Авторские материалы Остров Свободы – в "тисках" блокады

Ситуация на Кубе стремительно переходит из разряда хронического кризиса в фазу острой гуманитарной катастрофы. Остров Свободы, десятилетиями бывший символом сопротивления американской гегемонии, сегодня оказался на грани полного коллапса. Январские события в Венесуэле, где был задержан Николас Мадуро, лишили Гавану главного источника топлива, и теперь США пытаются использовать этот шанс, чтобы добиться от Кубы политической капитуляции. Ключевую роль в этом давлении играет госсекретарь Марко Рубио, чья личная история и политические амбиции тесно переплетены с судьбой острова. Но готовы ли Москва и Пекин принять новый удар по своим позициям в Западном полушарии? С подробностями – Александр Ельшевский.

Чтобы понять глубину происходящего на Острове Свободы, достаточно одной цифры, которую привел кубинский журналист Леонардо Падура. После сентябрьского повышения пенсий его 97-летняя мать стала получать около 2500 песо. Коробка из 30 яиц стоит 3000. Это значит, что пенсионер не может позволить себе даже одного яйца в день.

Около 60% населения, по независимым оценкам, живет за чертой бедности или на ее грани. Кризис ударил по всем сферам: производство сахара – некогда гордости острова – составляет лишь 2,7% от показателей 1989 года, покрывая меньше трети внутренних потребностей, а производительность труда, по оценкам ООН, опустилась ниже уровня Гаити.

Самый страшный удар пришелся на энергетику. Из-за устаревшей инфраструктуры и отсутствия топлива страна генерирует на четверть меньше электричества, чем пять лет назад. Аварии на теплоэлектростанциях привели к тотальным блэкаутам, а вслед за светом исчезла вода, встал транспорт, остановились заводы. Экономика Кубы, которая и так с трудом оправлялась от последствий пандемии и ужесточения санкций при Трампе, сейчас фактически парализована.

Топливный коллапс обострился до предела после того, как Вашингтон нанес удар по главным союзникам Гаваны. Операция США в Венесуэле в январе этого года лишила Кубу трети нефтяного импорта, который ранее покрывал половину потребностей острова. Следом пришел черед Мексики. Президент Клаудия Шейнбаум объявила о приостановке поставок нефти на остров. Формальная причина – угрозы пошлин со стороны Дональда Трампа. В её заявлении прозвучала редкая для официальных лиц откровенность: «Нельзя причинять вред народу только потому, что не согласны с правительством. Это неправильно. У них нет топлива для больниц или школ. Люди страдают». Однако пока слова остаются словами, и танкеры с мексиканской нефтью не идут.

На этом фоне единственным реальным источником помощи становится Россия. Накануне посол в Гаване Виктор Коронелли заявил, что Москва в ближайшее время поставит на остров нефть и нефтепродукты. Россия и раньше помогала Кубе, но сейчас речь идет не просто о коммерческом контракте, а о политическом жесте в условиях жесткой блокады.

Однако США не намерены уступать инициативу. Администрация Трампа использует тактику кнута и пряника. С одной стороны, как сообщает The Economist со ссылкой на источники, Белый дом рассматривает возможность отправить на Кубу небольшие объемы топлива – газа для приготовления пищи и дизеля для водопроводных станций. Это будет подано как «гуманитарная помощь».

Но истинные намерения Вашингтона озвучивает госсекретарь Марко Рубио – фигура, во многом символизирующая нынешний американский курс на Кубу. Рубио, чьи родители эмигрировали из Кубы еще в 1956 году, при диктаторе Батисте, за три года до революции, на протяжении всей своей карьеры строил образ политика, стремящегося к освобождению исторической родины. В своих заявлениях он не скрывает целей: он прямо выступает за свержение именно нынешних властей Кубы, называя правительство острова некомпетентным и возлагая на него ответственность за катастрофу. И попутно эмоционально винит в бедах кубинцев и в том числе своей семьи. Которая эмигрировала еще когда остров был под фактическим контролем США.

Как отмечает The Economist, его политическая карьера во многом определена стремлением положить конец 67-летнему правлению Коммунистической партии на острове. При этом цинизм ситуации в том, что США сами во многом создали гуманитарную катастрофу, чтобы использовать её как рычаг давления. В конце января Дональд Трамп объявил режим чрезвычайного положения из-за угрозы национальной безопасности со стороны Кубы и ввел дополнительные пошлины для всех стран, поставляющих нефть на остров. Вашингтон рассчитывает, что тиски блокады заставят кубинское правительство сесть за стол переговоров и изменить свою однопартийную систему.

В этой связи ситуация вокруг Кубы становится маркером глобального передела. Как отмечают аналитики, если Москва и Пекин позволят Вашингтону «проглотить» Остров Свободы, всему глобальному Югу будет послан сигнал: американская гегемония вернулась. Куба – это символ. Её не тронули даже на пике однополярного мира. Сейчас этот символ под угрозой.

Пока геополитические тяжеловесы меряются силой, простые кубинцы и российские туристы оказались в ловушке. Аэропорты Кубы, включая Гавану и популярные курортные терминалы, испытывают острый дефицит авиатоплива. Ситуация, по официальным данным, продлится как минимум до 11 марта. Авиакомпаниям приходится заправляться на вылете или совершать технические остановки в других странах. Минэкономразвития РФ уже рекомендовало туристам воздержаться от поездок, а туроператорам – приостановить продажи. Авиакомпании «Россия» и Nordwind организуют вывозные рейсы, Для российских путешественников, которые за последние годы привыкли к Кубе как к доступной альтернативе, это тревожный сигнал.

Куба сегодня напоминает остров, зажатый в тисках. С одной стороны – беспрецедентное давление США, олицетворяемое Марко Рубио, который открыто говорит о смене режима, и потеря венесуэльской нефти. С другой – обещания помощи от России и сочувствие Мексики, которая, впрочем, пока не готова идти на конфликт с Вашингтоном. Сможет ли Гавана удержаться? Президент Мигель Диас-Канель заявляет, что готов к диалогу с Вашингтоном, но без давления. Однако Вашингтон давит. И в этом смысле судьба Острова Свободы сейчас решается не только в Гаване, но и в Москве, и в Пекине.