Евразийский союз сможет стать одним из главных проектов на постсоветском пространстве в ближайшие годы. Эксперты обсуждают перспективы очередной волны интеграции. Идея создания Союза уже вызвала опасения на Западе, многие предупреждают о возможном противодействии, но не советуют отказываться от объединения. Об этом Максим Шевченко беседовал с генеральным директором Фонда эффективной политики Кириллом Танаевым и заведующим кафедрой общей политологии НИУ "Высшей школы экономики" Леонидом Поляковым в студии радио "Вести ФМ".  Шевченко: Здравствуйте. В эфире "Вести ФМ" программа "Стратегия" и я, Максим Шевченко. И давайте поговорим о важнейшей теме, которая связана с событием, случившемся вчера в Москве. В Кремле была подписана декларация о евразийской экономической интеграции и договор о евразийской экономической комиссии, который дает основу для создания в будущем Евразийского экономического союза России, Белоруссии и Казахстана. Здесь информационные агентства ставят точку, но мы на самом деле ставим многоточие, потому что мы помним, как, по-моему, в октябре премьер-министр России Владимир Путин написал свою статью о евразийской экономической интеграции, где он упоминал, по-моему, и Киргизию, и Таджикистан. Сегодня у нас в гостях люди, которые прекрасно разбираются в этой теме и помогут нам оценить плюсы и минусы от евразийской экономической интеграции и евразийской экономической комиссии, и евразийского экономического союза, и так далее. У нас сегодня в гостях Кирилл Валерьевич Танаев - генеральный директор Фонда эффективной политики, и Леонид Владимирович Поляков - заведующий кафедрой общей политологии НИУ "Высшей школы экономики". Что такое НИУ, Леонид Владимирович, я не могу сказать. Поляков: Национальный исследовательский университет, один из немногих в России. Шевченко: А, понятно. В общем, вот этого самого НИУ заведующий кафедрой общей политологии. Кирилл Валерьевич, я знаю, что вы, просто я это точно знаю, не понаслышке, а своими глазами, своими ногами проехали тысячами километров будущего евразийского союза. Вы прекрасно знаете Казахстан, и практически не было точки на территории Казахстана, в которой вы не побывали бы. Вы знаете Белоруссию, знаете Россию, знаете Украину. Может, даже Россию вы знаете чуть хуже, в ней же меньше бывали в последние годы, чем в Казахстане, в Белоруссии. Танаев: Точно-точно, так и есть. Шевченко: Украину пока держим за скобками. И поэтому первый вопрос к вам. Вот вы лично верите в возможность и эффективность создания Евразийского экономического союза? Танаев: Тут, мне кажется, вообще нельзя говорить: верю - не верю. Собственно говоря, это такой процесс, который является, по-моему, объективной реальностью. Шевченко: А зачем он? Танаев: А дело заключается в том, что в одиночку вообще-то тяжеловато. Мы имеем на западе Евросоюз, который несмотря на все свои проблемы, сложности и расплывчатость перспектив, тем не менее, когда надо, собирается и выступает как такое единое целое, которое добивается определенных результатов. На востоке, хоть и лидеры не любят об этом говорить, но тем не менее есть Китай, который, в общем-то, не проявляет, допустим, какой-то такой открытой агрессии, но который экономически более чем активен и который рассматривает, скажем, наше пространство как такой для себя важный источник ресурсов. Шевченко: Сразу давайте поставим эту рамку смысловую. Китай, на ваш взгляд, это дружественная, лояльная по отношению к проекту Евразийского экономического союза держава? Сверхдержава, скажем, уже будем называть вещи своими именами, вторая экономика мира. Танаев: Вообще Китай лоялен только по отношению к самому себе, а все остальные для Китая являются конкурентами в той или иной форме, и так далее. Шевченко: То есть мы создаем союз, который является конкурентом Китаю? Танаев: Он не является конкурентом, он будет пытаться... Шевченко: Или это будет более сильный, более надежный партнер в диалоге с Китаем? Танаев: Вот да, я склонен полагать, что мы хотели бы быть партнерами. Другое дело - хочет ли этого Китай. Шевченко: Леонид Владимирович, на ваш взгляд, зачем нужен Евразийский экономический союз? И как вы оцениваете это событие? Поляков: Я оцениваю это событие как поворотное. Шевченко: От чего к чему? Поляков: Дело в том, что, мне кажется, что постсоветское пространство, которое проживает сейчас последние, так сказать, дни своего 20-летия, это (буквально по библейской мудрости) время, когда камни разбрасывались, в общем, центробежные тенденции преобладали. А когда распался Союз, то же, что случилось с Вселенной (первоначальный большой взрыв), случилось и с СССР. Мы, так сказать, разлетелись в разные стороны, стремились оказаться как можно дальше друг от друга. И вот, мне кажется, в этом году мы проходим точку поворотную, когда приходит время, что называется, собирать камни.