Один Вадим

Выпуск 03 июля 2016 года
Радиопрограмма
Россия
Развлекательные

3 сезона, 1041 выпуск по 36 мин

Радио Маяк

В.ТИХОМИРОВ:  В нашей студии появился полиглот Дмитрий Петров. Здравствуйте, Дмитрий. Д.ПЕТРОВ:  Добрый день. В.ТИХОМИРОВ:  В студии Дмитрий Петров, человек, который знает про иностранные языки практически все, который знает все, мне кажется, языки. Дмитрий, сколько сейчас уже, на каком количестве языков вы остановились? Ну, по крайней мере, как раньше писали, владею языком с переводчиком. Д.ПЕТРОВ:  В этом смысле, если есть уверенность, что никто сегодня не проверит, то перевалило на вторую сотню. В.ТИХОМИРОВ:  Ого, друзья, вы представляете, да? Но самое интересное не в этом. Дело в том, что совсем недавно вдруг мы с Дмитрием, по крайней мере, Дмитрий меня на эту мысль натолкнул, удивительно, как интересно изучать судьбу Европы, судьбу мира, изучая языки. При этом изучая их не только как бы алфавит, буквы, слова, спряжения, а изучая историю языка. Ну, мы изучали таким образом английский язык, изучали совсем недавно испанский язык, а теперь мы переходим к самому, мне кажется, необычному языку, потому что, ну, немецкий язык это такая достаточно… Я не очень люблю этот язык, честно вам признаюсь. Мне кажется, что он какой-то очень лающий, что очень трудно его понять и очень трудно полюбить его. Хотя ведь все лучшие оперы немецкие поются на немецком языке. Д.ПЕТРОВ:  Наверное, он просто к вам пока повернулся не той стороной. В.ТИХОМИРОВ:  Да, не той стороной. И все-таки, скажите, откуда появился немецкий язык? Тем более, если учесть, что как говорили немцы, они пришли к нам оттуда, из нибелунгов, из Индии. Д.ПЕТРОВ:  Да, действительно, пришли они издалека. Вообще надо сказать, что народы, которые сейчас населяют Европу, все они, в общем-то, вновь прибывшие, все они понаехавшие. До прихода народов, которые говорят на сегодняшний день на германских, романских и славянских языках, там жили совершенно другие люди. И из индоевропейских народов, то есть из родственных нам, первыми пришли кельты, и даже такие названия, которые сохранились в географии в сегодняшней Европе, например, Галиция, это, в принципе, остатки вот этих топонимов, связанных с галлами, с кельтами. В.ТИХОМИРОВ:  А откуда они пришли, кельты и галлы? Д.ПЕТРОВ:  Ну, все вот это сообщество, как считается… В.ТИХОМИРОВ:  Вся эта компания. Д.ПЕТРОВ:  Да, как считается, образовалась где-то в районе от Украины до Урала, вот те народы, которые называются индоевропейскими. После чего часть из них двинулась в сторону Европы, часть осталась на месте, а часть пошла на Индию, на Иран и так далее. В.ТИХОМИРОВ:  Подождите, так это получается, обратный путь? Я-то думал, что из Индии пришли как раз вот эти все арии? Д.ПЕТРОВ:  Все они, скорее, шли примерно из одной точки, распространялись, как круги по воде, до тех пор, пока заняли, заполонили такое достаточно серьезное пространство на планете. В.ТИХОМИРОВ:  А где этот эпицентр взрыва? Д.ПЕТРОВ:  Эпицентр это от Украины до Урала. В.ТИХОМИРОВ:  А, то есть вот это как раз, наша такая альма-матер. Д.ПЕТРОВ:  Да, это прародина индоевропейцев, и там долгое время оставались скифы, которые как раз такие были в арьергарде всего этого движения. А немцы, точнее, германцы, точнее, целая группа германских народов в момент движения, продвижения в сторону Европы вообще не сильно-то отличались от тех, кто впоследствии стали славянами и так далее. То есть вот это деление на группы языков славянских, германских, романских, оно произошло уже относительно не так давно, учитывая историческую перспективу. И первые места расселения именно германских народов, это был юг Скандинавии. В.ТИХОМИРОВ:  Даже так. То есть получается, что мы где-то все близкие родственники, по большому счету? Д.ПЕТРОВ:  Близкие, дальние, двоюродные, но, в принципе, все братья, да. В.ТИХОМИРОВ:  Хорошо, итак, эти галлы дошли до южных берегов Балтийского моря или вы сказали до северо-западных берегов Балтийского моря, а как они потом вернулись обратно уже в Германию? Им что, не понравилось, стало холодно? Д.ПЕТРОВ:  Они, собственно, из Южной Скандинавии, то есть из тех мест, где сейчас южная часть Норвегии, Швеции, Дании, они постепенно стали заселять территорию, которая сейчас, это стала Северная Германия, Нидерландами, постепенно продвигаясь на юг, постепенно, во-первых, захватывая, и это уже произошло ближе к началу нашей эры, территории, которые были подвластны Римской империи, параллельно толкались локтями со славянскими племенами, которые тоже продвигались в том же направлении, но оставались более к юго-востоку от основного ареала расселения германских племен.  В.ТИХОМИРОВ:  И все-таки я не могу понять, то есть получается, что германские племена, ну, те, которые потом обосновались в Германии, то есть совершили такую загогулину, крюк по северному, скажем так, берегу Балтийского моря. То есть через Финляндию и так далее. Д.ПЕТРОВ:  Да, скорее, так. И, более того, и в последующие века, когда большая часть германских народов уже осела на территории нынешней Европы, континентальной Европы, значительная часть оставшихся в Скандинавии продолжала бороздить моря, это те, кого мы называем викинги. И, в принципе, они наводили шороху по всей Европе, они захватывали территории и в Средиземном море, и доходили, как говорят, даже до Северной Америки. В.ТИХОМИРОВ:  Скажите, ну, а когда  этот немецкий язык стал государственным языком, когда он приобрел, скажем так, по крайней мере, более-менее похожие очертания, на котором сейчас говорит, например, Восточная и Западная Германия? Д.ПЕТРОВ:  Тут дело в том, что в отличие от основной массы языков, например, английского, французского, русского, все эти языки образовывались, когда было единое государство, и все это были языки столицы. Каждая из этих стран – Лондон,  Париж, Москва это были достаточно мощные такие и политические, и экономические, и культурные центры, вокруг них все вращалось, и все умы стекались туда. В Германии этого не было. Германия это полицентричная цивилизация, и немецкий язык это язык с целым рядом центров. В Германии никогда не было столицы.  В.ТИХОМИРОВ:  Ну, да, у них до сих пор, в общем, то Берлин, то Бонн. Д.ПЕТРОВ:  В общем-то, нынешняя столица Германии, она стала столицей только лет 25 назад. Германия, как государство, сформировалась только в конце XIX века. В.ТИХОМИРОВ:  То есть, вы что, а до этого что было? Д.ПЕТРОВ:  Германия, Германия. А до этого было много, чего, было несколько десятков отдельных государств, из которых были некоторые побольше, некоторые помельче. Ну, самыми крупными были Бавария, Пруссия, Саксония, но был ряд практически городов-государств и у каждого был свой суверенитет, свой монарх, и соответственно не было единого центра, в котором формировался немецкий язык, германский язык. Более того, именно поэтому в отличие от большинства других народов немцев все окружающие народы называют совершенно по-разному. В.ТИХОМИРОВ:  Ну, да, ведь мы их называем немцы, на самом деле, они кто у нас, алеманцы или кто? Д.ПЕТРОВ:  Да, славяне их называют немцами, французы и испанцы их называют «алеманц», итальянцы их называются «тедеску», кто-то их называет германцами, кто-то их называет, на еврейском языке немцы это «ашкенази». В.ТИХОМИРОВ:  Да, удивительным образом. Д.ПЕТРОВ:  Так что набор очень такой, разброс очень серьезный. И, собственно, поэтому язык этот сформировался, продолжал формироваться гораздо дольше, чем, допустим, французский, о котором мы говорили ранее, когда там кардинал Ришелье, Французская  Академия, там все было очень централизовано. В Германии этого не могло быть. В то время как во Франции уже была Французская Академия, которая строго следила за нормой французского языка, в Германии вот первым таким общегерманским автором, который что-то создал на немецком языке, был Лютер, который перевел сначала Новый Завет, потом Старый Завет, то есть, по сути, Библию. Это произошло в начале XVI века. В.ТИХОМИРОВ:   Слушайте, а как же без государственности они сохранили язык, вот меня что удивляет больше всего? Ну, это просто такой парадокс получается. Д.ПЕТРОВ:  Ну, прямо скажем, народ или вот эти близко родственные народы достаточно энергичны, прямо скажем. В.ТИХОМИРОВ:  Да, они были вот такие активные пользователи. Д.ПЕТРОВ:  Да, и интересно, что даже на территории Франции,  Франция, собственно, по названию германского племени франков, то есть там, где Германия, там были восточные франки, а там, где Франция, там были западные франки, но это были родственники. И великий французский король Карл Великий, он, в общем-то, говорил на германском языке. Это был его родной язык. Вот такие чудеса. И потом как-то мы, беседуя о французском языке, вспоминали такую ситуацию, когда три его внука в 843 году поделили вот эту огромную империю, которую дедушка создал, которая занимала и нынешнюю Францию, и Германию, и Италию, три внука собрались и решили не воевать, а миром разделить это на три части. Звали их Лотарь, Карл и Людовик. Вот Людовику досталось то, что впоследствии стало основой германской территории, Карлу основная часть нынешней Франции, а Лотарь это Лотарингия и Северная Италия.  В.ТИХОМИРОВ:  И все-таки мы говорили неоднократно о том, почему один язык поглощает другой язык, почему один язык выживает, а второй умирает. И все-таки мне не очень понятно  сохранение немецкого языка. И, самое главное, почему он не стал тогда законодателем всей моды, почему вся Европа не говорила на немецком языке, хотя вот, видите, оказывается,  Франция уже говорила. Ведь немцы дошли до Рима, правильно я понимаю? Это же они? Д.ПЕТРОВ:  Они не только дошли, они его завоевали и прошли, и пошли дальше вплоть до Испании и Северной Африки. Потому что даже нынешняя провинция Испании Андалузия содержит в себе название германского племени вандалов. Они были просто вандалы, а потом это превратилось в романтическое название Андалузия. В.ТИХОМИРОВ:  Я думаю, как всякие нормальные люди, возвращаясь от берегов Балтийского моря к теплым берегам Средиземного, я бы там так и остался и начал как бы строить новое государство. Д.ПЕТРОВ:  Многие так и остались, но те, которые остались у теплых морей, они восприняли латинский язык и постепенно стали превращаться, смешиваясь с местным населением, во французов, итальянцев и испанцев. А те края, где германские племена остались в большинстве и особо ни с кем не смешивались, вот это стало ядром будущих германских земель. Это называлось германские земли. И, собственно, самое название немцев «deutsch» происходит от слова «люди, народ». То есть окрестные говорят непонятно, как,  а мы говорим на языке людей. «Дюйц» это было на древнегерманском языке «народ», то есть язык народа. А отщепенцы, которые пошли дальше, восприняли латынь, и они уже стали говорить на других языках. А вот те, кто сохранил свой народный язык, они, по сути, и стали теми, кого впоследствии стали называть немцами. В.ТИХОМИРОВ:  Ну, да, немецкий язык. И еще вы неоднократно говорили о так называемых гибридных языках, как, например, на Мальте. А немецкий язык дал, скажем так, какое-то потомство гибридное? Д.ПЕТРОВ:  Ну, надо сказать, что на сегодняшний день немецкий язык официальный язык в ряде стран. Кстати, мы иногда иллюстрируем наши беседы цифрами, вот сейчас немецкий язык родной примерно для 100 миллионов людей. В.ТИХОМИРОВ:  Так мало? Д.ПЕТРОВ:  Знают его порядка 170 миллионов. В.ТИХОМИРОВ:  Это небольшая цифра. Д.ПЕТРОВ:  Небольшая цифра, и, в основном, это все Центральная Европа. Но у него большие перспективы. Вот сейчас, когда Англия вышла из Евросоюза, немцы подняли вопрос, а зачем тогда, по какому праву английский язык официальный язык Евросоюза, если на нем никто не разговаривает? Вернее, разговаривают-то все, но он ни в одной стране из оставшихся не является основным. В.ТИХОМИРОВ:  И государственным, да. Д.ПЕТРОВ:  Да. Поэтому, собственно, я уже читал некоторые материалы, что немцы будут поднимать в ближайшее время вопрос. В.ТИХОМИРОВ:  И продвигать свой язык. Д.ПЕТРОВ:  Официальным языком Евросоюза должен стать немецкий. Потому что это государственный язык не только Германии, но и Австрии, Люксембурга, Лихтенштейна, Швейцарии. В.ТИХОМИРОВ:  Слушайте, а голландский язык это совершенно другая ветвь? Д.ПЕТРОВ:  Да, это близкий. На самом деле, в период такой полной раздробленности на территории Германии, когда была масса королевств и княжеств, более-менее продвинутые государства, города-государства располагались по берегу Балтийского моря, это был такой Ганзейский союз. Ганза, то есть торговый союз, такой прообраз Евросоюза образца XIII века. Так вот в те времена общепонятным языком был как раз голландский. Потому что северо-немецкие диалекты, они не очень-то отличались от языка Нидерландов, то есть это все было такое сообщество близких диалектов. В.ТИХОМИРОВ:  Слушайте, а насколько комфортен немецкий язык? Вот мы говорили, почему английский язык завоевал весь мир, потому что он комфортен, потому что он универсален, потому что он развивается, потому что он упрощается. Немецкий язык, мне кажется, пошел по совершенно другому пути. Д.ПЕТРОВ:  Ну, в каком-то смысле немецкий язык это дедушка английского, и вот внучок такой оказался шустрый, готовый к каким-то инновациям, стал отказываться от всего, что ему казалось лишним. А немецкий язык, традиционный немецкий язык сохранил в себе многое того, от чего английский язык отказался, в том числе, систему спряжения, склонения. Скажем, в английском языке нет ни одного падежа, нет понятия рода, артикль один на всех. В немецком языке есть 4 падежа, три рода, так же, как в русском языке, мужской, женский и средний, то есть система осталась достаточно архаичной, ну, относительно английского языка. Но традиция, мы же говорили тоже не раз, что язык связан с менталитетом. Ну, вот это как раз тот случай, когда вот эта традиционность сохранения языка, она во многом проявляется, ну, как мне кажется, скажем, в отношении немцев к организации окружающего мира, и своего жилья, и процессов производства, вот эта доскональность. В.ТИХОМИРОВ:  Перфекционизм. Д.ПЕТРОВ:  Ну, может быть, так. В.ТИХОМИРОВ:  И еще, мы, конечно, сейчас вернемся обратно к истории немецкого языка, и все-таки возвращаясь к взаимоотношениям немецкого языка и других языков. Скажите, а немецкий язык как-то повлиял на наш русский язык, славянский? Д.ПЕТРОВ:  Конечно. Немецкий язык начал, ну, скажем, отдельные германские корни попадали в славянские языки еще до нового времени, еще на заре средних веков. Ну, например, слово князь, княгиня это родственное немецкому «könig», король. То есть еще в те времена, еще VI, VII, VIII века. В более новое время, во-первых, когда немцы стали попадать в массовом порядке на службу, на Русь, затем мощный импульс придал Петр Великий, который и сам ездил, и отправлял боярских детей на учебу в Германию, и, естественно, все эти науки, вся терминология, в первую очередь, шли. Это французский стал потом модным среди аристократии, но первый заход это был как раз немецкий и голландский языки. В.ТИХОМИРОВ:  И что нам досталось от немецкого языка? Д.ПЕТРОВ:  Колоссальное воздействие во всем, что связано с технологиями, ну, в общем-то, и с бытовой жизнью. И немцы не только делились своими словами, мы знаем, что самая массовая миграция в Россию была именно немецкая. В течение всего XVIII века это миллионы людей. В.ТИХОМИРОВ:  Это же Поволжье, правильно я понимаю, в первую очередь? Д.ПЕТРОВ:  Да. Поволжье, Крым, Кубань, очень во многих местах были немецкие колонии. В.ТИХОМИРОВ:  И они говорили там по-немецки? Д.ПЕТРОВ:  Они говорили по-немецки вплоть до нынешнего времени, даже сейчас на территории России есть два, ну, таких полуавтономных округа, один на территории Алтайского края, другой в Омской области, где немецкий язык присутствует, как образование культуры. В.ТИХОМИРОВ:  Я был в свое время в Камышине, это Волгоградская область, такая негласная столица была немецкой республики. Да, и ведь их было огромное, их же миллионы было. То есть получается, что немецкий язык, по большому счету, это, как говорится, и наш язык, в том числе. Дмитрий, я знаю, что вы несколько дней, как вернулись из Киева, да? Ну, простите, это не военная тайна, нет, ничего страшного? Д.ПЕТРОВ:  Нет. В.ТИХОМИРОВ:  Скажите, а в Киеве, как, на каком языке говорят? На мови или? Д.ПЕТРОВ:  Да кто, на каком захочет. В.ТИХОМИРОВ:  Ну, я так понимаю, что русский язык все-таки еще находится. Д.ПЕТРОВ:  Да, звучит, звучит.  В.ТИХОМИРОВ:  Активно звучит? Д.ПЕТРОВ:  Вполне.  В.ТИХОМИРОВ:  Понятно. Ну, то есть, мало ли, что, вдруг, я надеюсь, что рано или поздно наши отношения восстановятся, надо ли будет изучать украинский язык. Д.ПЕТРОВ:  Украинский по любому надо будет изучать, потому что мы скоро исчерпаем для нашей программы все остальные. В.ТИХОМИРОВ:  А, и перейдем к истории украинского языка. Кстати, это, мне кажется, тоже очень интересная история. Д.ПЕТРОВ:  Конечно. В.ТИХОМИРОВ:  Как и польского языка, как и чешского. Но мы вернемся к немецкому языку. Вы знаете, из Новгородской области пришел крайне любопытный вопрос, и, кстати, в какой-то момент, я ведь долго не слышал языка идиш, и вдруг, когда я услышал первый раз вот так, я летел в одну страну и полсамолета были эти хасиды, и они говорили, конечно, на своем языке. Я долго прислушивался к этому языку, к его фонетике и удивился, и вот вам Сергей пишет: «А почему немецкий язык и идиш так схожи?» Я почему-то был, у меня тоже возникло такое ощущение, что где-то я прямо слышу немецкие нотки в этом языке. Или это..? Д.ПЕТРОВ:  Нет, совершенно верно, просто идиш действительно формировался на немецкой основе. Основная масса еврейского населения в средние века проживала как раз в германских государствах, там было гораздо более комфортно, чем, например, во Франции, в Польше или в других местах, где инквизиция не давала им покоя. А вот в германских землях они жили достаточно комфортно, и там как раз формировался средневековый вот этот язык идиш, который был создан на немецкой основе со значительным вкраплением слов из иврита из древнееврейского, и из славянских языков. Потому что этот язык впоследствии был очень распространен как раз на территории Украины, Белоруссии. Мы знаем, что Одесса была одним из центров идишеязычной культуры. Поэтому, по сути, это один из группы вот этих близкородственных германских языков. То есть идиш относится к германским языкам. Хотя это язык евреев, но, тем не менее, это язык германской группы. В.ТИХОМИРОВ:  Как неожиданно, надо же. Прародитель многих языков получается немецкий язык. Но вернемся к немецкому. Вот эта история, что одно слово может вмещать в себя несколько слов, откуда у них это повелось? По-моему, ни один язык мира не может вместить, например, в одном слове, как минимум, три слова, и это все надо выговорить еще.  Д.ПЕТРОВ:  Да, то есть немцы пошли по такому пути. Стараясь экономить на предлогах, на артиклях, они предпочитают соединять несколько корней подряд. Количество этих корней может доходить до 10, даже до 12. В.ТИХОМИРОВ:  Это что за слово получается? Д.ПЕТРОВ:  Ну, то есть представим себе, допустим, такую ситуацию – отдел зачистки по борьбе чего-то при чем-то том-то, и так далее. По-немецки это все будет одно слово, потому что экономия будет достигнута за счет избавления от предлогов и за счет избавления от падежных окончаний. В.ТИХОМИРОВ:  Молодцы, экономные ребята. Д.ПЕТРОВ:  Причем интересно, что это явление появилось достаточно давно. Ну, мы тоже не раз говорили, что менталитет и язык связаны, национальный менталитет. Вот до Лютера фактически все, что мы знаем о немецком языке, о старом немецком языке, это языки песен. Вот были такие бродячие музыканты, трубадуры, миннезингеры еще их называли. И, по сути, так как государства были мелкие, а рынок для музыкальной продукции был достаточно ограничен, если ты ограничивался одним княжеством, поэтому… В.ТИХОМИРОВ:  Извините, Дмитрий, я вас перебью, просто вокруг нас музыканты, которые настраивают инструменты, это звучит очень аллегорично. Д.ПЕТРОВ:  Ну, может быть, будет интересно узнать, что благодаря этим музыкантам был создан народный немецкий язык. Потому что они переходили из Лейпцига в Ганновер, из Ганновера в Берлин, везде говорят по-разному, а им надо было петь так, чтобы понимали все. Потому что, если они придут, а их никто не понимает. В.ТИХОМИРОВ:  Слушайте, действительно народный язык получается. Д.ПЕТРОВ:  То есть, по сути, за счет этого огромного количества этих миннезингеров, певцов народных, бродячих певцов был создан германский язык. Потому что у них не было единой столицы, у них не было единого государства, не было двора. В.ТИХОМИРОВ:  Ну, да, я не могу понять, как это, кто был носитель. Д.ПЕТРОВ:  То есть все остальные, как мы говорили, языки, они формировались при дворе верховного монарха. В Германии этого не было. В.ТИХОМИРОВ:  Одна самодеятельность. Д.ПЕТРОВ:  Да, на уровне буквально самодеятельности. В.ТИХОМИРОВ:  Народная самодеятельность. Липецкая область спрашивает: «Насколько я знаю, в X-XI веке порядок слов в немецком языке был свободным. Но позже глагол стал фиксированным. Почему, по вашему, именно так произошло все, и образовалась такая рамочная конструкция?» Д.ПЕТРОВ:  Надо сказать, что вообще древние старые языки характеризуются тем, что порядок был свободным практически везде, и в латыни. Мы знаем, что сейчас очень строгий порядок практически во всех романских языках, во французском особенно. В латыни он был свободный. В славянских языках относительно свободный порядок, но в древнерусском, церковнославянском он очень свободный. В.ТИХОМИРОВ:  Мы были распущены, я так и понял. Д.ПЕТРОВ:  То есть, по сути, формирование литературного языка, формирование официального, канцелярского, в том числе, юридического языка приводило к созданию вот таких норм, которые, как косвенное такое явление, породило фиксацию порядка слов в предложении. В.ТИХОМИРОВ:  Смотрите, еще, ну, не поправляют, а дополняют: «В горном деле почти все термины из немецкого языка». Ну, скорее всего, так действительно, но мы не шахтеры. Но, как говорится, кто знает, может быть, впереди у нас все еще. Вернемся к немецкому языку. Еще, прежде чем мы продолжим историю, закрепление немецкого языка на немецкой территории я сейчас говорю, я долгое время думал, что Пруссия это та же самая Германия, а, оказывается, видите, и Пруссия, и Бавария, и Австрия. А ведь Австрия это тоже не Германия. Д.ПЕТРОВ: Австрия это не Германия, но это то, что в средние века называлось германскими землями. То есть вот этот конгломерат государств, княжеств, герцогств и королевств, которых одна из форм немецкого языка была разговорной. В.ТИХОМИРОВ:  Я просто не очень могу понять, я понимаю, что это не к вам относится, а как же так произошло, что ведь Австрия, это была не Германия и, прости господи, вспомнили не к месту Гитлера, был австриец, а потом это вдруг стало частью Германии. И как они, почему разъединились, хотя говорили на одном языке, на чистом немецком языке? Д.ПЕТРОВ:  Нет, просто, когда пошел процесс воссоединения вот этих германских земель, то часть из них сформировалась вокруг Пруссии, и это стало Германской империей. Параллельно с этим вокруг империи королевского дома Габсбургов формировалась Австро-Венгерская империя. То есть Австрия, Вена, венская вот эта монархия  это была центром не только немецких земель, туда входили и Венгрия, и Чехия, и Словакия. В.ТИХОМИРОВ:  И вот здесь у меня тоже возникает вопрос. Если была, ну, Австро-Венгрия, мы говорим, но ведь венгерский язык остался. Как они умудрились тогда еще в XIX веке сохранить свой приоритет немецкого и венгерского языка? Д.ПЕТРОВ:  У венгров был особый статус в Австро-Венгерской империи. Это считался один из двух государствообразующих народов. Там было очень много славянских народов, которые не обладали таким. Даже, скажем, в Чехии практически городское население было немецкоязычное. В Богемии, Богемия это считалось одним из немецкоязычных государств, и, конечно, чешский язык был возрожден только вот, уже полноценный язык в период независимости. В.ТИХОМИРОВ:  То есть это практически после Великой Отечественной войны? Д.ПЕТРОВ:  Нет, после Первой мировой войны. И еще надо сказать, что, скажем, опять мы в каждом языке пытаемся найти, что у них «их все», кто был Пушкин для немецкого языка. Там, пожалуй, была такая череда. Вот первый из таких авторов какого-то мощного такого фундаментального произведения это был Лютер, который занимался исключительно переводами Библии, ну, помимо каких-то писем. В.ТИХОМИРОВ:  Ну, да, надо же было как-то варваров привести к общему знаменателю. Д.ПЕТРОВ:  Да. Затем, естественно, такой из мощных фигур это Гете, а в плане стандартизации, вот изучение немецкого языка, как структуры, это братья Гримм. Братья Гримм не только писали сказки, они занимались стандартизацией немецкого языка, они занимались словарной работой. В.ТИХОМИРОВ:  Дмитрий, ну, к сожалению, о братьях Гримм мы уже поговорим в следующий раз. Единственное, напоследок маленький вопрос от нашей слушательницы: «Скажите, пожалуйста,  а русский язык оказал какое-то влияние на немецкий?» Д.ПЕТРОВ:  Русский язык оказал влияние практически на вех, но надо сказать, что вот эта связь германских, взаимообмен германских и славянских, между германскими и славянскими языками происходил с незапамятных времен. Ну, может быть, об этом у нас еще будет время поговорить. В.ТИХОМИРОВ:  Друзья, напомню, в студии был полиглот Дмитрий Петров. 

Персоны
Выпуски
2017
2016
2015
2017
2017
Подкастыотавторов
Литвин
9 выпусков
Литвин
Толковый словарь
52 выпуска
Толковый словарь
Ассамблея автомобилистов
2329 выпусков
Ассамблея автомобилистов
Семидесятники
48 выпусков
Семидесятники
Гостелерадио
107 выпусков
Гостелерадио