Премьера спектакля "Обломов" прошла на Новой сцене Александринского театра

Премьера спектакля "Обломов" по мотивам романа Гончарова прошла на Новой сцене Александринского театра. Режиссер Андрей Прикотенко увидел в главном герое юродивого, воля которого парализована максимализмом мечты. Екатерина Грициенко подробнее.

Песня вольная, сокровенная. Верно так напевают в Обломовке. В той деревне, где люди со зла не шутят. А смеются задорно и искренне. Там гуляют с любимой, обнявшись за талию. Ну, а дома ждет и томится задушевный обед.

"Обломовка – это не просто деревня, там, с постройками и с домашней птицей. Обломовка – это мир, в каждом из нас есть Обломовка. Независимо от того, лежим мы на диване, либо снуем по городу изо дня в день. У нас у каждого есть что-то, какой-то идеал", – говорит актёр Иван Трус.

Деревня детства, деревня мечты. Вот только дороги в прошлое – нет. Но пока и здесь, в квартире на Гороховой улице, витают покой и блаженство. И пусть штукатурка лежит на полу, а ковер давно прогрызли мыши, в душе Обломова – всегда светло и ясно. Сцена его встречи со Штольцем – апофеоз чистой радости, настоящей дружбы.

Оказалось, чтобы показать другого Обломова не нужны эксперименты – ни с эпохой, ни с текстом классика. Кстати, образ Ильи Ильича Гончаров во много списал с себя. Он и сам был сибаритом, считал, что покой рождает творчество. А из-за того, что долго работал над произведениями, заслужил прозвище "Принц де лень".

Гончаров не дает оценок и не делает выводов. Своего героя он не оправдывает и не судит. Читатель и сам понимает, лень – разрушает, она ведет к застою и гибели. Но разве это не мечта – надеть огромный, мягкий халат и спрятаться в нем от зла и тревог. Но как тут не очнуться ото сна, как не забыть про халат и скуку, когда жизнь вдруг озаряет улыбка любви.

Больше, чем полтора века мы ищем ответ на вопрос: почему Обломов не женился на Ольге. Что это за грезы, которые парализуют волю, сводят на нет прекрасные порывы, заставляют страдать.

"Обломовщина – романтический русский идеализм. Это качество, которое было во всех нас – но которого теперь, может быть, у нас нет", – рассуждает режиссёр Андрей Прикотенко.

Другой Обломов – не тюфяк, не рохля. Он драматичен и трагичен. Свои нервы и нервы зрителей натягивает, как струну. Лопнет и отзовется болью. В энергичном и грубом мире так страшно сделать остановку, закрыть глаза и уши, погрузиться в сон. И уж какое дело до пошлости и злобы – нужно бежать, успевать за жизнью. В этом смысле образ Обломова кажется далеким современному зрителю. Но только на первый взгляд.

"Не причинить этому миру зла, не сделать в жизни хотя бы ничего плохого, это позиция, которая, как мне кажется, многие сегодняшние современные люди могут понять, услышать и даже разделить", – отмечает Андрей Прикотенко.

Как говорит Андрей Прикотенко, лежать на диване можно по-разному. И как бы то ни было – безвольный мечтатель, бездействующий идеалист Обломов до сих пор приводит в движение наши мысли и чувства.