О творческом наследии Анатолии Эфроса культурный обозреватель Григорий Заславский беседовал со старшим научным сотрудником архивно-рукописного отдела Театрального музея имени Бахрушина Марией Черновой в программе "Служебный вход" на радио "Вести ФМ". Заславский: В студии Григорий Заславский, добрый день. И нынешняя программа "Служебный вход", она посвящена Анатолию Эфросу, великому советскому режиссеру. И я рад представить в студии "Вестей ФМ" старшего научного сотрудника архивно-рукописного отдела Театрального музея имени Бахрушина. Это Мария Чернова. Здравствуйте. Чернова: Здравствуйте. Заславский: Я вам честно скажу, что есть спектакли, которые я себе хорошо представляю, а есть спектакли, которые я себе плохо представляю. Но так получилось, так жизнь сложилась, что я по возрасту мог бы какие-то спектакли видеть великие Анатолия Васильевича Эфроса, но я про них только читаю. И в связи с этим я вспоминаю тут же одну замечательную мысль, высказанную в одной из книг Марком Анатольевичем Захаровым, который написал, что у него есть любимые спектакли. И самый его любимый спектакль (он его не видел) - это "Дни Турбиных". Да, вот знаменитый, легендарный спектакль Московского художественного театра. И он его не видел, но он так много о нем прочитал, что представляет себе каждую минуту этого спектакля, и поэтому он берет на себя смелость назвать его одним из любимых или даже самым любимым из всех, которые он видел и которых он не видел. И точно так же я прекрасно понимаю, что, наверное, какие-то спектакли Эфроса, о которых я читал только, о которых я слышал, я могу, наверное, назвать среди своих любимых. Но мне, естественно, интересно поговорить и с теми, кто их видел, разумеется, и с теми, кто уже, как вы, как ученый, как архивист, кто выстраивает и пытается реконструировать вот эту вот театральную реальность из того, что, казалось бы, никак не способствует тому, чтобы проявилось вот то самое живое, из чего состоит театр, и что оказывается таким мимолетным, мгновенным - вот оно есть и уже его нету. И вы были одним из кураторов выставки эфросовской, которая была несколько лет тому назад. Чернова: В прошлом году. Заславский: Да, и посвященная его 90-летнему, да, прошлогоднему. И вот расскажите, пожалуйста, как вы ее делали, и что для вас было важно как для человека, который не видел, но которому, наверное, и самому (самой в данном случае) интересно понять, вообще что это был за театр. Потому что из того, что я знаю об Эфросе, что его спектакли, они, что называется, ломались и переставали вот это вот свое волшебство репродуцировать довольно быстро. Вот он был из тех режиссеров, все искусство которых действительно вот этой самой мимолетностью и скоротечностью отличалось. Чернова: Наверное, да. Ну, во всяком случае так говорят свидетели, что действительно спектакли очень быстро что-то теряли и, в общем, репертуаре особенно долго не задерживались, ну за редким исключением. Заславский: Про выставку... Чернова: Да, а что касается выставки, на самом деле так получилось, что все те, кто ее делал, действительно мы не видели спектаклей. Заславский: Все? Чернова: Ну вот я не видела, и художники, которые ее делали, ученики Дмитрия Крымова, они спектакли, естественно, тоже не видели. Заславский: Ну да. Чернова: Дмитрий Анатольевич... Заславский: Он видел. Чернова: Да, он видел, ну естественно. Заславский: И даже участвовал как художник в некоторых. Чернова: Он видел, но он целенаправленно отошел от работы над выставкой. Вот он позволил нам, собственно ученикам своим и мне, сделать то, что мы хотели, то, как мы это себе представляли. Полностью слушайте в аудиоверсии.