От первого лица Владислав Любый в программе "От первого лица"

Не часто в студии "Радио России" бывают директора театров, но именно таков наш сегодняшний гость: директор Российского академического молодежного театра Владислав Любый.

- Российский академический молодежный театр (РАМТ), или в прошлом ЦДТ - Центральный детский театр - очень хорошо известен в стране, любим московскими зрителями. Это театр с прекрасными традициями, особенно если вспомнить, что на его сцене начинал творческую жизнь Олег Николаевич Ефремов, там ставили спектакли Мария Иосифовна Кнебель и Анатолий Васильевич Эфрос. И искушенному театралу эти имена говорят очень много. И вот сегодня это Российский академический молодежный театр. А почему в названии появилось слово "академический"?

ЛЮБЫЙ: Знаете, это один из наиболее частых вопросов, которые нам задают, но для нас он - один из самых сложных. И дело не в том, что мы не понимаем, почему, а в том, что сложно сформулировать ответ, объяснить. Надо вспомнить, что театр изменил название в сезон 92- 93-го года, то есть достаточно давно. И сколько лет прошло с тех пор, столько и задают этот вопрос.

- Может, вы просто хотите больше платить артистам, а в академическом театре зарплата должна быть выше?

ЛЮБЫЙ: Центральный детский театр тоже был академическим; суть дела в том, что это именно молодежный театр. А это вещь очень серьезная и, говоря об этом, мы стараемся подбирать аргументы и объяснения. И вообще эта тема для нас на уровне самоопределения. Я работаю в нашем театре десять лет, и когда я пришел, он уже был молодежным. А Центральный детский - это была уже история, которую я впитывал, воспринимал, помнил - что-то сам, что-то - из рассказов и литературы. И у меня в первое время не возникало вопросов, почему театр молодежный. Но потом я стал над этим задумываться, и не столько над тем, почему театр детский стал молодежным, а что такое молодежный театр.



А дело в том, что в определенный момент наступил период, когда актуальность театра потребовала новых подходов в организации самого театра. Честно говоря, в последние годы развивается дискуссия, нужен ли вообще детский театр. И вопрос ставится не о молодежном, а о детском театре.

- То есть нужны ли театральные представления для детей?!

ЛЮБЫЙ: Нет. Речь не о том, нужны или не нужны детские спектакли. Ни один человек вам не скажет, что они не нужны. Может, кто-то из режиссеров не захочет ставить детские спектакли, или драматург - писать спектакли для детей, а артисты - играть в детской пьесе, но все в один голос заявят, что детский спектакль должен существовать. А вот детский театр как форма, где идут только детские спектакли? Не правда ли, возникает ощущение некоего анахронизма? Хотя те, кто помнит ЦДТ, прекрасно знают, что он славился не только детскими спектаклями...

- Кстати, пьесы Розова - абсолютно молодежные, и они начинали жизнь именно на сцене этого театра...

ЛЮБЫЙ: Конечно. И поэтому Центральный детский театр не был чисто детским театром. Детский театр и молодежный театр были настолько слиты воедино в ЦДТ, что в определенный момент просто произошла смена названия, которая отразила тенденции жизни, актуальность смещения интересов в сторону молодежного искусства.

- Хотелось бы понять еще и такую вещь. В последнее время у вас появились очень интересные новые формы молодежного театра. Учитывая особенности вашей аудитории, появились спектакли, которые играются поздним вечером, так называемые "ночные спектакли". Они начинаются в 22 часа, поздно заканчиваются; молодежь любит вечернее время: кто-то идет в клуб, кто-то - на дискотеку, кто-то пьет пиво на лавочке. А кто-то, и это немалая часть молодых - приходит на ваши ночные спектакли. На Платонова, на "Роман с кокаином"... Впрочем, "Роман с кокаином" - отдельная песня, он идет, по-моему, с 2004-го года...

ЛЮБЫЙ: Да, это был перенос с малой на большую сцену.

- Вокруг этой инсценировки много загадок, а кроме того, в критических рецензиях проскальзывают опасения, не подает ли этот спектакль плохой пример молодежи. Мы считаем наркоманию самым страшным злом наравне с терроризмом, а здесь - "Роман с кокаином"?! Нет ли здесь какого-то манифеста?

ЛЮБЫЙ: Для людей, воспринимающих театр формально, реагирующих только на название, безусловно, возможно трактовать название или какие-то события абсолютно извращенно; такие люди могут сказать, что "Роман с кокаином" - в самом деле агитация за употребление наркотиков. Это полная чушь! Конечно, нельзя реагировать формально ни на название, ни на какие-то события; нужно вникать в суть, смотреть, анализировать. И все, кто видел спектакль и отнесся к нему серьезно как к произведению искусства, однозначно высказались, что никакой агитации-пропаганды здесь нет в помине.



Кстати, я очень болезненно реагирую на эту тему; иногда слушаешь концерты, особенно рок-групп, смотришь сериалы, и почти всегда чувствуешь, что тема наркотиков подается буквально как открытая пропаганда. Наш спектакль - это антинаркотический манифест...