"Сын" – премьера в Театре Ермоловой

В Театре Ермоловой премьера. Спектакль "Сын" по пьесе Флориана Зеллера ставит болезненные и сложные вопросы о взаимоотношениях родителей и детей-подростков. Как преодолеть свое "эго", сделать шаг навстречу близкому человеку? Возможно ли предотвратить самое страшное? Вместе с героями постановки об этом размышляет Юлия Кундрюкова.

Пьеса французского драматурга Флориана Зеллера "Сын" – это часть трилогии. Две остальные – "Отец" и "Мать" – о героях, которые неизлечимо больны физически. А пьеса "Сын" о болезни душевной. Через нее проходят многие, когда становятся подростками и впадают в депрессивное состояние. Семнадцатилетний Николя пропускает школу, рушит отношения с матерью и уезжает жить к отцу, у которого новая семья с грудным ребенком. Леон Кемстач – звезда нашумевшего сериала "Слово пацана" – снова играет трудного подростка. Но впервые – на театральной сцене. Говорит, что видит в своей роли важное послание для сверстников, которые вступают в мрачную игру с жизнью и смертью.

"Всегда можно найти и нужно найти близкого человека, которому надо всё это сказать. Нужно сказать прямо. Человек выслушает тебя, если это действительно твой близкий, любящий тебя человек. В любом случае никогда нельзя сдаваться и оканчивать жизнь, потому что жизнь – это самое ценное, что у нас есть", – сказал актер Леон Кемстач.

Пьер – отец Николя – ушел из семьи, влюбившись в другую женщину. Обида и непонимание со стороны жены и сына рождают в нем чувство вины. И вместо того, чтобы строить отношения в новых реалиях, он пытается отгородиться от прошлого. И в то же время не может отвернуться от сына, с которым явно что-то не так.

"Казалось бы, нужно искренне попытаться до него достучаться, поговорить с ним. И сказать, может быть, и о своих чувствах, поделиться своими чувствами и услышать его чувства. Он, к сожалению, этого не может сделать просто в силу того, что не умеет", – поделился актер Константин Плотников.

Это пьеса про неумение слушать и слышать близких людей. А режиссер Георгий Сурков говорит, что в постановке стремился подчеркнуть причину этой глухоты.

"История о разрушающем чувстве вины, которое затмевает наше видение реальности. И мы, испытывая его, думаем, что возвышаемся и очищаемся. На самом деле это очень эгоистическое чувство, которое нас топит, разрушает нас и людей, которые нас окружают, наших близких", – пояснил режиссер Георгий Сурков.

Строгие горизонтальные линии в сценографии спектакля дополняют изображения на экране. Они делают эту историю глубже и как будто подсказывают зрителям, что же на самом деле происходит. В сцене ссоры с отцом на экране появляются фрагменты картины Репина "Иван Грозный и сын его Иван". И актеры буквально повторяют эту позу на сцене. А во время откровенного разговора Николя с матерью появляется изображение Бемби из диснеевского мультфильма. Беззащитный и растерянный – как почти каждый подросток – образ, спрятанный за крепкой броней бунта.