то подобное попытался соорудить. Вот те щитки, которые раньше были, набитые конским волосом, тоже распарывали, перешивали, по новой делали и что-то подобное получалось. В.КОЛОСОВА:  А иностранцы видели вот это ваше умение? В.МЫШКИН:  А где они могли видеть, когда мы играли, как говорится, в глубинке. А потом уже, когда в Москву переехал, там уже… В.КОЛОСОВА:  Все было по-другому. В.МЫШКИН:  По-другому, здесь уже кое-что доставалось от Саши Сидельникова, а потом уже и самому давали, в первую очередь. В.КОЛОСОВА:  Мы подробно не остановились, а ведь там же тоже была очень интересная история, как вы стали играть в воротах, что это благодаря Мальцеву? В.МЫШКИН:  Ну, это не благодаря, а просто этот как бы эпизод. Я уже был вратарем, мы уже играли на «Золотую шайбу» и у нас была команда «Золотой шайбы» 1954-55 годов рождения. Сережа Мальцев был тоже вратарем поначалу, и вот мы делили, как говорится, ворота. Да, играет один же, а второй в запасе. И мы играли как раз на областную «Золотую шайбу» и, как помнится, «Вятские поляны», и вот проброс из зоны защиты, и она идет прямо в ворота, и Сережа мимо шайбы ловушечкой, раз, а она в ворота. А судил этот матч Александр Николаевич. Тогда же было судей тоже, как говорится, привлекали игроков команды мастеров вот на эти финалы, и он прямо тут же говорит: «Иди, садись, ты в ворота, а все, Игорь, ты завтра сдай форму, будешь играть в поле». Все, Сережа послушался и потом он играл в поле, довольно-таки вырос в хорошего, подавал надежды, привлекался к «Динамо», но не получилось, потом вернулся опять в Кирово-Чепецк и сейчас там живет. В.КОЛОСОВА:  Я смотрю на фотографии из книги Всеволода Владимировича, и вот рядом Третьяк и вы, вы абсолютно разные. Абсолютно разные, даже внешне сравнить невозможно, оба голкипера мирового масштаба. В чем вы были разными с Третьяком? В.МЫШКИН:  Ну, во-первых, по росту, все-таки давайте смотреть, Владислав Александрович где-то за 1 метр 90, а у меня 1 метр 70 всего. Мой рост это как у вратарей 1960-х годов, Виктор Сергеевич тоже был 1 метр 70 Коноваленко, Виктор Зингер 1 метр 72, я, как сейчас помню, потому что я раньше, когда все это было, маленьким, молодым человеком, собирал вырезки и снимки, были такие альбомы раньше, где, как увидишь это все про вратарей где-то что-то вырезалось, наклеивалось. Жалко вот это не сохранилось, сейчас бы для нашего музея это было бы огромная ценность. В.КОЛОСОВА:  О, да. В.МЫШКИН:  Кто знал, как говорится. В.КОЛОСОВА:  И вам приходилось, наверное, тогда уж скольжением, растяжкой, чем брать? В.МЫШКИН:  Ну, естественно, движением. Если габаритов не хватает, значит, надо быть в нужном месте в нужное время, а это значит катание. Поэтому я вот это катание, наверное, все-таки я вот этим отличаюсь, что я катаюсь хорошо и стараюсь все время быть именно на той позиции, на которой, я считаю, что наиболее оптимально для отражения шайбы. В.КУКУШКИН:  Ну, к этому могу добавить, что еще блестящая реакция. Потому что, если вратари играют «баттерфляй», опускают щиток, очень часто просто им попадает в щиток, не потому что он так среагировал, а просто положил щиток. А игра в стойке это реакция, ему нужно было реагировать. Вот у Володи как раз блестящая реакция. В.КОЛОСОВА:  Мы плавно подбираемся именно к созданию, я не могу сказать, Всеволод Владимирович, термина или названия «Красная машина», но как это лучше? Как называли нашу команду? В.КУКУШКИН:  Я могу сказать точно, и вот я очень рад, что со мной вместе Володя Мышкин, который был свидетелем. На самом деле, этот термин появился у нас, когда сборная СССР, в ней играл Володя, гастролировала, можно сказать, по клубам NHL, уже мы играли с ними, и мы были в Миннеаполисе. Утро, накануне сходила команда, посмотрела матч по американскому футболу, и там еще Тихонов спускался к местам, к игрокам, полицейский хотел, было, его остановить, ему объяснили, что это тренер русских хоккеистов. Он говорит: «А, значит, русские скоро начнут и в американский футбол нас бить?» И дальше утро, на следующий день я беру газеты и Тихонову перевожу, что вот «Большая красная машина». Он говорит: «Чего они нас все обзывают машиной?» Я говорю: «Сейчас, одну секунду. Журналист, который это написал, он здесь, он хочет с вами интервью сделать» - «Давай». И Виктор Васильевич ему говорит: «Что вы нас называете машиной?» Он говорит: «Поймите, это не я придумал, это, оказывается, в 1930-е годы в Детройте была команда по бейсболу, которая называлась как раз, о которой говорили, что она играла так совершенно, так прекрасно, как хорошая машина. А игроки были в красной форме. Вот поэтому и назвали «Большая красная машина», которая всех обыгрывала, это в 1930-е годы в бейсболе. И теперь по аналогии, когда появляется вот такая совершенная команда, которая так прекрасно играет, вот мы ее тоже называем «Большая красная машина». Ну, тогда Виктор Васильевич выдохнул: «Ну, ладно, так еще, куда ни шло. А то получается, что бездушные какие-то механизмы, а мы не машина, это живые игроки, это люди». Ну, в общем, сошлись на том, что никакого злого умысла в этом не было. И вот с этого момента мне было сказано: «Ну, ладно, ты тоже можешь так писать». И с этого момента я свою первую, ну, не первую, естественно, корреспонденцию написал, что вот «Большая красная машина», это было во время этого турне. В.КОЛОСОВА:  Владимир Семенович, коль скоро заговорили о душе, что это не бездушная «Красная машина», расскажите, когда вы уже оказались в сборной, были друзья, возможна вообще дружба внутри сборной такая мужская? В.МЫШКИН:  Вы знаете, сборная это как одна семья. Я, конечно, когда я первый раз побывал в сборной, на первом сборе, меня очень тепло приняли и особенно ветераны, это такие, как Борис Петрович Михайлов, Валерий Харламов, Валерий Васильев, это было для меня каким-то авансом, что ты можешь, ты здесь можешь и здесь должен ты жить, показывать все свое лучшее. Поэтому я считаю, что как раз здесь не только дружба, а вот именно сборная, а это как одна семья, тогда только придут большие победы. В.КОЛОСОВА:  Ну, вратарь это же большая ответственность. Были же и проигранные матчи, и, наверное, виноват когда-нибудь был и голкипер. Поддерживали или какие слова говорили? В.МЫШКИН:  Вот это всегда, по-моему, и было сильной стороной нашей сборной. Я вспоминаю именно тот горький момент, когда мы проиграли американцам на олимпиаде в Лейк-Плэсиде. Настроение было архиужасное вообще, но оставался еще один матч у нас, это был все-таки не финал, а какая-то надежда оставалась. И вот тогда как раз мне Валерий Борисович Харламов сказал: «Мышь, не переживай, все мы виноваты, не кори себя, может быть, еще выгорит». Ну, видите, не выгорело, но, во всяком случае, поддержка была, и никто никого не винил, винили только себя, всю команду. В.КОЛОСОВА:  А вы же с Харламовым учились вместе в институте физкультуры? В.МЫШКИН:  Да, знаете, вот судьба свела, как говорится, в последний год мы оказались в одной группе. В принципе, у меня получилось так, что я до службы в армии должен был находиться на очном отделении, ну, я и учился так, то здесь, то в Саратове. А потом, когда уже перешел в команду «Динамо» и получил звание офицера, последний курс я перевелся на заочный, и как раз вот этот заочный курс вместе с Валерием Борисовичем Харламовым. А он, если честно говорить, учился 13-й год. В.КОЛОСОВА:  Вечный студент, это про него было. В.МЫШКИН:  Да, он потихоньку, очень, как говорится, основательно. И это как раз был 1980 год после олимпиады. После олимпиады мы как раз год 1980-81 мы вместе оказались в группе. И, короче, я ему еще говорю: «Валер, давай поднапряжемся и в этом году выйдем на госы» Он говорит: «Подожди, я еще немножко это. Ты, - говорит, - давай, если у тебя как-то». Ну, короче, я смог и в 1981 году закончил, вышел на госы и сдал. А у него еще оставались некоторые хвосты, и он говорит: «Ну, я на следующий год. Я подожду еще годик, мне спешить некуда». Ну, видите, как судьба распорядилась, а в августе 1981 он погиб. В.КУКУШКИН:  Ну, давайте еще открутим ленту немножко назад. 1979 год, Кубок Вызова. В.КОЛОСОВА:  Давайте, это очень такая обширная тема, там есть много, что рассказать, у нас впереди новости, а после их мы обязательно с именно этой темы начнем, потому что это вызывает очень большой интерес у всех у нас и у радиослушателей. Остановились мы на 1979 годе и Кубок Вызова. Что это за турнир был? В.КУКУШКИН:  На самом деле, канадцам и американцам надоел матч всех звезд, в котором играют 15:12 или что-то такой счет, занимаются фигурным катанием и нет борьбы. И они захотели какое-то остренькое зрелище. Какое остренькое зрелище, они вели переговоры. Я помогал Андрею Васильевичу Старовойтову, которого я не раз уже упоминал, сегодня ему 101 год, и Андрей Васильевич сказал: «Хорошо, давайте сыграем». Они говорят: «В Нью-Йорке будет матч всех звезд» - «Ну, хорошо, матч всех звезд в Нью-Йорке». «Давайте так, два матча и третий решающий. То есть первый, если одни выигрывают, вторые, и, если требуется, то играем третий матч». Хорошо. Ну, Агги Куколович, который помогал Зиглеру и Иглсону, сказал: «А вот, представляете, какой сценарий, первый матч выигрываете вы, второй матч выигрываем мы, а третий решающий в дополнительное время выигрывают канадцы». Ну, то есть для нас они все были канадцы, хотя это было, и американцы уже в то время, и шведы играли за NHL. В.КОЛОСОВА:  Всем миром на нас навалились. В.КУКУШКИН:  Да, навалились прилично. Дальше ситуация такая, мы разговариваем со Старовойтовым, я говорю: «Чего, хороший сценарий». Он говорит: «Ничего подобного. Если они выигрывают первый матч, они сделают все, чтобы выиграть второй, чтобы обойтись без третьего». Я говорю: «А деньги?» - «Какие там деньги? Когда на лед выходишь, о деньгах не думаешь». Не так ли, Владимир Семенович? В.МЫШКИН:  Сто процентов. Совершенно. В.КОЛОСОВА:  Владимир Семенович, вы же ехали и, по-моему, Тихонов сам рассказывал, что он обещал, что вы обязательно будете стоять в воротах хотя бы один матч. В.КУКУШКИН:  Играть в воротах. В.КОЛОСОВА:  Играть в воротах, прошу прощения. Второй день меня поправляют. В.МЫШКИН:  Ну, обещать это как-то… В.КОЛОСОВА:  Не значит жениться. В.МЫШКИН:  Да, высоко сказано. Проговаривался этот вариант, как вариант подготовки к чемпионату мира. Он говорил, что все-таки у нас в апреле чемпионат мира в Москве, нам обязательно надо выигрывать, чехи приедут брать реванш за Прагу 1978, мы готовимся. Рассматриваем этот турнир, как еще и этап подготовки. Поэтому в каком-то матче в одном ты должен сыграть. Это проговаривалось: «Готовься». Ну, как говорится, ты в сборной, это был мой второй сбор за сборную, ну, и готовился. Но уже готовился, я могу сказать, что мне очень помогли декабрьские два турне со второй сборной и с командой «Крылья Советов» против команд… В.КОЛОСОВА:  Чешская какая-то была команда? А, NHLовская. В.МЫШКИН:  Нет, это мы ездили в Северную Америку, как раз со второй сборной мы сыграли последнюю серию против команд ВХА, я еще сыграл, успел сыграть против самого Горди Хоу, получил от него локтем, вышел не туда. И вторая серия это команда «Крылья Советов» ездила с командами NHL, играла суперсерию, параллельно команда ЦСКА тоже ездила. Вот эти две серии. В.КУКУШКИН:  В этой команде «Крылья Советов» играл Якушев, напрокат его дали. В.МЫШКИН:  Нет, это было раньше. В.КУКУШКИН:  А, раньше? В.МЫШКИН:  Это был 1975-76 год, когда он ездил, спартаковцы. В.КУКУШКИН:  В составе «Крылья Советов». В.МЫШКИН:  Да. А вот в 1978-79 нас усиливала тогда горьковская тройка и Витя Хатулев, усиление было в «Крыльях». В.КУКУШКИН:  Горьковскую тройку Тихонов прозвал «бурлаки». В.КОЛОСОВА:  То есть вы примерно представляли. В.МЫШКИН:  Ну, это большой опыт. И получилось так, что мы очень удачно выступили со второй сборной и с командой «Крылья Советов» выиграли серию, и все-таки, я говорю, вот эти большие дворцы, полные стадионы, все-таки уже меня не смущало это. Уже какой-то опыт получил. Естественно, если бы было, это, в принципе, Кубок Вызова это был мой второй матч за сборную официальный. Первый матч я сыграл в сентябре на «Руде право» против сборной Чехословакии, когда 5:4, хотя вели 5:1, потом в концовке мы 5:4 дотерпели. В общем-то, неплохой дебют получился. А это был второй матч, если был бы второй матч, я больше не играл. А так, естественно, наверное, какой-то, может быть, если бы не было вот этих двух серий, если бы я не получил опыт, наверное, может быть, чего-то было и по-другому. Но, во всяком случае, я уже не боялся больших дворцов, вот этих ревущих трибун. В.КОЛОСОВА:  Как он вам сказал, что вы сегодня играете? В.МЫШКИН:  Ну, я уже сколько раз говорил, получилось так, как получилось, может, случайно, а, может, я говорю, это все делается на небесах. Мы почему-то оказались в лифте на завтрак вдвоем, хотя жили на разных этажах. Я не помню, он зашел или я зашел, только вот это не помню, и как раз спускаемся на завтрак, и он мне говорит: «Ну, как у тебя состояние?» Я говорю: «Да нормально» - «Готов?» Я говорю: «Да» - «Ну, сегодня играешь». Вот и все. Официально потом команде показали. В.КОЛОСОВА:  А дальше помните что-нибудь? В.МЫШКИН:  Ну, а чего, там завтрак и поехали на раскатку, и потом после раскатки приехали, было собрание, на собрании сказали официально все. Обед, отдых, игра, ну, как говорится, все. В.КОЛОСОВА:  Накачивали как-то перед игрой? В.МЫШКИН:  Да я не думаю, нет, какая там накачка, все прекрасно понимали, и всем тоже хотелось, счет был 1:1 и очень две упорных игры было, и предполагалось, что и эта будет, конечно, упорной. Ну, она и была упорной. В принципе, все решилось то, что наши нападающие сделали свои великое дело, голы забили. Причем они забили такие голы, что до этого момента Чиверс считался у них лучшим вратарем, а тут он четыре гола пропустил под блин, что вообще неестественно. Ну, после этого как-то ушел в тень, и после этого сезона вообще закончил. Вот так бывает в судьбе вратарей, матч одного возвышает, а другого… В.КОЛОСОВА:  Это да. В.КУКУШКИН:  Да, но только слово блин это означает… В.КОЛОСОВА:  Но не ругательство. В.КУКУШКИН:  Это защита, перчатка, которая держит клюшку, и там такая нашивка сделана, раньше она была круглая, сейчас она прямоугольная, и ею отбивают шайбу. К этому еще я могу одну вещь добавить, что Владимир Семенович все слышал одно, а игрокам Тихонов говорил: «Сегодня Володя, так что помогите ему, помогите». Вот это было сказано игрокам. Кроме того, они сами это прекрасно понимали. Расчет Тихонова был, как он мне сам рассказывал, был такой, в воротах у нас играет Мышкин, канадцы его не знают, роста он невысокого, они ему будут сразу бросать изо всех позиций, а это бесполезное дело. Против Володи надо играть с ближней позиции, с ближнего пятачка, там еще можно что-то сделать, а издалека это бесполезное дело. Они решили – ну, сейчас мы его расстреляем, и начали прямо с первых минут. Ну, к этому я могу сказать, что такой хоккеист и поэт, ну, написал такое четверостишие, я последние строки: «Проигрывать он не умел и это главное у русских». Это Леонид Поляков, такой был хоккеист, он играл в ЦСКА, но не в основной команде, а в молодежной. Ну, потом пошел на тренерскую работу, и вот потянуло его писать стихи. Мышкину он посвятил, что это главное у русских – не умеют проигрывать. В.КОЛОСОВА:  Владимир Семенович, а мысли-то какие весь матч были? В.МЫШКИН:  А какие могут быть мысли? Только игра, тут мыслей никаких. В.КОЛОСОВА:  Я бы на часы все время смотрела, думала, когда же это закончится. В.МЫШКИН:  Ну, вот это самое страшное, когда на часы и ждут окончания, это наверняка путь к поражению. Надо играть до конца, а не ждать окончания. Знаете, вот есть такая поговорка, тогда все получится. Ну, во всяком случае, я могу сказать, не лукавя, конечно, волнение было, ну, то, что все-таки решающий матч и все здесь поставлено на карту, и вот у тебя шанс. Но с этим волнением, оно у каждого спортсмена бывает, у каждого. И лукавят, когда говорят, что я не волновался, выходил и все это, это не бывает. Кто, как справляется с этим волнением. Ну, так получилось, что с первым вбрасыванием, и все, и просто не существовало для меня ни болельщиков, ни трибун, а только ледовая площадка, вот эти канадцы, все вот это, и оно как один момент, просто бум, бум, смотрю, уже все, конец, 6:0, все обнимаются, все нормально. В.КОЛОСОВА:  Вас признали звездой матча? В.МЫШКИН:  Да, после каждого матча из обеих команд выбирали лучших игроков, и награждали золотой медалью, именно золотой медалью, она из золота. Спонсор был Molson, пиво, и вот это такая Challenge Cup Molson, эту медаль я сейчас отдал в наш музей. В.КОЛОСОВА:  А что ребята сказали после матча? Сказали: «Мышь, ты супер»? В.МЫШКИН:  Ну, поздравили, все, обняли, все отлично, а что еще можно, я не знаю. Потом была пресс-конференция, Колосков, Сыч и я были на пресс-конференции, отвечали на вопросы. Ну, а потом все поехали в отель и все как-то так буднично и все остальное дело по прилету в Москву. Здесь встречала большая толпа людей прямо на летном поле. В.КУКУШКИН:  К этому я могу добавить, дело в том, что из-за разницы по времени, естественно, матч был в ночное время в Москве, утром человек из ЦК партии позвонил Павлову, а Павлов до этого звонил тут же по параллельному Сычу: «Валентин, как?» А тот решил его разыграть и печальным голосом говорит: «Сергей Павлович, 6:0» Тот говорит: «Что?» И тут же таким печальным голосом Сергей Павлович говорит секретарю ЦК партии Зимянину, что, Михаил Васильевич, 6:0, ну, бывает. И тут Сыч заорал вовсю: «Да мы выиграли, мы выиграли 6:0». Тот говорит: «Извините, тут какая-то плохая связь». В.КОЛОСОВА:  Всеволод Владимирович, может быть, не все расслышали, так чем закончилось дело? В.КУКУШКИН:  Ну, дело закончилось тем, что Сыч прокричал Павлову, Павлов объяснил Зимянину, что плохая слышимость, но выиграли-то мы 6:0. Тот уже поднял другую трубку и доложил Леониду Ильичу, что сенсационная победа. После этого Павлов объяснил Сычу, какие шутки, когда и где допускаются, но они были хорошими друзьями и, в общем, результат-то 6:0 в нашу пользу, так что ничего, помиловали. А Владимир Семенович вернулся героем. В.КОЛОСОВА:  Звездой, а что же. В.КУКУШКИН:  Кстати говоря, Борис Петрович Михайлов получил тогда, как приз лучшему видеомагнитофон, но он был американской системы и стоял на даче у Михайлова, как тумбочка. В.КОЛОСОВА:  Владимир Семенович, а вам какие призовые были положены за ту победу? В.МЫШКИН:  Как и оговорено было, там немного, можно сказать, никаких суперпремиальных не было. То, что было оговорено за победу в серии, столько и дали. В.КОЛОСОВА:  Спрашивают наши радиослушатели, невозможно не дать им слово. «Правда ли, что тренер Тихонов был очень жесткий человек? И какое у вас отношение было к нему? Спасибо». В.МЫШКИН:  Жесткий, ну, тренерская профессия подразумевает какую-то требовательность, и здесь все зависит от того, как человек делает свою работу. Я не считаю, что Виктор Васильевич, он был требовательным по праву, это приносило результат. А жесткий, это когда, наверное, работать с людьми и не по делу требовать то, что они не могут. А то, что Виктор Васильевич делал, это то, что делал, он именно все было подчинено результату, и это были возможны вот эти различные требования, я бы так сказал. В.КУКУШКИН:  Я говорил на эту тему с Тихоновым, он сказал, что как только начинается любовь между тренером и игроками, на этом результат уже заканчивается, уже ничего не будет хорошего. Это, во-первых. А, во-вторых, все тренеры во всех командах это враги, почему, потому что они лишают игроков хорошей жизни. В.КОЛОСОВА:  Личной жизни. В.КУКУШКИН:  Всех удовольствий. Насчет личной жизни еще, куда ни шло. Всех удовольствий, все время что-то требуют, более того, даже на весы ставят, чтобы у тебя не было ничего лишнего веса. То есть они, как плантаторы, на плантациях негров гоняли бичами, так и здесь. Я вспоминаю одну историю, когда один известный хоккеист приехал на тренировку, и было видно, что накануне он нарушил спортивный режим. Тихонов ничего не сказал, он вместе с Юрзиновым проводил эту тренировку, он только сказал Юрзинову: «Ты смотри, по-моему, нарушил. Смотри, как гарцует». А тот вовсю катался, руками махал, и видно было, что у него пот и уже все выходит. И Тихонов только давал ему чуть-чуть по нарастающей нагрузку, чтобы все вчерашнее вышло, и чтобы он запомнил – больше не надо. В.КОЛОСОВА:  Трудотерапия это называется. В.КУКУШКИН:  Да, но это был великий хоккеист. И ни слова замечания не было, кроме того, что, давай, работай. В.КОЛОСОВА:  Владимир Семенович, 9 декабря стартует турнир, который называется «Кубок Легенд», это в третий раз будет. Будет в «Парке Легенд» проходить под открытым небом, четыре команды – «Динамо», «Спартак», «Крылья Советов» и ЦСКА. И сегодня вы мне сказали, что вы будете играть в воротах. Как вам удается сохранять эту форму? Я восторгаюсь вами. И вообще вашей плеядой спортсменов. Как, за счет чего вы держитесь? Вам не надоело вообще, в принципе, играть в хоккей? В.МЫШКИН:  Ну, во-первых, насчет надоело, хоккей это наша жизнь, вся жизнь, как себя помню, как с 8 лет я в воротах, так, наверное, пока остаюсь. Может быть, самое главное, чтобы не было травм. А так это наше любимое занятие, наша жизнь и общение. У нас есть хоккейный клуб «Легенды хоккея», в нем собраны все практически люди, которые выиграли что-то, олимпийские чемпионы, чемпионы мира. Мы тренируемся два раза в неделю, играем матчи, проводим мастер-классы, ведем большую общественно-политическую, можно сказать… В.КОЛОСОВА:  А у кого бросок сохранился крепче всех? В.МЫШКИН:  Ну, бросок, может быть, да, немножко стал послабее, но есть еще люди, которые бросают довольно-таки прилично, есть, не будем говорить. Но, во всяком случае, у нас, как говорится, единая такая же хоккейная семья, тренируемся, ездим по стране, играем с детьми, с ветеранами тоже, с любителями, проводим мастер-классы, так что довольно участвуем активно в хоккейной жизни и в общественно-политической жизни страны. В.КОЛОСОВА:  Под открытым небом же тяжеловато играть. В.МЫШКИН:  Ну, сейчас попробуем. Вчера, например, потренировались уже на этом катке, часик поиграли, всем очень понравилось, вспомнили, как говорится, юность, молодость. В.КОЛОСОВА:  Да, тогда же играли. В.МЫШКИН:  Конечно, мы все выросли, играли же раньше под открытым небом, то, что вот этот снежок, как шайба в снегу идет, вот это все вспоминается. Но сейчас сыграем, посмотрим, сейчас уже опять старые товарищи, старые соперники, я думаю, что это очень будет здорово и всем понравится. В.КУКУШКИН:  Ну, к этому я могу добавить, что Владимир Семенович до сих пор пользуется огромной популярностью в мире. И я знаю, что на старейший в Европе турнир Кубок Шпенглера он приглашен, как почетный гость, потому что он поработал и в Давосе. Так что конец декабря у него будет в Швейцарии. В.КОЛОСОВА:  Спасибо вам огромное, мы вами гордимся, без травм, долгих лет жизни. У нас сегодня в гостях был Владимир Семенович Мышкин, Всеволод Владимирович Кукушкин. Спасибо огромное, что были у нас. В.МЫШКИН:  Спасибо. В.КУКУШКИН:  Спасибо.

Персоны
Выпуски
2021
2020
2019
2018
2017
2016
2021
2021
Подкастыотавторов
Красная машина
21 выпуск
Красная машина
Москва слезам поверит
117 выпусков
Москва слезам поверит