Всё запрещённое уходит в подполье. Эфир программы "Скажите прямо"
Сегодня в Мосгорсуде начался процесс о запрете Движения против нелегальной иммиграции. Прокуратура считает ее деятельность экстремистской. Ранее в ГУВД Москвы заявляли, что ДПНИ причастна к массовым беспорядкам на Манежной площади. Эксперты предупреждают, что если суд прислушается к доводам прокуроров, то последствия могут быть непредсказуемы. Ведь в случае запрета националисты уйдут в подполье, а это значит, что власти больше не смогут их контролировать. О том, нужно ли запрещать подобные организации в России, Наталья Шорох и Руслан Быстров беседовали с радиослушателями в эфире радио "Вести ФМ".
Быстров: Сегодня Мосгорсуд начал процесс о ликвидации Движения против нелегально иммиграции. Запретить движение попросила прокуратура, именно она обратилась в суд. Суть претензий прокуратур такова: Движение против нелегальной иммиграции, более известное как ДПНИ, занимается экстремистской деятельностью. В частности именно это Движение участвовало и организовывало беспорядки на Манежной площади, которые были совсем недавно.
Суд сегодня начался, сегодня же и закончился. Но, правда, на месяц, пока стороны будут готовиться к процессу. Через месяц он возобновится, и тогда мы уже узнаем, какое будет решение.
Каким бы оно ни было, правозащитники, эксперты, аналитики уже сейчас поднимают информационную волну. Одни говорят о том, что запретить Движение действительно надо, потому что негоже, когда в современной России, в общем-то, в такой хорошей, благодушной, цивилизованной стране, развиваются такие движения, которые занимаются экстремистской деятельностью. Другие говорят о том, что если запретить официально тех, кто занимается экстремисткой деятельностью, то экстремисты уйдут в подполье, и тогда контролировать их будет просто невозможно, что приведет просто к всплеску экстремизма в стране.
Шорох: Я еще раз уточню, что и сами националисты говорят, что запрет организации приведет к тому, что власть фактически не будет знать, когда и кто организовывает ту или иную акцию. Ведь сейчас у ДПНИ есть и сайт, и твиттер и так далее.
Быстров: Они на виду.
Шорох: Они на виду, и если что-то они организовывают, они об этом сообщают. Власть может подготовиться, и милиционеров туда подогнать и как-то подстраховаться.
Быстров: И они сейчас сами заинтересованы в том, чтобы не нарушать закон. Потому что если они нарушат, они будут запрещены, в чем они сами не заинтересованы. В общем, это такой паритет, который выгоден и власти и националистам. С одной стороны. Давайте послушаем Дмитрия. Дмитрий, здравствуйте!
Дмитрий: Здравствуйте!
Быстров: Как вы считаете?
Дмитрий: Мне кажется, все, что запрещается, всегда уходит в подполье. Любая сфера все равно уйдет в подполье. Если вдруг все-таки запрещать, то нужно разобраться с прокуратурой для начала. Потому что любые эти митинги, которые устраиваются, - это все несогласие с какими-то государственными движениями.
Быстров: Понятно. То есть вы хотите сказать, что запрещаем – просто маскируем проблему, но проблема-то она сама остается.
Дмитрий: Совершенно верно. Она останется, она и будет.
Быстров: Но с другой стороны, ваша логика такова, что нельзя ничего запретить, а все, что запрещается, уходит в подполье. Давайте тогда разрешим и проституцию, и наркотики, и так далее. Получается так, если следовать вашей логике?
Дмитрий: Нет.
Быстров: Почему нет? Объясните, пожалуйста.
Дмитрий: Это уже как бы крайние вещи-то совсем. Да?
Быстров: А национализм – это не крайняя вещь, по-вашему?
Дмитрий: Согласен, крайняя. Но она не в такой степени себя ярко проявляет.
Шорох: Как же не ярко? По Москве люди неславянской внешности ходить не могут.
Дмитрий: Подождите. Она обоснованная. Допустим, возьмем Манежку. Кто накосячил? МВД. Как так, того парня убили, а его отпустили? Так я не националист, но меня тоже возмущает этот вопрос. Это не случилось со мной. А когда это случится с моим окружением, я тут же стану националистом. Это безвыходность. Я тоже буду кричать в рупор то, что это нехорошо, и буду с националистическим лозунгом стоять. И так любой будет! Но дело в том, что это никогда не коснется тех людей, которые хотят это запретить, потому что они все хорошо защищены, они не ходят просто так возле метро по ночам. Они все ездят со спецсигналами, с охраной и еже с ними.
Эфир программы "Скажите прямо" слушайте в аудиофайлах