Довлатов, как всегда, автобиографичен: он описывает свою настоящую встречу с реальной былой возлюбленной, тут можно не сомневаться. Он только прибавит ей в тексте лишнее "т" (как будто, прибавив чужую букву к имени, мы что-то скроем: нет, скорей только внесем комический эффект, там, где и не хотели). "Т" он прибавит, а дрожь не скроет. "Вдруг я заметил, что у меня трясутся руки", – напишет Довлатов в своей повести "Филиал". "Причем не дрожат, а именно трясутся. До звона чайной ложечки в стакане". Говорят, Ася (Тася) разбила автору (герою) жизнь, ибо он не мог без нее, а она могла. Воротишься на родину. Ну что ж. Гляди вокруг, кому еще ты нужен, кому теперь в друзья ты попадешь? Воротишься, купи себе на ужин какого-нибудь сладкого вина, смотри в окно и думай понемногу: во всем твоя одна, твоя вина, и хорошо. Спасибо. Слава Богу. Как хорошо, что некого винить, как хорошо, что ты никем не связан, как хорошо, что до смерти любить тебя никто на свете не обязан. Как хорошо, что никогда во тьму ничья рука тебя не провожала, как хорошо на свете одному идти пешком с шумящего вокзала. Как хорошо, на родину спеша, поймать себя в словах неоткровенных и вдруг понять, как медленно душа заботится о новых переменах. В выпуске звучат стихотворения Иосифа Бродского в его исполнении, в исполнении Вениамина Смехова и Дмитрия Воденникова.