Наша Арктика Героизм Папанина и папанинцев

Имя Папанина ассоциируется с севером, холодом и льдом, хоть он и является выходцем из Крыма. Героическая жизнь Папанина и папанинцев. Что осталось за скобками?

САРАЛИДЗЕ: Здравствуйте, уважаемые слушатели. В студии "Вести ФМ" Марат Сафаров и Гия Саралидзе. Марат, приветствую.

САФАРОВ: Приветствую, Гия.

САРАЛИДЗЕ: Мы продолжаем свой спецпроект, который посвящен Арктике, нашей Арктике. В предыдущих выпусках мы говорили об истории освоения Арктики, именно русском освоении, ну и в том числе и 20-й век затрагивали. И подчеркивали, что масштаб задач приобрел такой государственный размах, системность. Ну, государственный размах, наверное, был и до этого. В общем, понимание того, что Арктика важна, оно было, безусловно, и у государственных деятелей, и в Российской империи. Но все-таки вот эту системность, которая вообще свойственна, надо сказать, большевикам, она, конечно, приобрела уже особенно в 30-е годы.

Ну, вспоминали мы экспедицию под руководством Ивана Папанина, она стала, безусловно, легендарной в освоении Арктики. Но давайте сегодня поподробнее об этом поговорим. Тем более вообще сама фигура Папанина, она, конечно, очень интересная.

САФАРОВ: Она очень интересная, хотя бы тем, что человек, который ассоциируется напрямую с Арктикой, с холодом, со льдами, с открытием первой советской дрейфующей полярной станции, на самом деле крымчанин, и жил он совсем в других условиях, и ничего вроде бы не предвещало того, что он будет накрепко, навсегда связан с Арктикой. Причем, после своей экспедиции 30-х годов он впоследствии всю свою долгую жизнь (а умер Иван Папанин в 86-м году) всегда был связан с Севером, с Главсеверморпути, с различными государственными, научными задачами по освоению Арктики.

САРАЛИДЗЕ: Ну, здесь еще, конечно, нужно сказать о его непростой, надо сказать, биографии. И были страницы, которые сам Папанин, в общем, предпочитал не рассказывать, не говорить. Ну, имеется в виду, конечно, служба в органах безопасности, так скажем.

САФАРОВ: В Крыму.

САРАЛИДЗЕ: В Крыму, да, именно в те непростые времена репрессий.

САФАРОВ: Гражданской войны, да.

САРАЛИДЗЕ: Кстати, я очень хорошо помню, что там в конце 80-х – начале 90-х как бы в противовес вот тому советскому восторженному тону по поводу папанинцев и вообще всей арктической вот этой истории, в общем, там вот проходились по поводу его биографии.

САФАРОВ: Да. Ну это он всегда оставлял за скобками. А что касается его такой героической жизни, кажется, она прям и началась одним днем – 6 июня 37-го года, когда состоялось это самое торжественное открытие первой советской дрейфующей полярной станции "Северный Полюс-1". Надо сказать, конечно, что у такого предприятия не могло быть одного человека создателя, это все создавалось не на Севере, не в Арктике, а в Москве в научных и государственных кабинетах. Здесь прежде всего надо вспомнить Отто Юльевича Шмидта. В советское время до войны очень была такая популярная эта фигура, причем везде были его фотографии: такой бородатый, значит, человек, ученый, подлинно ученый и в то же время ученый такой вот и не кабинетный, а понимающий государственные задачи, прикладные задачи. И, конечно, с ним активным образом связана эта дерзкая инициатива – не экспедиционные проводить какие-то приезды и отъезды, а создать постоянную полярную станцию. То есть по сути, если так рассмотреть эту задачу, которую ставил Шмидт, это наше присутствие и наш приоритет в Арктике...

Полностью слушайте в аудиоверсии!