Свержение монархии в феврале казалось современникам самым важным событием революции. С годами его значимость отойдет в тень в сравнении с Октябрьской революцией, однако судьба царской семьи словно пронизывала все события до середины 1918 года. 9 ноября 1917 года (по старому стилю) бывший император Николай II, находившийся с семьей в ссылке в Тобольске, сделал очередную короткую запись в своем дневнике."Утром был урок с Алексеем. Днем перенесли дрова в сарайчик; вечером начал читать Виктора Гюго". Семья Романовых даже спустя две с лишним недели после Октябрьского переворота ничего не знала о событиях в столице. Николай Александрович мог о них только догадываться. Но те, кто имел возможность узнать об этих событиях, взяв в руки газеты, читали в тот день следующее: "Закрытие границы. Советским правительством отдано распоряжение комиссару железнодорожной станции Торнео о временном закрытии границы со Швецией. Без особых распоряжений Военно-революционного комитета никто пропущен быть не может". Это сразу почувствовали в столице: в старых госучреждениях начались акции саботажа.