Вести недели

Автор: Анастасия Попова Недавно совпали две исторические даты, оказавшие влияние на жизни миллионов людей: 22 года с начала бомбардировок Югославии и 5 лет со дня освобождения сирийской Пальмиры. 24 марта 1999 года авиация НАТО начала жестоко бомбить Югославию. В Белграде прошел вечер памяти, посвященный скорбной дате. На церемонии президент Сербии Александар Вучич заявил: страна никогда не забудет это преступление. Предстоятель Сербской Православной Церкви Святейший Патриарх Сербский Порфирий также обратился к присутствующим: "Прежде всего мы вспомним и помолимся о невинных жертвах, а наши жертвы невинны, потому что наш народ – и это сейчас ясно всему миру – защищался от агрессии". Агрессии США и НАТО. Когда же американцы с союзниками захотели уничтожить еще одно государство – Сирию – то Россия располагала совершенно другими возможностями. И символом российской поддержки Сирии стало освобождение древней Пальмиры от варваров 5 лет назад, 23 марта 2016 года. Тогда же Россия показала, что она – сила, с которой придется считаться всем. Для французского снайпера Стефана Паталачи этот солдатский крест – самая дорогая сердцу награда, но он твердо решил отдать ее российскому офицеру, который там, на Ближнем Востоке, бесстрашно защищает мир от терроризма. Медаль не простая, ее дают за участие в боях. Стефан служил в Югославии в составе миротворческих сил. В марте 1999-го НАТО стало бомбить страну. Для него это место вообще особенное. Прадедушка – офицер русского экспедиционного корпуса – еще в 1916 году в составе 2-й особой пехотной бригады был ранен на Балканах, проливал кровь, помогая французам. После революции остался в Ницце, женился на итальянке. Следующие поколения потеряли всякую связь с Россией. Русского офицера Стефан встретил впервые в Приштине в 2002-м. Наш контингент находился там с 1999 года после молниеносного марш-броска к аэродрому Слатина. Говорили на ломаном английском, выпивали, на память обменялись жилетами. Говорит, что служба на Балканах открыла ему глаза. "В Югославии, когда мы вторглись, я был абсолютно с этим согласен. Мы вмешались, чтобы помочь, но потом, к сожалению, открыли ящик Пандоры. Мы нарочно не контролировали ситуацию, это позволило развиться большим мафиозным организациям в Албании, Боснии и Косово. Потом они наводнили Европу оружием, проститутками, наркотиками. Кроме того, было внедрение террористических групп, в Боснии были тренировочные лагеря террористов, мы об этом прекрасно знали и с этим не боролись", – вспоминает Стефан Паталачи. И вот теперь терроризм, как раковая опухоль, расползся по всей Европе, накрыв уже и Францию. Радикальные идеи доминируют практически во всех пригородах, меняются нравы и в городской черте. Привычными становятся бандитские разборки, беспорядки, расстрелы журналистов, посетителей театра, на улицах и в церквях отрезают головы ножом. "Я сейчас работаю в нехороших районах. Это места, где не говорят по-французски, больше не уважают французские власти, французские законы, в магазинах ни слова не написано по-французски. Там нельзя найти продукты, которые мы обычно берем, да и француз там выглядит уже странно. И это я еще мужчина, женщинам хуже. Я видел даже не в тех районах, а в самом городе у нас им приходится переходить на другую сторону улицы, проходя мимо кафе, где сидят мусульмане, потому что дам оскорбляют за то, что не одеваются, как по религии положено", – говорит Стефан. Ницца стала одним из крупных поставщиков джихадистов на войну в Сирию. Стефан видел, как терроризм расцветал и там, как Россия бескомпромиссно с ним боролась. В том время как западная коалиция, в частности, французские войска, помогала курдам, потом их, правда, кинули, а оружие мистическим образом ушло в руки "Ан-Нусры" (запрещена в РФ), против их включения в террористические списки еще в 2012 выступал тогдашний министр обороны Франции Лоран Фабиус, говорил, что эти парни хорошо работают на земле. "Часть оружия ушла "Ан-Нусре". Я с этим категорически не согласен. Если мы боремся с терроризмом, то надо с ним бороться. Я знаю, о чем говорю, у нас во Франции очень большая проблема с радикальным исламизмом, и мы не можем помогать террористам, нельзя делить их на хороших и плохих, их надо уничтожать до последнего, как и сказал ваш президент Путин. Я видел, как один ваш военный взорвал себя, когда его окружили, я видел кадры, снятые самим ИГИЛ (запрещено в РФ), даже они сказали: "Ого", – отметил Стефан. Роман Филипов, Герой России, 3 февраля 2018 года был за штурвалом Су-25 близ города Серакиб. Машину сбили выстрелом из ПЗРК, он катапультировался и оказался в окружении боевиков "Джабхат ан-Нусры". До последнего отстреливался из пистолета Стечкина, был тяжело ранен, потом подпустил террористов ближе и подорвал себя гранатой, крикнув им напоследок: "Это вам за пацанов!" Стефан хорошо знает и трагическую судьбу Александра Прохоренко. Его имя навсегда вписано в историю освобождения Пальмиры. В марте как раз годовщина – 5 лет. А тогда, в 2016-м, там шли бои, Александр Прохоренко неделю находился в тылу у боевиков ИГИЛ, сообщал точные координаты вражеских целей, наводил наши самолеты. Когда боевики его обнаружили, он вызвал огонь на себя. Его поступок французские СМИ оставили почти без внимания, а вот простые люди об этом узнали и были тронуты до глубины души. Семейная пара Маге из Монпелье передала семье геройски погибшего российского офицера фамильные реликвии – орден Почетного легиона и Военный крест с пальмовой ветвью, полученные в битвах Второй мировой войны. Вручали лично, их пригласили на Парад Победы в Москву. Поблагодарить российских военных решил и Стефан. Он просит передать солдатский крест прапорщику или сержанту российских ВКС. "Какой бы ни была политика, солдаты всегда остаются солдатами, у нас есть идеалы, нужно в них верить и работать за идею", – уверен Стефан. С нами связался еще один француз – Себастьян Комб. Так же преклоняясь перед нашими военными, он попросил Россию принять в дар его скромную личную помощь раненым во время боевых действий. "Я бы хотел передать кресла-коляски, чтобы выразить почтение российским войскам и солдатам в их международной борьбе с терроризмом. Я бы хотел – надеюсь, так и будет – чтобы кресла передали военному госпиталю Вишневского в Москве, для меня это была бы большая честь", – признался Комб. Человек, абсолютно далекий от политики, бизнесмен, он занимается продажей различных медицинских товаров. Кресла выбрал крепкие, одни из лучших на рынке. "Они очень простые в использовании, очень надежные, маневренные. Есть посадка сбоку. Я решил послать двух размеров – для крупных людей и обычных – чтобы все могли пользоваться", – сказал Комб. 30 штук он привез в российское консульство в Марселе, их погрузили в автобус и скоро отправят в Россию. Сам Себастьян по-русски не говорит, но специально для нашей встречи постарался выучить несколько слов, чтобы, пользуясь случаем, от имени обычных французов обратиться к нашим бойцам на сирийском фронте.