От первого лица "Сказка сказок" - в Музее личных коллекций.

В Музее личных коллекций открыта выставка Юрия Норштейна и Франчески Ярбусовой. Выставка уникальна. Она великодушно позволяет увидеть то, что Юрий Норштейн называет "пластическим временем". Пластическое время для него одно из определений мультипликации как таковой. Но давать исчерпывающее объяснение этого понятия так же бессмысленно, как пересказывать сюжеты мультфильмов "Ежик в тумане" или "Сказка сказок", признанного Академией киноискусства Лос-Анджелеса "лучшим анимационным фильмом всех времен и народов".

Всего на выставке "Сказка сказок" представлены материалы шести главных мультфильмов Норштейна и Ярбусовой, один из них - "Шинель" по Гоголю - делается почти четверть века... Шесть лет - это много или мало? Вполне достаточно, если учесть, что фильмы Норштейна тоже генофонд: человечности как таковой


По словам организаторов, экспозиция в ГМИИ — наиболее полная из всех предшествующих. На выставке представлено около 400 эскизов, коллажей, набросков, более 10 макетов, использовавшихся в съемках, а также фотографии, снятые оператором Александром Жуковским для фильма "Сказка сказок".

Гости выставки могут посмотреть тексты режиссера, повествующие о работе над фильмами, о детстве и юности в Марьиной роще, о друзьях-коллегах и о многом другом. В одном из залов расположен телеэкран, где можно посмотреть фильмы, многие из которых знакомы всем с детства. Все произведения предоставлены Фондом Норштейна и Государственным музеем кино.

Пластическое время организуется из кокона различных ассоциаций, поэтических тропов, необходимых для полноты восприятия мира, вдруг обнаруженных глазом исторических трофеев. В мультфильмах режиссера Юрия Норштейна и его супруги художницы Франчески Ярбусовой этот кокон обволакивает тебя, погружает во что-то мягкое, теплое, шерстисто-пепельное. И ты, укутанный этим шерстяным одеялом памяти, доверчив и беззащитен как младенец или - как Акакий Акакиевич в своей шинели.

В экспозиции представлены макеты, эскизы, фотографии, а также специально сделанные Норштейном к выставке инсталляции. В них пространственные планы разделены стеклами с нарисованными на каждом из них фрагментами общей картинки кадра.

Юрий Норштейн : "Неподалеку от нашего дома был парк. Мне нравилось ходить туда и потому, что там был тир. И вдруг вспомнились эти фигурки в тире. Представилось, что танцплощадка в фильме - это тир, все тут на заклание - жертвы. И их нужно рисовать, как те обшарпанные, в выщербленках, оспинках от пуль фигурки в тире, которые легко кувыркаются и падают как убитые...

...Когда личная, живая ассоциация входит в состав фильма, тогда он начинает расти сам из себя. Это был сухой лист, который мне вспомнился из моего детства, из октября месяца - этот лист, который невесть откуда прилетел для меня. Его волокло по мостовой, и он цеплялся за края булыжника, он был совершенно живой. Снег отскакивал от его панциря, и видел эту картину маленький человек...

..."Шинель" - генофонд человеческого стыда. Если даже представить на секунду некое идеальное человеческое общество, то мы не сможем жить без "Шинели", потому что иначе у нас исчезнет защитный рефлекс".

Рядом с картинами, макетами, раскадровками, эскизами – обязательно тексты Норштейна. Они многое поясняют. Главное в искусстве, как и в жизни – умение сопереживать.

В программе работы выставки представлена также премьера нового фильма Норштейна, созданного по заказу Японии - "Зимний День", по циклу стихов поэта Басе.

_{(Беседу ведущей программы с классиком мультипликации Юрием Норштейном слушайте в аудиофайле)}