Ушел из жизни выдающийся кинооператор Джузеппе Ротунно
В Риме на 98-м году ушел из жизни выдающийся кинооператор Джузеппе Ротунно. Он работал со многими известными режиссерами. Но в первую очередь его имя ассоциируется с двумя гениями итальянского кино – Висконти и Феллини.
«Если бы мы с Феллини работали реалистическими методами, то наши фильмы получились бы неправдоподобными», – как-то сказал Джузеппе Ротунно. Парадокс, но Рим на экране кажется достовернее своего реального прототипа. Превратить бытовое пространство в сюрреалистический пейзаж, городское приключение в кошмарный сон – оптика Ротунно соответствовала взгляду Феллини. «Я так люблю свет, что не в силах остановиться» – говорил Джузеппе Ротунно.
«Действительно потрясающие фильмы, в которых проявилась фантазия Феллини, на ее высшем пике. А Ротунно показал себя как универсальный оператор, который способен решить любую творческую задачу», – пояснил кинокритик Андрей Плахов.
Например, снимать художественный фильм одновременно на три камеры, перехватывавшими друг у друга движение персонажей. Это помогало Джузеппе Ротунно поймать неожиданную, незапланированную реакцию статистов в массовке. Так часто получались самые выразительные кадры, он умел "высветить" лицо из толпы. Такой почти документальной манеры съемки от Ротунно требовал Лукино Висконти.
«Он стал его правой или даже скорее левой рукой. Левой, потому что Висконти, как впоследствии говорил Ротунно, был туговат на правое ухо, и поэтому правое ухо держал для тех людей, которые не очень важны для него. А вот самый важный человек был всегда слева». – добавил Плахов.
«У композиторов целых семь нот, а у операторов — всего три света: главный, заполняющий и задний», – жаловался Джузеппе Ротунно. Но именно живописно выставленный свет позволял ему передавать на экране цвета так, как редко кто умел, создавать настоящие цветовые симфонии. "Леопард" Висконти снимал в исторических интерьерах, не терпел фальши и бутафории.
«Ротунно впоследствии характеризовал эти дни. проведенные там, как монашеские бдения. Дело в том, что все это снималось ночью. Жарким летом. Это были самые жаркие дни сицилийского лета, все плавилось от жары. Плюс эти свечи, которые капали и их нужно было менять». – отметил Плахов..
Свет софитов бродвейской постановки Боба Фосси превращал повседневную жизнь в сцену из мюзикла. От него не могли укрыться ни эффектные триумфы, ни грандиозные провалы. Камера Джузеппе Ротунно удивительно точно фиксировала нерв каждого эпизода, точку напряжения каждого действия, в ежедневной суете зафиксировала драму ухода.