В  1930 году на экраны Германии вышла премьера первого немецкого звукового фильма – «Голубой ангел»,  Такое название получила киноверсия книги Генриха Манна «Учитель Гнус» . В столичный кинотеатр «Паллас» съехался, что называется, «весь Берлин», самая фешенебельная публика. ...В зале погас свет, замерцали в тумане портовые огни, здание гимназии выросло из тумана – и начался урок в классе, полном страха и ненависти. Гроза всей школы, учитель английского языка, узнаёт, что старшеклассники наведываются в артистическую уборную Лолы-Лолы, звезды заезжего варьете. Артисты выступают в маленькой гостинице «Голубой ангел». Учитель, старый холостяк, решает поймать там своих учеников и примерно их наказать, но сам не может устоять перед чарами тамошней дивы – иначе говоря, самой Марлен Дитрих. Песенка Лолы-Лолы зазвучала повсюду. В Париже открылось ночное кабаре «Голубой ангел». Книгу Генриха Манна – под тем же названием – «Голубой ангел» – издавали огромными тиражами на разных языках. Её новое рождение – в связи с международным успехом снятого по ней фильма – не радовало писателя. Впрочем, не только Генрих Манн был недоволен картиной...  Геббельс: Грязный фильм, поставленный по грязной книжонке жалкого писаки  Генриха Манна, – это ещё одно позорное пятно на знамени Германии.    На этот раз враги нашей родины предали поруганию её святая святых – немецкую школу и немецкого учителя, истинного победителя во всех наших войнах, немецкого учителя, воспитателя народа солдат – и героев!   10 мая 1933 года (музыкальное месиво с вкраплением мелодии нацистского гимна «Хорст Вессель»), вскоре после прихода Гитлера к власти, в Берлине, на площади Оперы по приказу столичного гаулейтера доктора Геббельса нацисты сложили костры из книг, признанных «не соответствующими немецкому духу». Геббельс: ...И пусть в этом очистительном пламени сгорит всяческая скверна, которой враги пытались подменить вечные ценности Великой Германии!  Студенты в коричневой форме бросали в огонь, в том числе, и пачки экземпляров «Учителя Гнуса» – «Голубого ангела». Молодые атлеты в ремнях и крагах, в повязках со свастиками на рукавах, были поразительно похожи на молодых мучителей из запрещённого фильма. И уже весельчаки из числа молодых эсэсовцев, охранников первых концлагерей, вчерашние школьники, издевались над беззащитными заключёнными так же, как и их экранные сверстники над жалким стариком в гостинице «Голубой ангел».                          Генрих Манн: Так вот какую школу зла я ненавидел всю жизнь!.. Так вот о чём я написал мою давнюю книгу!..