Театральная среда Вадима Верника Непобедимое сопрано и дорогой Слава: воспоминания Ольги и Елены Ростропович
Ольга Ростропович: "Большая разница между тем, чтобы быть требовательным и быть строгим. Нас воспитывали так, чтобы мы знали с первого дня жизни, что хорошо, а что – плохо. Эти стандарты в нас воспитывались с пеленок. Жестко – нет, требовательно – да. Сегодня я могу сказать большое спасибо за такое воспитание, потому что я также отношусь и к себе, и к той работе, которую делаю в Центре оперного пения Галины Вишневской. Я также требовательно отношусь к нашим ребятам, которые, как говорила мама: "Если с изъяном – не выпускали на сцену", – вот я их и не выпускаю. Да, они на меня обижаются, но ничего страшного – потом благодарят".
"Родители были очень заняты. Они принадлежали миру. Но их жизнь проходила всегда у нас дома. Мы имели возможность общаться с их друзьями. К нам были вхожи гиганты. Например, приходил Шостакович. Я говорю: "Проходите в кабинет, папа скоро будет". А потом Дмитрий Дмитриевич такие удивительные вопросы задавал: "Ну как дела в школе?", "А что ты сейчас играешь?".
"Певица говорит: "Я не могла пройти – стоит хор и меня не пропускает". В ответ: "Была бы Вишневская – весь хор бы лежал, а Вы были бы на сцене".
"У мамы был свой ритуал. Она был очень требовательной и бескомпромиссной к себе. Самой сложной партией для себя она считала Аиду, поэтому до исполнения она три дня молчала. А мы с Ленкой по-хитрому это использовали, если нужно было куда-то пойти".
Елена Ростропович: "Были знакомы и с Марком Шагалом. Встречались много раз, когда мы были на юге Франции, с папой играли концерт. После этого Шагал пригласил нас к себе домой. Как мы называли его "дядя Марк". Он говорил по-русски, даже подписал и подарил плакат. У нас есть и картина, которую он подарил отцу. Они очень дружили, у нас даже палитра Шагала есть. Он написал: "Дорогому Славе от дяди Марка". Мы встречались с гениальными людьми, это была большая честь".
"Перед спектаклями у нее всегда был ритуал. Мы всегда знали какой спектакль. Но в день спектакля – в 15:00 всегда полусырой бифштекс. Мы не должны были входить в ее комнату, потому что она отдыхала. Мы это всегда знали. К 17:00 она уже должна была быть в театре. Она всегда шла пешком, без машины и всегда на каблуках. Она никогда не выходила без шпилек и не причесанная. Но к ней никогда не прикасалась рука парикмахера, она всегда сама укладывала свои волосы и делала макияж. Платья все шились по ее эскизам. Эля Петровна и Марта Петровна – две портнихи, которые жили в Эстонии и приезжали к нам раз в 2-3 года, жили месяца два, а мама приходила с толстыми журналами и материалами".
***
О книге Вадима Верника о Галине Вишневской и Мстиславе Ростроповиче, воспитании детей в семье музыкантов мирового уровня и требовательности творцов к себе.
***
Гости: Ольга и Елена Ростропович, дочери Мстислава Ростроповича и Галины Вишневской.
