Top.Mail.Ru

Маяк. Москва

Выпуск 07 ноября 2012 года
Радиопрограмма
Россия
Новостные

4 сезона, 583 выпуска по 37 мин

Тема энергоэффективности - одна из наиболее актуальных в Москве. К примеру, наш мегаполис, один из самых крупных в мире, ежегодно потребляет более 31 млн тонн разных видов топлива, 11 млн тонн из которых можно сберечь с помощью новых технологий. О том, как это сделать, узнаем у заместителя руководителя Департамента топливно-энергетического хозяйства города Александра Викторовича Татарникова. Ведущая - Екатерина Высоковская.   ВЕДУЩИЙ: Гость программы - заместитель руководителя Департамента топливно-энергетического хозяйства Москвы Александр Татарников. Мы будем говорить о том, как сэкономить электроэнергию в быту. Нельзя сказать, что тема нашей программы всем «до лампочки». И, может быть, с нее мы и начнем, с царицы электрификации и бытового символа плана ГОЭЛРО - с лампочки? Сколько лет мы внедряем энергосберегающие лампочки, и как вы оцениваете грамотность населения в этом вопросе? ТАТАРНИКОВ: Что касается самих лампочек, то история у них очень давняя, потому что так называемые лампочки дневного света, они появились достаточно давно, и это, по сути, и есть уже энергосберегающие лампочки, то есть значительно большее количество энергии перерабатывается в свет, нежели нагревает эту лампочку. Но сегодня грамотность в области энергосбережения у разных участников существенно различается. ВЕДУЩИЙ: Александр Викторович, можно собственные наблюдения? Я как увижу эти лампочки в каком-нибудь большом супермаркете, что называется, зависаю. Я смотрю на них, на все обозначения и думаю, что я с этим обязательно разберусь, а тогда уже приду и куплю то, что нужно. Поговорила с коллегами - абсолютно та же ситуация. Давайте сдержим слово и разберемся. Многие жалуются на то, что свет неестественный и не очень приятный, не очень привычный. ТАТАРНИКОВ: Действительно, вопрос здесь, с одной стороны, простой, а с другой стороны, не такой простой, потому что, как у любого продукта, есть несколько потребительских свойств. То есть, когда вы говорите про энергосбережение, речь только о том, что светоотдача в зависимости от потребляемой энергии больше или меньше. Когда же вы начинаете говорить о том, что свет вроде не такой, не очень удобный, неприятный, то это уже другие свойства… ВЕДУЩИЙ: Потребительские свойства. ТАТАРНИКОВ: Нет. То тоже потребительское свойство, но это уже спектральная составляющая. Когда мы с вами смотрим, например, на солнышко, у него есть определенный спектр, там своя доля красного, синего. Вот наш глаз адаптирован именно к такому составу. Ни одна лампочка в чистом виде не дает того состава, который дает солнечный свет. ВЕДУЩИЙ: Мы уже привыкли к такому немножечко желтому свету. ТАТАРНИКОВ: Совершенно верно. Здесь уже роль играет в том числе вопрос привычки. Мы с вами привыкали к этим лампочкам накаливания. А ведь у них очень слабая часть ультрафиолетовой составляющей, поэтому они существенно искажают цвета. Поэтому, естественно, всякие модельные агентства и прочие не работают с такими лампочками, поскольку с ними не видны те цвета, которые будут потом при естественном, дневном освещении. Для них такие лампочки в этом смысле в принципе непригодны. ВЕДУЩИЙ: Но все равно есть разные категории среди этих энергосберегающих лампочек. Может быть, вы что-то посоветуете? ТАТАРНИКОВ: Как таковых энергосберегающих лампочек - вот этот термин популистский, - их как таковых, энергосберегающих, нет. Просто в зависимости от технологии лампочка потребляет больше или меньше на тот же самый световой поток. Приведу несколько примеров. Если мы говорим о лампочках накаливания, то здесь понятно: есть нить, она накаливается, в зависимости от температуры накаливания она излучает тот или иной свет. Но при этом она безбожно греется. В частности, например, если вы хотите достаточно миниатюрный светильник дома поставить, то у вас плафон часто перегревается, с этим все знакомы, выгорает, и вы выбрасываете. И в этом смысле энергосбережение не столько нужно в целях экономии денег, сколько для того, чтобы сохранить в рабочем состоянии ваш осветительный прибор. В этом смысле, я уже сразу говорю, преимущество лампочек с меньшим потреблением, то есть так называемых энергосберегающих. ВЕДУЩИЙ: Но они довольно большие и не в каждый светильник входят, энергосберегающие лампочки. ТАТАРНИКОВ: Они тоже разные, сейчас я расскажу. Другая группа лампочек - это так называемые галогенные, которые наполнены внутри газом. В результате увеличивается температура и светоотдача этой лампочки. Соответственно у нее выше полезность использования, но она тоже достаточно сильно греется. Эти лампочки распространены, они как раз в основном в миниатюрном исполнении идут. Внутри со спиралькой, но наполненные соответственно газом инертным. Они с точки зрения спектра, на мой взгляд, даже значительно более приближены к естественному свету, чем те и другие. Но они тоже греются. Под них же стали делать и плафончики, естественно, меньше и цоколи меньше. И в результате опять оказалось, что перегревается плафон. Следующая группа лампочек - это лампочки дневного света. Вот они как раз сейчас появились в самом разном исполнении, навитые спиральками и прочее, это все в старом понимании - лампочки дневного света. ВЕДУЩИЙ: А как они называются грамотно, чтобы подойти и спросить? ТАТАРНИКОВ: Вообще-то это люминесцентные лампы. В чем суть этих лампочек? У них свет идет от люминофора. Вот это белое покрытие, которое вы видите, это вторичное излучение. То есть внутри идет разряд, он своими электронами бьет по этому слою люминесцентному, и он выдает уже вот это вторичное излучение. ВЕДУЩИЙ: Но не для всех же старых светильников они подходят? Для люстр не подходят, наверное, со свечами? ТАТАРНИКОВ: Фактически сейчас делают под все известные цоколи. Лично у меня не было никогда проблемы найти под старый цоколь современную лампочку с люминесцентным освещением. ВЕДУЩИЙ: То есть если это бра в форме свечей, то туда тоже можно подобрать? ТАТАРНИКОВ: Тоже можно подобрать лампочку. Вот у меня не было пока случая, чтобы я не смог подобрать лампочку энергосберегающую в старый цоколь. ВЕДУЩИЙ: А классификация? Мы привыкли: 60 ватт, 75 ватт. Здесь какая? ТАТАРНИКОВ: Здесь надо правильно понимать два параметра. Сейчас обычно указывают две мощности. Говорят, к примеру: 65 - что имеется в виду? Это говорит о следующем: с точки зрения светоотдачи, то есть так, как светит, это эквивалентно 60-ваттной лампочке накаливания. А вторая цифра - 12 ватт, 5 ватт - это то, сколько она реально потребляет энергии. Вы делите 60 на 12, и в результате вы видите, во сколько раз у вас снижается потребление. Это рекламный трюк, надо правильно понимать. Но он дает хорошее представление о том, что вы покупаете. ВЕДУЩИЙ: Он, кстати, помогает. Потому что когда не видишь этой подсказки, то вообще теряешься, не понимаешь, что такое 5, что такое 12. ТАТАРНИКОВ: Да, это полезный трюк. ВЕДУЩИЙ: А утилизация этих лампочек организована? Много говорилось, что их нельзя с обычным мусором смешивать. Во-первых, почему? А во-вторых, насколько доступны пункты приема? ТАТАРНИКОВ: С точки зрения утилизации, еще раз вспомните, у нас уже с исторических времен висели лампы дневного света. Это то же самое, только в значительно более вредных объемах. А нельзя их утилизировать с другими, потому что внутри обычно содержится ртуть. И если лампочка разобьется в ходе обычной утилизации, эти пары будут излучаться. Все мы знаем, что пары ртути вредны. Поэтому для них есть специальные требования по утилизации. К сожалению, как тогда, так и сейчас каких-то существенных сдвигов с точки зрения утилизации нет. Но в принципе управляющие компании должны заниматься этими вопросами. ВЕДУЩИЙ: Здесь обыватель сталкивается с проблемой. И так у нас много всего, что мы должны сделать в ходе светового дня. Человеку не хочется еще дополнительных проблем. Вот он купил эти лампочки, а куда потом их нести, если он законопослушный и не хочет нарушать правила? ТАТАРНИКОВ: По идее, должен быть отдельный контейнер установлен специально под сбор, должны заниматься этим управляющие компании. Где-то этим реально занимаются, где-то не занимаются. Но в целом особого порядка я, честно говоря, здесь не видел. ВЕДУЩИЙ: А кто контролирует, и кто бы мог навести этот порядок? ТАТАРНИКОВ: Ну, дебаты здесь самые разнообразные. С одной стороны, вроде как это Департамент жилищно-коммунального хозяйства должен организовать. С другой стороны, это не является на самом деле его должностной функцией. Вообще-то этими вопросами должны заниматься, конечно, управляющие компании. За это мы, собственно, им платим деньги. Если они это не делают, если это не включено в договор управления, надо вносить туда эти требования и заставлять их заниматься этим делом. ВЕДУЩИЙ: Еще у меня такой вопрос. Подсчитана ли экономия, потому что лампочки новые, дорогие, но, как говорят, ноские, у них более долгий срок службы. Но я сомневаюсь, что обыватель может подсчитать свою выгоду: сколько раз он бы заменил обычные лампочки, сколько они стоят, сколько он платит за энергию, как коррелируется счет в связи с новыми лампочками. Это невозможно подсчитать на бытовом уровне. Могли бы вы экспертную оценку дать, какова экономия? ТАТАРНИКОВ: По своему примеру скажу, я уже фактически все лампочки у себя заменил по мере износа. У меня принцип такой: если сгорела старая лампочка накаливания, я ее заменяю либо на светодиодную, либо на люминесцентную. Но в данном случае надо все-таки смотреть с нескольких сторон. С одной стороны, это то, о чем вы говорите, конкретная экономия денег, связанная с тем, что меньше начнем потреблять. А с другой стороны, не надо все-таки забывать о том, что, если вы хотите получить хорошее освещение, нужна хорошая мощность. И соответственно если вы будете ставить лампочки накаливания той мощности, которая даст вам достойное освещение, то многие плафоны просто не выдержат такой нагрузки, они будут гореть и плавиться. И в этом смысле это технологическая мера - переход на энергосберегающие лампочки. ВЕДУЩИЙ: То есть это просто создает дополнительный комфорт в вашем жилище? ТАТАРНИКОВ: Безусловно. Рекомендую замешивать, то есть часть лампочек включать с таким спектром, часть с другим, часть оставлять накаливания. Вот этот смешанный спектр, он будет, на мой взгляд, наиболее эффективным решением. ВЕДУЩИЙ: По-моему, прояснили ситуацию. Значит, люминесцентные лампочки надо искать уже нового образца, которые подходят под все наши традиционные светильники. ТАТАРНИКОВ: Да. Но я вам рекомендую, внимательно смотрите на светодиодные. На них цена сейчас существенно падает, снижается, они сейчас идут как раз по траектории снижения цены. Они еще существенно меньше потребляют. И светодиоды тоже совершенствуются, у них тоже меняется потихонечку спектральный состав, все более приближающийся к естественному свету. ВЕДУЩИЙ: Наш мегаполис ежегодно потребляет 31 миллион тонн разных видов топлива. И ровно треть из этих тонн современные технологии позволяют сберечь. Поэтому в программе «Энергосбережение города», рассчитанной до 2020 года, стоит задача сделать так, чтобы уже через четыре года потребители использовали электроэнергию на 15% эффективнее. Это цифры. А теперь практические вопросы, как это сделать. СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Меня зовут Марина. Я бы хотела задать вопрос Александру Викторовичу. Энергосберегающие лампочки сейчас появились везде и исчезли обычные. Но при этом свет этих энергосберегающих лампочек очень некомфортный. Иногда он синий, иногда он откровенно желтый. И мне кажется, он не очень полезен для зрения людей. Вот насколько энергосбережение и здоровье людей здесь соотносятся? Есть ли какие-то исследования на эту тему? ВЕДУЩИЙ: Спасибо большое. Мы довольно подробно об этом говорили. Если вы пропустили эту часть, можете послушать в Интернете на нашем сайте. Если есть какая-то ремарка по поводу здоровья, пожалуйста. ТАТАРНИКОВ: Да, по поводу здоровья. Сейчас уже разработаны новые санпиновские нормы, в которых допускается использование светодиодных лампочек. Что же касается энергосберегающих люминесцентных, то они давно допущены во все сферы. Более того, они эффективно всегда использовались в школах, в больницах. Поэтому лично мое ощущение, что никаких тут особых опасностей для здоровья не существует. ВЕДУЩИЙ: От цвета к теплу перейдем все-таки. Я цифры назвала, и хотелось бы понять, что мы можем сделать для того, чтобы эффективнее использовать электроэнергию. Вот отопление. В новых домах вместо вертикальной разводки труб, где каждый зависит от соседей сверху и снизу, применяют индивидуальную. В чем преимущества? ТАТАРНИКОВ: На самом деле, когда вы говорите, что я в своей квартире, например, поставлю счетчики тепла и снижу свое потребление, буду за это меньше платить, это отчасти верно, потому что в наших платежках есть также суммы, которые мы в целом платим за потребление, которое осуществляется в доме. Соответственно, если у вас в коридорах или где-то будут открыты форточки, то вы будете переплачивать. Поэтому решать этот вопрос нужно комплексно, не только для своей отдельно взятой квартиры, но в целом для дома. Мы все являемся собственниками, и весь дом - это наша совместная собственность, мы несем бремя содержания этого имущества. Поэтому, на мой взгляд, основные мероприятия по энергосбережению, которые сэкономят ваши затраты, они лежат в области энергоэффективности дома в целом. ВЕДУЩИЙ: То есть это коллективное потребление? ТАТАРНИКОВ: Это коллективное потребление. ВЕДУЩИЙ: Но скажите сразу, если в доме будут поставлены эти счетчики, то возможен перерасчет квитанций? ТАТАРНИКОВ: Да, есть соответствующая методика, постановление, которое говорит о том, что, если в доме с так называемой вертикальной разводкой установлены у всех будут счетчики, можно перейти на расчет по этим счетчикам, и в результате, да, вы будете платить ровно за то, что потребили. ВЕДУЩИЙ: И можно еще раз уточнить, если это старый дом, то можно не беспокоиться на тему этих счетчиков? ТАТАРНИКОВ: Почему? Если все жильцы установили, пожалуйста, можно будет переходить на расчет по этим счетчикам. ВЕДУЩИЙ: То есть старые дома тоже могут подключиться к этой системе. ТАТАРНИКОВ: Конечно, конечно. Там просто чуть сложнее, а так на самом деле - да. ВЕДУЩИЙ: И что это за система? ТАТАРНИКОВ: Собственно говоря, счетчик, он только меряет, а системы, их несколько основных. Мы все их апробировали на различных зданиях в городе Москве. Первая - это система управления потреблением тепла, так называемое автоматизированное устройство управления, которое регулирует подачу тепла в дом в зависимости от его фактического потребления. Что это дает? Это позволяет избавиться от перетопов. То есть вы перестаете излишне выбрасывать тепло на улицу и соответственно меньше потребляете. Вторая система - это система рекуперации. Мы все своими телами греем, дышим, соответственно все-таки перетоп возникает, повышается температура. Все это тепло в конечном итоге выбрасывается через систему вентиляции на улицу. Так вот, если в системе вентиляции установить рекуператоры, то есть приборы, которые отбирают тепло из выбрасываемого воздуха (на улицу выбрасывается уже охлажденный воздух), и вернуть назад тепло, то его можно использовать для двух целей. Например, для подогрева холодной воды до горячей, а второе - это предварительный подогрев собственного внутреннего контура тепла. В обоих случаях вы снижаете потребление внешнего ресурса. ВЕДУЩИЙ: Это, что называется, на сдачу. ТАТАРНИКОВ: Да. Практика показала, что тепла, которое мы с этого получаем, хватает для того, чтобы полностью отказаться от внешнего горячего водоснабжения. И экономия существенная здесь, в два-три раза, получается. ВЕДУЩИЙ: Это очень существенная. ТАТАРНИКОВ: Очень существенная, да. ВЕДУЩИЙ: Казалось, это такая мелочь, то, что мы нагреваем своей жизнью. ТАТАРНИКОВ: Основное потребление ложится на горячую воду и тепло. Поэтому второй аспект - это то, что мы нагреваем свой внутренний контур и в результате сокращаем потребление внешнего теплоснабжения на обогрев. Есть еще одна система, так называемые тепловые аккумуляторы. Что они делают? Если мы с вами переходим по электричеству на двухставочный тариф, то ночной тариф, он раза в четыре меньше, чем дневной. Соответственно, потребляя по ночному тарифу, мы заряжаем тепловые аккумуляторы, а днем они отдают тепло в помещение. И мы снижаем потребление тепла. В результате затраты на выработку тепла таким способом оказываются в полтора раза меньше, чем если просто купить тепло у МОЭК, оплатив по обычной схеме. И третья система - это солнечные батареи… ВЕДУЩИЙ: А кто может устанавливать эти новые системы? Потому что звучит это действительно заманчиво. Но есть определенная инертность, есть привычка. И не такое уж технологически грамотное большинство населения. Эксплуатирующие и управляющие компании, наверное, тоже имеют какие-то свои причины для того, чтобы не включаться в процесс модернизации. Здесь очень важно понять, кто в этом заинтересован, кто будет продвигать этот продукт на рынок потребления? ТАТАРНИКОВ: При правильном подходе заинтересованы здесь все: и управляющая компания, и жильцы. Сделать это можно двумя путями. Первый. Если у вас дом под капремонт, то при формировании сметы на капремонт нужно заложить туда вот эти энергосберегающие мероприятия. А второй случай, когда идет режим нормальной эксплуатации, нужно решение собрания собственников о том, чтобы произвести такую установку. А дальше опять можно пойти двумя путями. Можно выполнить эти работы за счет средств самих собственников, на самом деле это не так дорого… ВЕДУЩИЙ: А примерно какие цифры? ТАТАРНИКОВ: Из того, что мы делали (мы делали 9-этажный дом, 12-этажный дом), получилось где-то 1,2 миллиона стоит система рекуперации. ВЕДУЩИЙ: А какой срок окупаемости? ТАТАРНИКОВ: Полтора - два с половиной года. ВЕДУЩИЙ: Когда люди почувствуют эффект? ТАТАРНИКОВ: Нет, это когда окупятся вложения полностью. А дальше уже пойдет голимая экономия. А платить вы меньше сразу станете. Это первый ход. А второй ход - это так называемый энергосервисный контракт, когда эти мероприятия за свой счет выполняет энергосервисная компания, а вы ей дальше платите от экономии. То есть вы стали платить меньше. И вот часть сэкономленного вы ей в рассрочку выплачиваете, возмещая, по сути дела, ее затраты, и в этом смысле вы вообще не почувствуете на себе финансовой нагрузки. То есть вы все равно будете экономить, только часть экономии будете отдавать в расчет, а часть оставлять себе. ВЕДУЩИЙ: А большой объем работ? То есть жители почувствуют, что идет какая-то модернизация, или это делается где-то в технических службах и на повседневную жизнь не влияет? ТАТАРНИКОВ: В повседневной жизни они это даже, скорее всего, не заметят. Вот мы делали установки, от двух недель до полутора месяцев монтируются подобного рода системы. ВЕДУЩИЙ: Ну, привлекательный способ - это когда специализирующаяся компания этим занимается. ТАТАРНИКОВ: Конечно, энергосервисная компания. Для того и была разработана система контрактов в 261-м законе. В результате вы не несете никакой реальной финансовой нагрузки. ВЕДУЩИЙ: Это сейчас в режиме эксперимента, это сейчас в режиме какой-то программы, которая реализуется в городе, как это происходит? ТАТАРНИКОВ: На самом деле это действительно городская программа. То, что касается собственности города Москвы, там сейчас идет мощная подготовка к массовому внедрению. Что же касается жилищного сектора, поскольку он частный, то мы подготовку здесь ведем в плане организации учета объективного, для того чтобы это делать централизованным путем, и готовим предложения для создания розничного рынка. Сейчас объясню, для чего он здесь нужен. Представьте ситуацию, что вы вырабатываете тепло, вы поставили солнечную батарею, вырабатываете электричество, и у вас возникают излишки. Куда их девать? Вот если бы у вас был хороший механизм сдачи излишков, то, понятно, срок окупаемости у вас быстро бы сократился. Но вот вы окупились, а дальше излишки есть, и это - заработок. Вот этот заработок могла бы себе «ложить в карман», делясь с собственником, управляющая компания. Поэтому у них есть прямой интерес во внедрении этих мероприятий, потому что в рамках действующего контракта это и экономия, это и дополнительный доход, который может быть разделен. И в этом смысле управляющая компания сама может выступить этой энергосервисной компанией, инвестором. ВЕДУЩИЙ: Но можно также предложить как-то благоустроить двор и поставить систему «умного» освещения на детской площадке или рядом с гаражами. ТАТАРНИКОВ: В том числе, да, совершенно верно. В чем лично я вижу проблему? Это проблема неурегулированности отношений жителей и управляющих компаний. Потому что мы помним, как они разом все появились, никто их там реально не избирал. Большинство этих компаний с точки зрения действующего закона нелегитимно туда пробрались. Жители им не доверяют. И поэтому между ними и жителями - краткосрочные отношения. А поскольку они краткосрочные, а здесь речь идет о неких инвестициях, соответственно одни не хотят вкладывать, другие им не доверяют. В моем понимании именно вопрос отношений жителей и управляющих компаний и есть ключевой аспект. То есть технологии все есть, окупаемость их очень быстрая… ВЕДУЩИЙ: Тут, наверное, нужно идти таким путем. Все-таки нужно просвещать население, чтобы люди понимали, что им нужно, и тогда разговор с управляющими компаниями будет гораздо более конструктивным. Потому что когда приходит кто-то со стороны и начинает тебе объяснять, что это тебе поможет, это тебе выгодно, а ты сам не понимаешь, что это такое, то, конечно, возникает определенное недоверие. Если уже достигнут определенный уровень технологической и финансовой грамотности населения, то разговор становится более компетентным с обеих сторон. ТАТАРНИКОВ: Да, согласен. Поэтому в той же самой программе сбережения у нас есть программа информационной поддержки. И мы через различные механизмы пытаемся до населения довести те возможности, которые здесь заложены. ВЕДУЩИЙ: Вообще я должна сказать, что на практике некоторые новшества имеют совершенно обвораживающий эффект. Например, то, что я называю умным освещением (вы поправьте, если это не так), когда установлены сенсорные передатчики: ты появляешься, в это время включается свет. Это очень приятно. И это самое разумное, что может быть, когда ты по темному проулку идешь или даже в подъезд заходишь. Ну зачем там просто так горела бы лампочка, да? ТАТАРНИКОВ: Совершенно верно. А те системы, о которых я рассказал, они на самом деле экономят существенно больше, чем эти световые системы, потому что их потребление намного выше, но у них «ум» скрыт внутри, вы его просто так не увидите. То есть они сами определяют, откуда взять сейчас наиболее дешевый ресурс. Поскольку, как вы поняли, ресурсы стали взаимозаменяемыми, я могу тепло использовать, а могу использовать электричество, чтобы отопить; могу воду горячую купить, а могу сам подогреть. ВЕДУЩИЙ: Александр Викторович, вы в прошлый раз были у нас в прямом эфире, и вам задали несколько вопросов. Вы, как человек прилежный, подготовили ответы. Если можно, кратко по каждому вопросу. ТАТАРНИКОВ: Один вопрос был, как контролируется сейчас качество топлива на бензозаправках. Долго разбирался с этим вопросом. Произошло следующее. Сейчас бензозаправки переданы в ведение Департамента топливно-энергетического хозяйства. Но контроль качества лежит на трех других органах, каждый работает по своему направлению. Это Департамент природопользования - он контролирует экологические нормы, контролирует их как на нефтепроизводящих заводах, так и на заправках. Другой контролер - это Росстандарт, он контролирует технические характеристики, он их контролирует точно так же либо на нефтеперерабатывающих заводах, либо на заправках. И третий контролер - это ФАС, он контролирует именно с точки зрения цены, но в основном контролирует на нефтеперерабатывающих заводах. Второй вопрос был - почему в Москве стало темнее? Я долго терзал наше подведомственное предприятие - ГУП «Моссвет», от которого все это дело зависит. Да, у нас действительно стоит автоматизированная система, которая реагирует на освещенность, но, как везде, не всегда всё работает в автоматике. Лично прошел в некоторых местах замерил, и где-то, да, убедился, реагируют на освещенность, но где-то они включают по времени, то ли из-за лени, то ли какие-то у них там сбои. И включают действительно, когда уже темноватенько. Я руководителю нашему пожаловался. Он говорит, что здесь надо порядок наводить, потому что не должны люди спотыкаться на дорогах. Это то, что определяет лицо города. Но с другой стороны, сейчас идет очень мощная программа художественно-архитектурной подсветки, и она сама по себе дает очень много света. Поэтому сейчас перестраивать систему, когда идет такое мощное оснащение новыми приборами, наверное, некорректно. ВЕДУЩИЙ: Переходный период. ТАТАРНИКОВ: Переходный период, да. Но вы видите, как прибавляется света сейчас - вот Арбат засветился совершенно по-новому, Тверская. Очень мощная работа идет. Поэтому я говорю, ладно, не будем терзать, пусть люди доделают всё, а потом уже посмотрим. ВЕДУЩИЙ: Третий вопрос какой был? ТАТАРНИКОВ: Третий вопрос был по счетчикам. Соответственно задавались вопросы о многотарифных и прочих счетчиках. Да, действительно, существует три вида - однотарифные, двухтарифные, трехтарифные. Самые выгодные - трехтарифные. То есть соответственно устанавливается три временных интервала: ночной, затем пик и полупик. Они разбиты по времени: со стольких-то до стольких-то часов - два пика, в середине - полупик, в ночное время - ночной тариф. Соответственно ночной тариф, как я уже сказал, в четыре раза дешевле пикового тарифа. ВЕДУЩИЙ: Наши дети будут спать под шум стиральных и посудомоечных машин вместо колыбельных. ТАТАРНИКОВ: Если они шумные, да. Но с другой стороны, вы все равно потребляете в эти часы. Зачем переплачивать, если вы все равно потребляете? Лучше уж в эти часы платить по более низкому тарифу. Поэтому, конечно, здесь будет целесообразно переходить на самые выгодные тарифы - двух- или трехтарифный режим. А как это использовать управляющей компании? Я уже сказал, что если перейти на многотарифную систему, то можно ночью заряжаться, а днем всё это использовать. ВЕДУЩИЙ: Это - перспектива. Буквально несколько слов про солнечные батареи. Когда наступает зима, то нам от самого слова «солнце» уже становится светло и тепло. Но все-таки насколько солнечные батареи для нашего климата - это Клондайк? ТАТАРНИКОВ: Это действительно Клондайк. Мы установили эти солнечные батареи на нескольких зданиях, проверили, что действительно все это работает, не сказки. Суммарная мощность, если устанавливать на крышах домов, порядка 6,5 гигаватта. Это больше половины установленной мощности Мосэнерго. Причем вы сами понимаете, что я потратил деньги на установку, а в результате дальше я почти ничего не плачу, потому что солнце-то бесплатно светит. Как пример приведу Германию. В Германии установленная мощность солнечных батарей уже 21 гигаватт, Москва потребляет 12 гигаватт. То есть мы видим, что уже четыре с половиной Москвы сегодня в Германии работают на солнце. А Германия по климатике недалеко ушла от нашей средней полосы. ВЕДУЩИЙ: Но это какие-то дополнительные удобства освещаются за счет солнечных батарей, дворовые территории? ТАТАРНИКОВ: Нет-нет-нет. Здесь как раз предлагается с помощью солнечных батарей… Конечно, мы дворовую территорию освещаем, но основа-то лежит именно в освещении систем здания. ВЕДУЩИЙ: Скажите, а мы не будем тогда очень сильно зависеть от климата, или это будет резервная система? ТАТАРНИКОВ: Это не резервная. Это всё как раз снижает нашу зависимость от централизованного энергоснабжения. То есть чем выше автономность наша, тем выше надежность, выше качество услуги. ВЕДУЩИЙ: Если эти солнечные батареи не накопили столько, сколько нам надо, то мы не будем отключены? ТАТАРНИКОВ: Нет, конечно. У нас есть как централизованное энергоснабжение, так и солнечное. Там специальное устройство стоит, которое определяет, откуда брать энергию. ВЕДУЩИЙ: В любом случае всем нам пожелаю побольше солнечных дней в году. Я благодарю моего гостя.

Выпуски
2014
2013
2012
2011
2014
2014
Персоны