![Картинка](https://cdn-st2.smotrim.ru/vh/pictures/hd/593/993.jpg)
Первый отряд Телеведущая ВГТРК Мария Моргун - в ночном шоу "Первый отряд"
Персоны
ФИШЕР: Мария Моргун у нас в гостях в рубрике "Свои". Я думал, что представлять буду Марию как ведущую экономики на "России 24". И только сегодня, увидев статью в Интернете, выяснил, что Мария Моргун - российская телеведущая, журналист, корреспондент ВГТРК, ведущая программы "В кубе" на телеканале "Россия 2", автор и ведущая программ телеканала "Моя планета".
МОРГУН: Хочу поправить. "В кубе" - такую программу я не веду на "России 2". На "России 2" я весь год вела программу "Гран-при с Алексеем Поповым", это что-то врет вам Интернет, я вела программу о "Формуле-1" в этом году.
ФИШЕР: "Википедия". А Александра Гришина ты не знаешь?
МОРГУН: Опа!
ФИШЕР: Понятно. Вот и выясним, где еще врет нам Интернет и Галина, которая в нем все это искала. Я так сразу сказал, что это не мы. Можно я начну, друзья?
СЕРДОТЕЦКИЙ: Пожалуйста!
КРАВЕЦ: Ты же главный!
ФИШЕР: Это хорошо. Это особенно видно на фотографии на сайте, кстати. По уровню зарплаты выстроили нас. Маша не понимает, о чем речь. Мы тебе покажем во время новостей.
МОРГУН: Я вот сейчас пытаюсь зайти на сайт параллельно.
ФИШЕР: Radiomayak.ru. Просто изумительно!
КРАВЕЦ: Ты нас там не узнаешь, Мария.
ФИШЕР: Итак, у меня есть друг, он тоже работает на ВГТРК, тоже в экономике, зовут его Митя Леонтьев.
МОРГУН: Мы знакомы, да.
ФИШЕР: И недавно Митя стал ходить повсюду в шикарном, совершенно изумительном свитере.
МОРГУН: Пожалуйста, не надо. Меня сейчас слушает мой любимый человек, мне кажется, он расстроится.
ФИШЕР: То есть я не буду спрашивать, почему ты его подарила Мите.
МОРГУН: Ну, это был лишний свитер из моей коллекции, и я его решила подарить Мите.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Нет, здесь речь только о доброте бесконечной, и все.
ФИШЕР: Мне стольких усилий стоило выяснить эксклюзивную информацию, которой нет в Интернете.
МОРГУН: Ну ладно, рассказывайте.
ФИШЕР: Ну, я думаю, теперь просто нужно выкручиваться, чтобы любимый человек понял, что не надо ехать и бить Митю Леонтьева.
МОРГУН: Митя Леонтьев точно не при чем.
ФИШЕР: Его маленькая дочка не простит вам этого. Он сказал мне, что… Можно или все-таки не стоит? Вы бы видели (хотя, может быть, и видите) выражение покорности судьбе на лице Маши. Прости, пожалуйста!
МОРГУН: Не ожидала, что с этого именно вы и начнете.
ФИШЕР: А я вот как раз думал: будет неожиданное начало. Прости, ради бога, но придется уж продолжить. И Митя мне говорит: "Смотри, какой классный свитер! Мне его подарила Маша Моргун". Я говорю: "Ни фига себе, Митя! Наверное, мне тоже стоило идти работать в экономику". И он говорит: "Да нет. Дело в том, что какие-то безумные поклонники Маши настолько одолели ее подарками, что она просто не может же их принимать, естественно, поскольку есть любимый человек. Об этом знает даже Митя.
СЕРДОТЕЦКИЙ: И дело еще в том, что для нас это абсолютный нонсенс, мы только угрозы получаем, если что-то получаем. А есть, оказывается, ведущие, которым приходят призы и какие-то памятные вещи.
ФИШЕР: Ну, это не призы, наверное.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Я думаю, что как приз именно.
МОРГУН: Ну, на самом деле очень многим ведущим девушкам приходят разные всякие там цветы, послания…
ФИШЕР: Ой, прости, можно я тебя на секунду перебью, Маша? Марина?
КРАВЕЦ: Ау!
ФИШЕР: Приходят?
КРАВЕЦ: Не-а.
МОРГУН: Врет, наверняка приходят.
КРАВЕЦ: В Питере приходили, а здесь не приходят.
ФИШЕР: Ну, просто адрес сменился.
МОРГУН: А, может, дольше просто идут.
ФИШЕР: Прости, Маша.
МОРГУН: Да. Так вот, мне кажется, что у меня еще особенность в том, что аудитория моих новостей, аудитория новостей экономики…
КРАВЕЦ: Люди более состоятельные.
МОРГУН: Люди состоятельные, да, вполне состоятельные и состоявшиеся, но некоторые со своими особенностями - настойчивостью, упорством…
ФИШЕР: И восприятием женского пола, видимо, что можно так делать.
МОРГУН: Ну да, да. То есть иногда бывает, что тебе дарят цветы анонимно. А вот иногда приходят такие странные подарки, как свитер или еще что-нибудь.
ФИШЕР: Причем, откровенно мужской свитер.
МОРГУН: Ну да. Я не могу это прокомментировать.
ФИШЕР: Просто для меня стало потрясающим, удивительным открытием. Я-то смотрю "Россию 24", и когда начинается экономика, чувствую себя откровенно недоразвитым, поскольку вообще не понимаю, о чем в частности ты говоришь. А есть, оказывается, люди, мужчины, которые сидят и смотрят, как Фейсбук: о, классно, отправлю цветы!...
МОРГУН: Не уверена, что именно так, но оставим это на их совести.
ФИШЕР: Давай тогда обратимся к телеканалу "Моя планета". Дело в том, что когда смотришь опять же "Россию 24", экономику, не складывается впечатление, что у тебя может возникнуть желание поехать куда-нибудь на Байкал. Откуда это?
МОРГУН: Ой, послушайте, я после Байкала еще была три недели на Камчатке, в палатке жила. Три недели жила на погранзаставе в Арктике, где вокруг был только снег, лед.
СЕРДОТЕЦКИЙ: И медведи.
МОРГУН: Медведи белые, да. И ничего. На самом деле я очень люблю работать, вот то, что у журналистов называется "в поле". Для меня работа в студии - это такая приятная передышка. То есть мне, безусловно, это нравится, интересно. Но вот если это можно сочетать с работой "в поле", это прекрасно. Потому что только мотаться где-то постоянно, и раньше это было в моей жизни, но в какой-то момент от этого устаешь, и уже у тебя начинает голова идти кругом. А вот когда ты можешь это совмещать с работой в студии, то есть какое-то время у тебя передышка, ты работаешь в студии, входишь в нормальный ритм, а потом куда-то уезжаешь, в какую-то экспедицию - это прекрасно.
КРАВЕЦ: А, может быть, ты и на Кубе была? Вот почему Миша-то сказал "в кубе", он просто, наверное, очитался просто-напросто.
МОРГУН: А, на Кубе я была, но не делала оттуда репортажей никаких.
ФИШЕР: А как удается совмещать график работы в новостной программе и трехнедельную командировку куда-то?
МОРГУН: Слушайте, на самом деле у меня, во-первых, неделя через неделю - рабочий график в новостях экономики, и соответственно у меня неделя бывает свободная, плюс можно с кем-то поменяться, как-то поднакопить.
ФИШЕР: А, то есть если на неделю поменяться, три получается свободных.
МОРГУН: Да, да.
КРАВЕЦ: А получается иногда взять кого-то из родных, близких? Ну вот ты по работе едешь, делать репортаж, например, а вот кто-то еще с тобой за компанию может поехать?
МОРГУН: Если честно, мне даже такое в голову не приходило. Ну я не могу себе представить, чтобы кто-нибудь из моих родных и близких захотел добровольно пожить в палатке на Камчатке без каких бы то ни было жилищных условий.
КРАВЕЦ: Ну, все равно, это же экстрим, это же интересно. Туда ведь, я знаю, вообще со всего мира люди ездят. Может быть, конечно, не в таком масштабе.
МОРГУН: Но это надо любить такой отдых. Это раз. Во-вторых, когда ты находишься в такой экспедиции, это кажется, что у тебя много времени свободного и ты отдыхаешь. На самом деле постоянно работаешь, и нет времени. Ну, я даже не могу себе представить, чтобы я находила время уделять друзьям, знакомым, родственникам, еще что-то. То есть у меня съемочная группа, с которой мы даже в свободное от съемок время все равно обсуждаем: а что мы будем делать завтра, а как мы пойдем снимать медведя ночью, где бы нам засесть в засаде, на дереве… Было и такое.
СЕРДОТЕЦКИЙ: На дереве сидели в засаде, чтобы снять медведя?
МОРГУН: Да, ночью на Камчатке. Нам рассказали местные рыбаки, что очень часто медведи приходят к палаточным лагерям туристическим. Это была наша первая неделя на Камчатке, даже более того, первые четыре дня, и мы еще не знали, насколько это реально опасно. И мы думали: вот здорово, сейчас мы снимем, как медведи придут к нам в лагерь. А, оказывается, если не убрать остатки еды какой-то, вот грязную посуду оставить, они на запах приходят. Но, как вы понимаете, они могут придти и не просто поковыряться в этих остатках…
СЕРДОТЕЦКИЙ: Но и сделать замечание, то есть зачем вы так…
МОРГУН: Да, они могут такое замечание, в общем-то, весьма увесистое сделать.
КРАВЕЦ: "Тут вам не Москва", - скажет медведь.
ФИШЕР: Можно без политического юмора, пожалуйста.
МОРГУН: И были трагические случаи на Камчатке, но мы, естественно, ничего об этом сначала не знали. И, в общем-то, моя съемочная группа радостно все это разбросало вокруг костра (надеюсь, меня сейчас не слышит никто из егерей) и спала на дереве с камерой, чтобы попытаться снять медведей. Медведей сняли, никто не пострадал. Но потом, когда мы попали уже в такое прямо совсем медвежье логово, в заповедник, и узнали что у медведя 17 сантиметров когти, и вот одной лапой сбивает человеку голову, то, в общем-то, мы как-то поняли, что зря, может быть, ночевал оператор и режиссер на дереве.
КРАВЕЦ: Как-то захотелось вернуться в студию и читать новости экономики.
МОРГУН: Ну да, подумалось об этом.
ФИШЕР: А не бывает флэш-бэков? Вот ты сидишь в студии, вести экономики читаешь и тут вспоминаешь медведя… И прямо: о, господи, боже мой! Вот так.
МОРГУН: Ну, пока, мне кажется, я еще в своем уме. Старость не подкралась, сумасшествие тоже.
ФИШЕР: А, ну, видимо, у меня какие-то проблемы. Маша, вот если честно, до тебя в рубрику "Свои" приходили ведущие также новостей, ведущие утреннего шоу на "России 1". И ты, как и наши предыдущие гостьи, очень красивая и, что называется, ухоженная девушка. Все гостьи говорили, что вот у нас работа неделя через неделю, мы неделю тяжело работаем, а неделю поддерживаем красоту, внешний вид и так далее, ну в каком-то смысле. А ты - на Камчатке, допустим, или на Байкале.
МОРГУН: Я на Камчатке или на "Формуле-1", или… Нет, я не люблю, если честно, когда у меня много свободного времени. Даже более того, когда у меня выдается больше трех дней действительно свободных, у меня начинается паника.
КРАВЕЦ: Подожди секунду, твой молодой человек сейчас тебя слушает…
МОРГУН: Да, но он тоже работает.
КРАВЕЦ: Поэтому когда ты говоришь, что я не люблю, когда у меня много свободного времени?
МОРГУН: Нет, ну много - это избыток.
КРАВЕЦ: По идее, вы же его можете проводить вместе.
МОРГУН: А мы прекрасно проводим вместе, но просто когда время очень…
КРАВЕЦ: Ну, два дня - это выше крыши уже.
МОРГУН: Нет. Ну, прекрасно проводить вместе отпуск, прекрасно проводить какое-то свободное время. Но когда у тебя свободная неделя… неделя - раз, неделя - два, мне кажется, что это скучно.
СЕРДОТЕЦКИЙ: А бывает такое, что включаешь вот в свободную неделю "Россию 24", и сидит коллега, и ты думаешь: ну нет, ну я должна сейчас это читать…
ФИШЕР: Коллеги же тоже слушают, Николай.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Нет, я понимаю. Но вот мало ли, то, что настолько не хватает эфирного времени, что вот хочется туда, прямо вот в эту студию ворваться. При всем уважении к коллегам.
КРАВЕЦ: Грызя семечки: "Ну кто так новости читает?"
МОРГУН: Ну, бывает. Я вам честно скажу, у меня сегодня первый раз в жизни возникло такое ощущение. И не ощущение там зависти к кому-то конкретно из ведущих, нет. Но просто я была в Северной Корее, застала режим Ким Чен Ира, который сегодня умер. И я вот считаю, что это просто мега-историческое событие для всего мира. И я подумала: ох, как бы мне хотелось, наверное, в этот день лучше всего оказаться там, если бы они пускали журналистов, и освещать это все оттуда. Ну или вот мне было бы интересно еще раз покопаться в истории страны, рассказать какие-то факты.
СЕРДОТЕЦКИЙ: А ты говоришь, что это мегаисторическое событие для всего мира со знаком плюс или со знаком минус, вот по-твоему?
МОРГУН: Ну как можно говорить о смерти любого человека, неважно, условно, он там диктатор политический или прекрасный демократический лидер, о смерти любого человека я бы не стала говорить как о плюсе. Просто это событие, это уходит целая эпоха.
КРАВЕЦ: Окончание эпохи, да.
МОРГУН: Да. И неизвестно еще, что из себя будет представлять его сын на посту и так далее. Но мне кажется, все всё равно ждут, когда же падет этот режим в Северной Корее. И мне всегда очень интересно, как люди будут реагировать, когда они узнают, что мир совсем не такой, как они себе представляют.
КРАВЕЦ: Но пока они в панике.
ФИШЕР: Пришел такой вопрос: "Откуда знание фондовой биржи? О нефти марки Brent и пр. и пр.? Какое вообще образование?"
МОРГУН: Докладываю: образование профильное, экономическое. Ну, в смысле экономический вуз. Образование было с элементами экономики.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Вышка.
МОРГУН: Да, Высшая школа экономики.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Мы ее так называем.
ФИШЕР: Кто - "вы"?
СЕРДОТЕЦКИЙ: Мы - москвичи.
КРАВЕЦ: Подожди, то есть о телевидении даже не было разговора?
МОРГУН: Нет, почему? Были разговоры о телевидении. Деловая политическая журналистика была. Но просто по диплому, если верить записи в дипломе, я - политолог.
КРАВЕЦ: А не было в твоей жизни выбора: радио или телевидение? Телевидение или радио? Или газета?
МОРГУН: Я была на практике, вот на этом же этаже, по-моему, напротив, "Радио России".
СЕРДОТЕЦКИЙ: Да, там "Вести FM" .
КРАВЕЦ: Там висит мемориальная доска, да.
МОРГУН: Да, конечно.
КРАВЕЦ: Здесь ходила Мария, когда еще не работала на телевидении.
МОРГУН: Когда еще училась на первом курсе. Я попала на "Радио России" и послушала первый раз в жизни свой голос в микрофон и поняла, что: "О, боже! Никогда!"
ФИШЕР: Тебе не нравится?
КРАВЕЦ: Как говорится, не зарекайся.
МОРГУН: Мне тогда не нравилось. И, причем, я понимаю, что моя речь отнюдь не идеальна для радиоведущего. То есть все дефекты, которые….
КРАВЕЦ: А на телевидении сойдет!
ФИШЕР: Зачем ты так говоришь?
СЕРДОТЕЦКИЙ: А ты сейчас смотришь себя по телевидению? Вот после эфира, в записи, в повторе?
МОРГУН: Когда это студия, то есть новости обычно, то нет, если ничего экстренного не произошло. То есть я смеялась в эфире или еще что-то такое этакое случилось, то иногда смотрю. Нет, я иногда смотрю новостные какие-то репортажи, мне интересно, как это получилось. А, главное, я смотрю, если я их пересылаю из командировки. Я же пересылаю звук, какие-то интервью, еще что-то, а склеивают их здесь. И я вот смотрю, как склеили. Конечно, я всегда недовольна.
КРАВЕЦ: А вот мы не досмотрели. Вот фотография на сайте нашем теперь висит. Не все мы контролировали.
МОРГУН: Да, вот на самом деле хочешь сделать хорошо, делай сам.
ФИШЕР: Маша, а над чем смеялась в эфире? Вот те случаи, когда это все-таки было?
МОРГУН: Ой, слушайте! На самом деле, когда тебе в ухо говорит целая аппаратная, мне кажется, вы понимаете, о чем я говорю. И бывают всякие разные казусы. Рядом сидит еще смеется другой ведущий, давится от смеха. Но он-то не в кадре.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Юмористическая программа.
МОРГУН: Ну, что-нибудь случается. У нас бывало - люди неудачно падали в студии. А все, уже в кадре. И я в кадре. И человек лежит под столом, ему смешно, всем смешно.
ФИШЕР: Как "Спокойной ночи, малыши" практически.
КРАВЕЦ: А тебе нельзя.
МОРГУН: А мне нельзя. Я начинаю давиться.
ФИШЕР: А есть какой-то метод: ущипнуть себя?
МОРГУН: Я знаю, что у ведущих типа Михаила Зеленского, я не знаю, какие у него методы, но он не колется. Он никогда этого не делает. Я не могу.
КРАВЕЦ: А он не успевает понять смешно ли или у него такая сила воли?
МОРГУН: Я уверена, что он успевает все понять, он просто умеет взять себя в руки.
ФИШЕР: Подожди. Вот тут, кстати, спорный вопрос.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Есть вопросы, да?
ФИШЕР: Есть. Просто ты сказала "ведущие типа Михаила Зеленского"…
МОРГУН: Я имела в виду, с таким опытом.
ФИШЕР: А какой у него был опыт?
МОРГУН: Работы в новостях. Какой был опыт, посмотрите в Интернете. Он не смеется никогда. Я бы в некоторых из этих случаев уже бы, в общем-то, да, не смогла вести эфир.
ФИШЕР: Кстати, вот о Зеленском вполне логичный вопрос из Амурской области от Марины Бойцовой. Она пишет: "Маша, дорогая! У тебя есть идеал мужчины? Достойного?" Интересно, есть идеал недостойного мужчины?
МОРГУН: Мне кажется, странно вообще создавать себе какие-то идеалы. В данный момент я живу с идеалом.
КРАВЕЦ: С одеялом?
ФИШЕР: Да, мне тоже показалось.
МОРГУН: С идеалом в одеяле.
КРАВЕЦ: Кстати говоря, у нас на сайте появился вопрос, мол: " Марина, как собираетесь отметить Новый год?" Напомню, что у нас все-таки в гостях Мария Моргун.
МОРГУН: А это к тебе вопрос.
КРАВЕЦ: Ну, если ко мне, то, на всякий случай, я собираюсь встретить Новый год в Петербурге. А если к Марии, то все-таки, каков будет ответ?
МОРГУН: Я собираюсь встретить ближайший праздник, а ближайший праздник - Рождество католическое буду в Европе. А Новый год - в Москве с друзьями.
КРАВЕЦ: А как же вот вы так распределяете? Ведь наверняка кто-то из твоих коллег, кто должен быть тоже в эфире, хотел бы уехать, но не получится, потому что надо будет работать. Вот есть такие персонажи? Или, может быть, ты в прошлом году за них работала?
МОРГУН: А нам в экономике очень повезло. У нас в выходные нет эфиров. А Новый год - это выходные. И, на самом деле, мы работаем, экономика обычно работает с 3-его числа. Я вот 3-его выхожу в эфир. Кто хотел, те уезжают, я в эфире. И вот эту новогоднюю неделю, первые дни. Плюс иногда просят на замены, когда ты там несколько лет уже не работал в эфире или у тебя просто нет каких-то глобальных планов, ты не собираешься никуда уезжать, не проблема выйти 1-го или 2-го, кого-то заменить. Такое бывало. Я много лет работала в эфире на Новый год.
ФИШЕР: Маш, такое чувство, будто ты умудрилась воплотить в жизнь огромное количество, в общем-то, мужских совершенно таких мечтаний, я не знаю. Ты работаешь ведущей новостей экономики, что круто. Ты много путешествуешь. И вот наш слушатель один пишет, во-первых, что уж очень мужска профессия. А другой говорит: "Маша, а вы были на этапах "Формулы-1"?
МОРГУН: Да, я была на этапах "Формулах-1". В этом году на восьми, по-моему, этапах.
ФИШЕР: Я вот умудрился приехать летом в Монте-Карло, но гонка уже закончилась, все разбирали. И я отчаялся после этого.
КРАВЕЦ: Быстрее, быстрее! Сейчас Мишка Фишер приедет!
ФИШЕР: Все так реагируют на мой визит обычно. А ты любишь "Формулу-1"? Ты понимаешь? Я не понимаю, честно. Машины быстро едут.
КРАВЕЦ: Это не машины, это болиды.
МОРГУН: Миша, если меня ночью сейчас разбудить, правда, сезон уже кончился, я вот спокойно, с закрытыми глазами расскажу все поправки к регламенту, у кого из гонщиков сколько очков, у кого из какой команды сколько очков, каких конструкторов, кто, что вообще изменил, какие обновления привез на последний этап. Я год назад не разбиралась. Сейчас, мне кажется, что уже - все, я подсела надолго.
СЕРДОТЕЦКИЙ: А откуда взялся этот интерес? Это зов профессии, либо внутренний порыв?
МОРГУН: Нет, у меня, если честно, не было никакого внутреннего порыва по этому поводу. Отправили в командировку прошлой осенью, когда Россия получила право проводить "Формулу-1" в 2014 году в Сочи, и отправили на интервью с вице-премьером Козаком по этому поводу, как раз на последний этап "Формулы-1". И потом мы познакомились с комментатором "Формулы-1" на "России 2" Алексеем Поповым. И он предложил делать программу вместе. И как-то так все я легко согласилась, понимания, что, в общем, я в этом ничего не понимаю, но в первые две командировки я разобралась.
КРАВЕЦ: А скажи, пожалуйста, сама водишь машину?
МОРГУН: Да.
КРАВЕЦ: Какой ты водитель? Спокойный или, наоборот, любишь скорость?
МОРГУН: Я люблю скорость и я достаточно агрессивный водитель.
КРАВЕЦ: Да?!
ФИШЕР: То есть можешь и подрезать, да?
СЕРДОТЕЦКИЙ: Ты кричишь, ругаешься матом в адрес других водителей?
МОРГУН: Нет, не кричу.
КРАВЕЦ: Я просто всех игнорирую, когда еду.
МОРГУН: Нет, я не игнорирую, но я люблю ездить быстро и не люблю, когда люди спят на дороге.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Маш, а ты наказываешь за рулем? Знаешь, когда тебя не пропустили, и ты потом его обгоняешь, резко по тормозам.
МОРГУН: Нет, если меня не пропустили, нет. Но бывают совсем прям вот хамы, которые совершенно какие-то глупости делают, иногда, да, я не выдерживаю, и так делаю.
КРАВЕЦ: Целую сводку новостей на него…
ФИШЕР: Сейчас я покажу, что тоже разбираюсь. Как ты думаешь, Виталий Петров перейдет-таки в "Марусю"?
МОРГУН: Мне кажется, что…
КРАВЕЦ: Нет, звучит со стороны очень классно.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Да, со стороны нормально.
ФИШЕР: Я репетировал.
МОРГУН: Нет, у Виталия Петрова были прекрасные варианты, которые сейчас медленно, один за другим отпадают. У него был вариант с командой Force India, которая закрыла вакансию. Остается вариант с командой Williams. Но туда очень много претендентов. Есть еще в Hispania Racing тоже одно место. Но туда тоже огромное количество сейчас претендентов, потому что рынок пилотов сейчас переполнен. У них, знаете, как у футболистов есть окно для трансфера. Вот у них сейчас в межсезонье, до Нового года надо быстренько закрыть все вакансии. И так получилось, что несколько команд поменяли гонщиков, и на рынке оказалась куча народу, в их числе Виталий Петров. Гонщик хороший, но далеко не самый лучший среди своих конкурентов. Поэтому в "Марусе" все закрыто, все вакансии. Единственное, что они могут пойти на уступки ему как россиянину, если договорится менеджер с Фоменко.
КРАВЕЦ: Подождите, а в "Маруси" у нас кто катается? У нас же, я думаю, наши гонщики катаются?
МОРГУН: Нет, мой хороший. За "Марусю" катается немецкий гонщик Тима Глок. В этом сезоне выступал бельгиец Джером Д'Амброзио. Но от него отказались. На следующий сезон подписали Шарля Пика. Вот говорят, что могут этого Шарля (если вдруг подпишут контракт с Виталием), говорят, что этого Шарля могут спровадить. Но это все домыслы и слухи. А что будет на самом деле, непонятно. Может быть, Петров уйдет вообще из "Формулы-1".
КРАВЕЦ: Какая "Маруся-то" оказалась!
ФИШЕР: И будет водить маршрутку.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Кстати, по поводу маршруток. Когда будет этап "Формулы-1" в Сочи проходить, там очень много талантливых водителей.
МОРГУН: Они могут дать пару уроков, я уверена. Конечно.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Да, конечно. И, возможно, кто-нибудь заменит Виталия Петрова.
ФИШЕР: Меня в последние минут 40 мучило какое-то непонятное чувство какой-то недоделанности и незаконченности. Я понял, в чем дело. Впервые мы начали рубрику "Свои" без моей блестящей истории про то, почему она вообще существует. Я ее все-таки расскажу.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Миша, никогда не поздно! Расскажи.
ФИШЕР: Я также решил для вас, дорогие друзья, и для тебя, Маша, это душещипательная история. Дело в том, что мы уже давным-давно работаем на ВГТРК, на " Маяке", ходим днем здесь, задираем нос, поскольку нам-то днем здесь делать нечего, кроме как в столовой есть.
МОРГУН: А мы вас в столовой не узнаем и не здороваемся, а вроде бы свои.
ФИШЕР: Вот! Дай пятерочку! Ты реально все поняла, и не пришлось мне это объяснять.
МОРГУН: Но, главное, чтобы впредь ситуация не повторялась.
ФИШЕР: Да! Чтобы этого не происходило впредь, мы зовем всех тех людей, которых мы узнаем в столовой к себе в эфир, чтобы вы потом с нами здоровались.
МОРГУН: Чтобы узнавание было взаимным. Я, кстати, когда к вам шла на эфир, я тоже подумала: теперь я буду знать ведущих "Маяка" и буду с ними здороваться в здании.
ФИШЕР: Цель достигнута! А теперь переходим к самому интересному. Чтобы максимально близко узнать Марину Моргун, которая пришла к нам сегодня в гости, мы подготовили те же самые вопросы, что и обычно. То есть подготовка состояла в том, чтобы их распечатать, и будем их сейчас задавать. По очереди. Я начинаю. Почему я всегда такой дурацкий вопрос задаю? Маша, какая у тебя любимая программа внутри холдинга ВГТРК? По телеку?
СЕРДОТЕЦКИЙ: Ну, или по радио.
МОРГУН: По радио - "Вести FM" я люблю все программы. Но мне нравится какая-то культурная, не помню.
ФИШЕР: Владимир Рудольфович Соловьев которую ведет, наверное. Она очень культурная.
МОРГУН: Наверное. Но я больше всего люблю, на самом деле, когда экстренное что-то случается. Нет, серьезно говорю. Телевизор так не может отработать быстро и оперативно, как это делает радио. Когда садится Кузичев, еще кто-то из ведущих в студии, и они реально в прямом эфире гораздо быстрее и гораздо эффективнее освещают все, что происходит. Пока до телевизора доходит картинка, по радио ты все это получает в он-лайне уже гораздо быстрее.
ФИШЕР: В общем, Анатолия Кузичева мы записываем в любимую программу холдинга. Следующий вопрос, пожалуйста.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Если не ведущей, то кем бы ты работала?
МОРГУН: Телеменеджером.
ФИШЕР: А это что такое?
МОРГУН: Я уже этим частично занимаюсь. Мне интересно работать за кадром, производить всякие телепродукты.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Экономического плана или…?
МОРГУН: Нет, нет, не обязательно. Почему? Я просто веду "Новости экономики". Но, как мне кажется, вы уже из нашей части общения с вами уже поняли, что я совершенно разными вещами интересуюсь.
КРАВЕЦ: А скажи, пожалуйста, а в детстве кем мечтала стать?
МОРГУН: В детстве самом вообще глубоком я мечтала стать клоуном. Мне кажется, в принципе, отдаленно мечта реализовалась.
КРАВЕЦ: А ты смеялась над клоунами в цирке или боялась их больше? Дети многие боятся.
ФИШЕР: Ты хотела, чтобы над тобой смеялись или тебя боялись?
МОРГУН: В осознанном своем возрасте, я помню, что я цирк уже не любила. Вот. Я не знаю, почему моя мечта была связана с клоунами, но вот как-то так.
КРАВЕЦ: Наверное, в детстве думала, что клоунам хорошо платят. Следующий вопрос.
ФИШЕР: Что бы ты взяла с собой на необитаемый остров? Или кого? Если он еще слушает нас?
МОРГУН: Ну, если - кого, то, конечно, кого. А если – что?
ФИШЕР: А вот и кого и еще что бы? Я просто сразу.
МОРГУН: Кого и музыку хорошую.
ФИШЕР: Какую, собственно? Земфиру и Коэна?
МОРГУН: Ой, я бы накачала много музыки. Я бы подготовилась. Сейчас, слава богу, в один диск можно впихнуть достаточно много.
ФИШЕР: Следующий.
КРАВЕЦ: Любимая еда в нашей столовой? Есть такая? Я не про столовую, а про еду.
СЕРДОТЦКИЙ: То есть, когда ты заходишь в столовую, а Маша Моргун…
КРАВЕЦ: А возьму-ка я щучью котлету. Вот что-то такое бывает?
МОРГУН: У нас бывают в столовой щучьи котлеты? Не помню.
КРАВЕЦ: У нас бывают, не знаю, как у вас. Может, вы кушаете где-то там!
МОРГУН: Мне кажется, у нас одна столовая.
ФИШЕР: Нет, ночная столовая там другая. Там как раз котлеты из плавников. Вот такие вещи.
МОРГУН: Кстати, когда я работала по ночам, с трех часов ночи, да, я помню, что, кроме какой-то горелой гречки, ничего не было никогда в столовой.
ФИШЕР: А сейчас и ее не бывает!
КРАВЕЦ: Нет, ну, правда, есть какое-то любимое блюдо?
МОРГУН: Я люблю супы овощные всякие, которые готовят периодически.
КРАВЕЦ: А сама готовишь?
МОРГУН: Я в процессе обучения.
КРАВЕЦ: Для нашей столовой? Понятно. Идеал заставляет все-таки, да?
МОРГУН: Для столовой пока не квалифицировалась. Нет, не заставляет. Терпит.
ФИШЕР: Посоветуй нам хороший художественный фильм из числа твоих любимых. У тебя есть любимые художественные фильмы? "Освободите Вилли-4"? Там животные и цифры!
КРАВЕЦ: Я думаю, что Мария, наверное, сообразит сейчас, какой любимый фильм, пока мы тянем время всеми возможными способами.
МОРГУН: Из старых я люблю фильмы с Одри Хепберн, то есть "Завтрак у Тиффани", "Римские каникулы", из всяких современных мне нравится "Игры разума", «Поймай меня, если сможешь».
КРАВЕЦ: Любимая страна для отпуска? Есть такая?
ФИШЕР: А почему ты пропустила вопрос?
КРАВЕЦ: Какой?
ФИШЕР: Седьмой.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Я могу задать. Маша, ты помнишь свой первый поцелуй?
МОРГУН: Да.
КРАВЕЦ: Прекрасно! И стоило это того?
СЕРДОТЕЦКИЙ: Стоило, конечно.
ФИШЕР: Стоило! Еще как!
КРАВЕЦ: Какая любимая страна для отпуска?
МОРГУН: Новая. Та, в которой я еще не была.
СЕРДОТЕЦКИЙ: А вот я еще добавлю: и любимое место в нашей стране?
Ты же, судя по всему, очень много объездила уголков.
МОРГУН: Я много объездила уголков, но много, где еще не была. Но вот из того, где мне удалось побывать, это Арктика. Потрясающе просто.
КРАВЕЦ: А в Исландии не хотелось бы побывать? Или бывала?
МОРГУН: Ты знаешь, мне всегда хотелось побывать в Исландии. Но после того, как я съездила в Арктику, я поняла, что, может, в Исландии и нечего делать.
КРАВЕЦ, И нечего делать. Есть ли у тебя какие-то страхи? Может быть, ты чего-то боишься, какая-то фобия? Что-то подобное?
ФИШЕР: Мания?
МОРГУН: Я боюсь насекомых.
КРАВЕЦ: Вообще всех, без разбора?
МОРГУН: Нет, не всех я боюсь.
СЕРДОТЕЦКИЙ: Мерзких, да.
КРАВЕЦ: Или только невкусных? Каких?
МОРГУН: Невкусных, не знаю. Но всяких каких-нибудь пауков, тараканов.
КРАВЕЦ: У нас еще есть один вопрос.
ФИШЕР: Маш, есть ты в социальных сетях?
МОРГУН: Нет. Более того, когда-то я очень давно была в российской социальной сети (не знаю, у вас можно называть или нет)…
СЕРДОТЕЦКИЙ: "Одноклассники", да?
МОРГУН: Да. И я давно уже не я там, но там под моим паролем, под моим логином…
КРАВЕЦ: Но кто-то ухаживает за страничкой, отвечает.
МОРГУН: Да, кто-то переписывается с людьми и прочее, прочее. Если что, это не я.
КРАВЕЦ: То есть тебя нигде не найти, с тобой никак не переписаться при необходимости?
МОРГУН: Боюсь, что по почте.
СЕРДОТЦКИЙ: А Твиттер-то, подожди, есть?
МОРГУН: Нет.
ФИШЕР: Да ладно!
КРАВЕЦ: Ну, а мобильник-то хоть есть, Мария?
МОРГУН: Ну, как-то накопила пока на него, да.
ФИШЕР: Вопрос про "Формулу-1" пришел. "Скажите, Мария, вы задумываетесь о том, какой вред природе приносит этот спорт?"
МОРГУН: Вы знаете, природе приносит вред практически любая деятельность человека. И, насколько я знаю, постоянно с экологами в каком-то контакте работают те, кто организуют "Форулу-1" и те, кто разрабатывает болиды для этих гонок…
КРАВЕЦ: Очевидно, человек написал поклонник керлинга просто, то есть самый безвредный для природы вид порта. Скажи, пожалуйста, Маша, а у тебя есть друзья среди коллег? Настоящие друзья?
МОРГУН: Конечно.
КРАВЕЦ: Те же люди, которые выходят в эфир. А можешь назвать их имена или это тайна?
ФИШЕР: Кого нам позвать еще?
СЕРДОТЕЦКИЙ: Порекомендуй.
ФИШЕР: Кстати, да, кого нам позвать следующим гостем, как ты думаешь?
МОРГУН: Мои самые лучшие друзья это не ведущие. Они продюсеры, редакторы.
КРАВЕЦ: Хороший выбор! То есть ведущие просто не сильно тебе уже интересны. А вот продюсер!
МОРГУН: Нет, просто так исторически сложилось.
КРАВЕЦ: Люди, имеющие доступ к финансовой стороне.
МОРГУН: Еще до того, как я стала ведущий, мы все дружили и это никак не изменилось.
ФИШЕР: А! Ну, тогда мы снимаем вопрос про то, как ты попала на телек.
КРАВЕЦ: О, кстати, а корпоратив еще впереди у вас, да ведь?
МОРГУН: Да, да.
ФИШЕР: В японском ресторане?
МОРГУН: Митя все рассказал? У экономистов, да.
ФИШЕР: Мы обсуждали, у кого где будут корпоративы.
МОРГУН: А у вас где?
ФИШЕР: А у нас в " Pacha ".
МОРГУН: У вас погламурнее корпоратив будет.
ФИШЕР: Радио "Маяк" в "Pacha". Друзья, кстати, полная история вас ждет в ночь со среды на четверг, "Шоу "Первый отряд", как всегда, доложит обо всем. Маш, можешь ли ты сказать в заключение, что мы с тобой одной крови?
МОРГУН: Безусловно. Мне кажется, что внутри холдинга мы все одной крови. Мы с вами - да, безусловно.
ФИШЕР: Будешь здороваться с нами в столовой?
МОРГУН: Обещаю.
ФИШЕР: Мы тоже. Друзья, Мария Моргун была у нас в гостях!
Первый отряд. Все выпуски
- Все аудио
- Маяк. 55 лет