Терроризм процветает в Татарстане с 90-х годов
Казанские экстремисты готовили теракты на мусульманский праздник. Спецслужбы установили, что ликвидированные боевики входили в одну из банд и были причастны к недавнему покушению на муфтия республики. По мнению экспертов, криминальные группировки рассчитывают захватить влияние в регионе, чтобы контролировать финансовые потоки, связанные с религиозной деятельностью. Именно поэтому их целями становятся духовные лидеры. Откуда появилась эта угроза, разбирался корреспондент радио "Вести ФМ" Николай Осипов.
Роберт Валеев и Руслан Кашапов – имена ликвидированных боевиков, которые, как теперь выясняется, входили в состав преступной группировки и готовили теракт на мусульманский праздник. Привязка преступлений к религиозным событиям уже становится криминальной традицией в регионе. Ранее было покушение на муфтия республики и убийство его заместителя – и все накануне Рамадана, очередную атаку планировали на Курбан-Байрам. Причем Валеев уже фигурировал в материалах спецслужб: он и еще ряд сообщников были объявлены в розыск. Оперативники вышли на экстремистов по следам прежних нападений, комментировал сотрудник Центра общественных связей ФСБ Василий Богомолов: "Валеев являлся непосредственным исполнителем убийства руководителя образовательного отдела Духовного управления мусульман республики Татарстан Якупова и подрыва машины председателя Духовного управления мусульман Файзова. Кашапов являлся активным соучастником совершенных преступлений. Террористы стремились посеять страх среди местного населения и заявить о себе как о новой сформировавшейся радикальной структуре, способной к совершению резонансных преступлений, направленных на дестабилизацию общественно-политической ситуации в республике".
После покушения на муфтия появилась версия, что бандиты добиваются смещения местного религиозного духовенства, чтобы распространить влияние радикальных течений и взять под контроль финансовые потоки, связанные с деятельностью мусульманских общин. Именно поэтому преступления всегда совпадают с крупными праздниками – национальными и религиозными.
Экстремисты и раньше заявляли о себе, но не столь открыто. К примеру, одно время казанские ваххабиты расклеивали по городу объявления с призывами не праздновать Новый год. Потом стали появляться слухи о создании тайного лагеря боевиков где-то в лесах Татарстана. Силовики не подтверждали, а, скорее, опровергали сведения о секретной подготовительной базе, но руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Раис Сулейманов утверждал и продолжает утверждать, что такие лагеря в Татарстане есть, иначе экстремистам негде было бы скрываться.
"Они вышли явно из леса. Эти люди зимовать там не собирались и перешли на городскую окраину – туда, где шли боевые действия, – это сверенная окраина. То есть закрепить стационарно военно-тренировочный лагерь в лесу они не решились, поэтому перебрались на городскую окраину", – уверяет Сулейманов.
Жители республики на интернет-форумах винят в засилье экстремизма соседние страны. По их словам, много ваххабитов приезжает из Казахстана. Один из пользователей пишет: "Уже давно лезут в каждую мечеть. Ульяновская область, был на Татарских похоронах, говорят, приходят в мечеть и начинают их учить: вы тут совсем неправильно живете и молитесь. Сейчас последние старики помрут и на смену им придут уже эти радикально настроенные упыри".
Они уже давно ведут борьбу за влияние в регионе, эту угрозу слишком долго не замечали, комментирует исламовед Роман Силантьев: "Терроризм там, конечно, не вчера начался, и в 90-е годы это было. И было медресе "Йолдыз" в Набережных челнах, где готовились террористы. После этого выходцы из Татарстана ездили воевать и в Афганистан, и в Пакистан, и на Северный Кавказ их возили, просто эта болезнь развивалась. Власти неадекватно на нее реагировали, просто не рисковали связываться с этой проблемой, чтобы такой островок стабильности в межрелигиозном мире не разрушить. Но если болезнь не лечить, то случится то, что там произошло, то есть там есть полноценное вооруженное террористическое подполье. Начались бои, штурмы квартир, убийства духовных лидеров, в общем – как все и в Дагестане начиналось".
Региональные власти многое упустили в этой ситуации, пока охотились на обычные ОПГ, оставшиеся после 90-х, и сажали криминальных авторитетов. На смену пришли банды нового поколения. Это уже не известная казанская группировка, не гроза 70-х – банда "Тяп-ляп" или "Жилка", это совсем другое, рассуждает президент фонда "Антимафия", бывший старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре России Евгений Мысловский: "Криминальные банды были ориентированы исключительно на добывание денег и других ценностей. Террор использовался исключительно как фактор устрашения и ликвидация соперника, который может этому помешать, а в данном случае террор носит идеологический характер: люди уничтожаются, люди зомбируются, чтобы не соображают ничего. Это несравнимые вещи и бороться с ним необходимо совершенно разными методами".
Убитых во время последней операции боевиков называют членами "банды Раиса Мингалеева", информация о смерти и похоронах которого появилась некоторое время назад, но пока не нашла официального подтверждения. Где скрываются остальные сообщники сейчас – самый важный вопрос, продолжает руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Раис Сулейманов: "В банде их было 7 человек, двоих убили, предыдущий лидер умер, если верить видео, которое показано с его похорон. Но, тем не менее, остаются еще 4 боевика, но где они находятся – вопрос открытый".
Эта же банда ранее контактировала с приезжим из Узбекистана Рустамом Юсуповым, который занимался изготовлением самодельных бомб и организовал лабораторию в одном из районов республики. Юсупова убили некоторое время назад, но, что примечательно, жил он в том же доме на улице Химиков, где были уничтожены Валеев и Кашапов. Очевидно, что они составляли лишь часть подпольного сообщества, о размерах которого можно только догадываться. Их сообщники сейчас находятся в розыске и, вполне вероятно, также готовят очередное преступление. Они хорошо вооружены и, судя по наличию поясов смертников, готовы на многое. Но это же говорит и о том, что они действуют в интересах вышестоящей фигуры – того, кто не собирается погибать, а рассчитывает извлечь для себя выгоду из этих преступлений.