От первого лица Наталья Журавлева: вспоминая Рихтера

2005-й год можно назвать годом Святослава Рихтера, - в этом году отмечалось 90-летие со дня его рождения. Можно было бы пригласить в программу какого-нибудь известного музыковеда, чтобы поговорить о необыкновенных особенностях исполнительской манеры великого пианиста.

Но автор программы решила пригласить заслуженную артистку республики Наталью Дмитриевну Журавлеву, актрису театра Олега Табакова, актрису, которая играет на сцене Московского Художественного театра, отмеченную многими театральными премиями за исполнение эпизодических характерных ролей. Но ведь исполнить с блеском эпизодическую характерную роль - задача едва ли легче, чем сыграть иную главную героиню...

- Почему я пригласила вас поговорить о Святославе Рихтере? Я хорошо знаю вашу семью, семью великого актера Дмитрия Николаевича Журавлева, знаю о дружбе вашей семьи со Святославом Теофиловичем, о вашей работе с Рихтером. В этой связи человеческие свидетельства могут быть дороже профессиональных, пусть и интересных, рассуждений о его музыке. Но начнем не с музыки, - с театра. Может быть, не все знают, что великий пианист был заядлым, страстным театралом.

ЖУРАВЛЕВА: Я человек абсолютно незаслуженно счастливый: более тридцати лет Святослав Теофилович дарил меня своей дружбой, и в определенном смысле действительно можно сказать, что мы вместе работали. Но мы не занимались музыкой, - я не помогала ему играть на рояле, - но я помогала ему разбираться в огромном и одно время запущенном архиве. Эта моя посильная помощь перешла в замечательные добрые отношения, - он относился ко мне почти как к дочери, поскольку дружил с моими родителями, - я росла у него на глазах.

Я очень много слышала от него рассказов, как он впервые попал во МХАТ, но сама их семья была замечательно артистична. Его мама и тетушка, - тетя Мэри, как Рихтер ее называл, - были очень одарены, и у них дома устраивались представления, спектакли, о которых можно судить по старым фотографиям... Еще у него есть пьеса, драматургическое произведение под названием "Дора", которую Рихтер написал, когда ему было очень немного лет. Впрочем, Рихтер всегда очень болезненно относился ко всяким неточностям, прибавлениям; а они особенно сейчас, после его смерти, сыплются со всех сторон...

- О чем же была пьеса?

ЖУРАВЛЕВА: О любви! Там были Дора, Фердинанд, Карл-злодей, еще кто-то. Пьеса была написана белым стихом; я запомнила замечательную фразу: "Пойдем отсюда, а то опасно!" Позже эта фраза стала для нас своеобразным кодом; если я выражала какие-то опасения или сомнения, он отвечал: "...а то опасно!" Он сам читал нам эту пьесу; это было так смешно! Потом, когда Рихтер уже жил в Москве, на Сивцевом Вражке, в семье Веры Ивановны Прохоровой, - а там подобралась компания потрясающих людей, - они разыгрывали "Дору".

Но надо сказать, что читал Рихтер замечательно, - однажды он один прочел "Физиков" Ф. Дюренматта. У него явно была тяга к игре, к артистизму...

<sup>Наталья Журавлева
Заслуженная артистка России.
Окончила Школу-студию МХАТ в 1959 г. (курс В. Станицына).
Много лет работала в "Ленкоме", с 1997 г. — в труппе Театра п/р О. Табакова, где играет в спектаклях: "Последние" (Федосья), "Псих" (Тетя Шура), "Анекдоты" (Васюта), "На всякого мудреца довольно простоты…" (Гадалка), "Отец" (Кормилица), "Не все коту масленица" (Феона).
Доцент Школы-студии МХАТ.

(Полная версия программы "От первого лица" с Натальей Журавлевой - в аудиозаписи).</sup>