От первого лица Владимир Мединский в программе "От первого лица"

Власть представляет гражданам план жизни нашего государства и его народа до 2020-го года. В общем, перспективное планирование - вещь хорошая. Но, исходя из наших национальных особенностей, из природных особенностей самой страны можем ли мы планировать нашу жизнь на столь долгий период? Хотя, конечно, в историческом масштабе отрезок в двенадцать лет не так уж и велик. Но ведь всего за пятнадцать лет жизнь изменилась разительно, и произошло многое из того, что невозможно было даже предсказать. Рискнул бы сделать такой прогноз наш собеседник, Владимир Ростиславович Мединский, депутат Государственной думы, профессор Московского государственного института международных отношений?

МЕДИНСКИЙ: Планировать нужно в любом случае, потому что жить текущим моментом, с точки зрения руководства государством, конечно, безрассудно. Все-таки мы должны понимать, в каком направлении и куда мы идем, какое общество хотим построить, каких целей добиться. Планирование до 2020-го года, которое предлагал Путин, и даже трехлетний бюджет, который мы приняли сейчас, все-таки серьезно отличается от того планирования, которое существовало во времена СССР. В условиях плановой экономики совершенно четко планировалось все: где и какие будут построены заводы, где будут открыты магазины, сколько введено квадратных метров жилья, сколько будет произведено подшипников.

Сейчас такое подробное планирование невозможно. Ну, как можно распланировать количество построенных метров жилья, если подавляющее количество этих метров строят коммерческие бизнес-структуры? Им же не прикажешь! Можно спланировать, сколько сдать площадок под строительство, если эти площадки предоставляются, скажем, государством. Потому что есть еще и рынок частных площадок. Поэтому это, на мой взгляд, довольно условное планирование.



МЕДИНСКИЙ: Каждый раз, когда речь заходит о далеко идущих планах, я вспоминаю коллекцию одного моего товарища. Он банковский работник и собирает старые банковские облигации, векселя, деньги, - в общем, финансовые документы. У него есть кабинет, и там все увешано этими документами, которые он покупает в букинистических магазинах, в том числе и за границей, как ни странно. Видимо, эти непогашенные бумаги остались там еще со времен эмиграции первой волны.

И вот как-то я разглядывал старый вексель форматом больше, чем А4, - вексель внутреннего заема Государственного императорского банка 1912-го года. Мне очень понравилась форма, - все так красиво, вензеля, гербы, орлы, печати, подпись чуть ли не Столыпина, - выглядит все очень представительно. И очень удобная система получения процентов по этому векселю. Он был выпущен примерно под четыре с половиной процента годовых с ежегодным погашением от купона. Купоны напечатаны по периметру векселя; отрезаешь ножницами, предъявляешь купон и получаешь сумму, которая прописана прямо на купоне. Исключительно удобно, и никаких электронных платежей; все очень наглядно. Отрезано там было два купона - по 12-му и 13-му году...

Еще в конце была напечатана интересная фраза: "Российская империя ... подтверждает, что вся сумма полностью будет погашена 12 июня 1962 года". Опять же, подпись, печать и орлы... Люди покупали эти векселя под хороший процент, может быть, даже более высокий, чем среднебанковский на тот момент, по крайней мере, гарантированный государством. И сколько изменилось за пятьдесят лет! Две мировые войны, вообще другой мир...

- Хочется думать, что таких потрясений, которые произошли в жизни владельцев этих векселей, не произойдет; мы говорим о стабильности в нашей стране. Но не надо забывать, что мир нестабилен. И руководство страны предупреждает, что мы живем в эпоху различных вызовов. И планировать жизнь на долгий срок - дело замечательное, но существует ли страхование таких рисков? Не будет ли оно подобно страхованию наших вкладов, которые мы потеряли во времена различных перипетий нашей новейшей истории?



МЕДИНСКИЙ: Очень философский вопрос. С одной стороны, церковь учит нас, что нужно жить сегодняшним днем. С другой стороны, у российской экономики достаточно выигрышное положение по сравнению с экономиками некоторых стран. Оно заключается в том, что основной базис, который есть у России, - ресурсно-сырьевой. Представить себе, что в обозримом будущем, скажем, в ближайшие пятьдесят лет, подешевеет газ или нефть, я, честно говоря, не могу. Вне всякого сомнения, возможны спекулятивные колебания, как сейчас, когда баррель нефти стоит сто пять долларов, - если взять покупательную способность, примерно столько стоила нефть в начале 70-х. Произошло это тогда, когда арабские страны договорились и консолидировали свою политику по части продажи нефти. До этого на протяжении примерно лет двадцати пяти цена нефти фактически не менялась, она составляла несколько долларов (представьте себе!) за баррель...