Эрнест Орлов – об экспозиции Дома-музея Чехова

У домов-музеев, особенно у музеев-квартир, особая привлекательность – они сближают того, великого, ушедшего из жизни, и того простого смертного, кто пришел о нем разузнать. В этом преимущество таких музеев перед музеями обширными – они соразмерны человеку. Оказывается, тот, кто представлялся великаном, глыбой, гигантом мысли, небожителем, чистил зубы, справлял нужду, пил из лафитничка ягодную настойку (Чехов, кстати, водку предпочитал), бранился с домашними.

Чехов в отношениях с родственниками был вполне деликатен, привязан. Один из его псевдонимов в ранних рассказах "брат моего брата". Именно на Садовую-Кудринскую к нему пришла настоящая слава, высокие гонорары от издателя Суворина и Пушкинская премия за сборник "В сумерках". Дом на Садовой вряд ли сыграл в этом заметную роль. Но вряд ли так думает Эрнест Орлов: заведующий чеховским отделом Государственного литературного музея, много лет работал в Мелихове, десять лет здесь, на Садовой.