От первого лица Руслан Гринберг в программе "От первого лица"

Накануне в Институте современного развития состоялся семинар. Институт современного развития - в какой-то мере детище избранного президента Дмитрия Анатольевича Медведева, структура, сильную сторону которой составляет, в частности, экономическая экспертиза. Речь на семинаре шла о том, как можно использовать преимущества нашей страны при сегодняшнем весьма нестабильном мировом экономическом положении. Все крупные мировые экономики - Европы, Соединенных Штатов, - пребывают в тревожном ожидании, а, по мнению экспертов Института современного развития, у России есть определенные преимущества. Как мог бы оценить эти преимущества Руслан Семенович Гринберг, директор Института экономики Российской академии наук?

ГРИНБЕРГ: Я сказал бы, что нефтедобывающие страны в мировой финансовой смуте и неопределенной обстановке имеют преимущества. Потому что мы твердо знаем, по крайней мере, сегодня, что в обозримой перспективе фундаментальное неравновесие между спросом и предложением на нефть и газ - явление долговременное. Это очень важно понять. Ну, будет не сто десять долларов стоить бочка нефти, а сто, девяносто пять или девяносто, - это все равно хорошо. И прогнозы Минфина не оправдываются (они закладывают намного меньше). Появляется много денег, и неизвестно, что с этими деньгами делать, хотя ясно, что это хорошо.

Хотя есть экономисты, которые говорят, что это проклятие, а не благодать, но я к ним не отношусь. Я считаю, что это именно благодать. А проклятие, они считают, потому, что когда с неба падают деньги, вы сидите на печи и ничего не делаете.

- Ну, наверное, отчасти это не столь неверно...

ГРИНБЕРГ: Очень отчасти. Потому что я знаю одно: если вы в тучные годы не сможете что-то сделать для развития экономики, которая растет, но развивается слабо, особенно если смотреть на высокие технологии и их долю в производстве, да и вообще на долю готовых изделий в общем промышленном производстве, то картина будет просто удручающей.



Если помните, когда Михаил Горбачев начинал перестройку, речь шла об этом. У нас тогда много чего производилось, много готовых изделий, которые мы потребляли, потому что ничего другого не было. А потом, когда открыли рынки слишком быстро, они были заполнены импортом, и теперь очень трудно наверстывать. Абсолютно все мы не можем сделать, но какие-то приоритеты мы должны выбрать. Самолеты, суда, еще что-то; это должен решать парламент, должно быть инициировано какое-то демократическое обсуждение.

Имея кое-какое отношение к этому Институту современного развития, который трансформировался из Центра информационного развития, должен сказать, что мы подготовили доклад "Социально-экономическое развитие России 2008-2016", где попытались показать, каким образом мы хотели бы диверсифицировать нашу экономику, имея упомянутое преимущество. Это не только наше конкурентное преимущество вообще, но и мощный интеллектуальный потенциал. К сожалению, он начинает деградировать, потому что невыгодно все это.

Помните, какая философия у нас была в 90-е годы? То, что деньги не приносит, не очень-то и жизненно. Поэтому и возникла установка, что все нужно маркетизировать. Чтобы врачам платили пациенты, чтобы платили читатели в библиотеках, и чтобы зарплаты были высокими... Это была жуткая иллюзия. Если мы возьмем страны, где проживает так называемый "золотой миллиард", то там половина экономики - государственная. С все время идут споры, скажем, в здравоохранении, сколько должен платить пациент, за что должен платить, а за что должны все-таки платить больничные кассы...

Это вечный спор. В странах, где этот общественный интерес обрушен, обычно получается, что люди энергичные, богатые пользуются этими социальными услугами (я имею в виду и культуру, образование, науку), а остальные кое-как живут. Это капитализм XIX века. "Нормальные страны" тоже часто ведут себя ненормально, но они все-таки прошли эту фазу. А нам предстоит это восстанавливать. И Дмитрий Медведев это понимает.



Мне нравится, что для него важно сопоставление различных точек зрения. Потому что в условиях нашего в общем-то однородного парламента, подчинающегося исполнительной власти, в сопоставлении различных точек зрения возникают проблемы. Еще и поэтому Институт современного развития - еще и очень важная структура...