Детали, исторические документы битвы за Москву. Светенко: Добрый день, у микрофона Андрей Светенко. Очередной выпуск программы "Вопросы истории". У нас сквозная тема, мы обсуждаем события 41-го года, 75-летие начала Великой Отечественной войны. А вот в октябре 41-го года, конечно же, первейшее и главнейшее событие - это битва за Москву. И об этом мы поговорим, не торопясь, не спеша, так сказать, по возможности в деталях обсуждая то, как развивалась эта битва. И, естественно, для начала речь идет об оборонительной ее фазе. Рядом со мной мой коллега - историк, журналист Армен Гаспарян. Добрый день. Гаспарян: Приветствую. Светенко: Член Центрального совета Военно-исторического общества. И вот получается так, что, значит, мы последний-то раз про 41-й год говорили, как бы отталкиваясь от событий в Киеве. И, в общем-то, ну где Киев, а где Москва - расстояние все-таки значительное и существенное. А смотри как получилось, значит, вот этот вот подлец Гудериан, который... Гаспарян: Наглец, наглец. Еременко его так назвал. Светенко: Наглец-подлец... Ну, хорошо, детали, во всем важны детали, значит. Вот Константин Симонов в своих записках очень подробно описывает, почему и как это все было названо генералом Еременко, которого Константин Симонов спросил лично, почему вы вот именно этого генерала выделяете и называете его еще таким образом. Он говорит: "А мне в разговоре по телефону Сталин так его назвал: "Когда же вы наконец остановите подлеца (или скорее в данном случае наглеца, конечно, получается) Гудериана?" Гаспарян: Ну там он наглец, потому что темп продвижения войск Гудериана внушал достаточно серьезные опасения у советского командования, и, в общем, совершенно справедливо. Светенко: Конечно. И что получается, если 19 сентября взят Киев, в окружении которого принимала участие 2-я танковая группа генерала Гудериана, потом она, значит, резко разворачивается на восток и уже 30 сентября принимает участие в начальной фазе наступления на Москву, 30 сентября. И (как тут форма глагольная) увенчивается (в кавычках) это наступление успехом достаточно быстрым, и получается, что... Гаспарян: Ну, притом, что это Пиррова победа, о чем собственно потом сам Гудериан, достаточно подробно в воспоминаниях-то и пишет, потому что это потерянное время, которого ему вот в результате и не хватило. Светенко: Да-да, потом это роковые, так сказать, решения, целый сборник воспоминаний, статей. Гаспарян: Там Блюмин... Светенко: Все, кому не лень. И те, кто всю жизнь провоевал там на Западном фронте, тоже свою лепту вложили, значит, эта пауза, она... Ну, что говорить? Вот это, с одной стороны, очевидные и бесспорные вещи. Вот как бы грянули морозы декабрьские, значит... Тоже, кстати, вопрос - там 30 или 40 градусов... Среднесуточная температура была минус 13,4 градуса. Это все равно много, это все равно невыносимо для нормального человека. Ну а, кроме того, ну что, только немцы от холода страдают? Как будто, значит,  для наших людей это все, так сказать, мороз - не проблема. Ну, не будем торопить события... Гаспарян: Ну вот в упомянутых тобой, кстати говоря, многочисленных воспоминаниях из серии там "Утраченные победы" немецкие битые генералы дали этому категорически простое и эффективное объяснение, что страдали только они. Почему? Потому что русский человек в этом климате родился... Светенко: Варвар неприхотлив... Гаспарян: Да, ему все это было знакомо с детства, поэтому он не является такой вот жертвой погодной стихии. Светенко: А вот еще одно, очень такое показательное, значит, наблюдение над той поверхностью восприятия, такой вот высокомерной, чисто вот арийской, так сказать, белого человека над всем остальным человечеством, с которым ему приходится иметь дело, для которого вот якобы и мороз не мороз, значит, им-то что... Хотя были вполне и такие комплиментарные высказывания о неприхотливости русского солдата, о стойкости уже с оттенком, так сказать, уважения, ну и, в общем-то, по факту проигранной войны. Полностью слушайте в аудиоверсии.