Вести недели

О том, как это было – репортажи военкоров ВГТРК Станислава Назарова и Сергея Зенина из курского приграничья. В окрестности хутора Бердин снайперские группы заходят в составе войск, прикрывающих штурмовые подразделения. Кадры сняты с помощью нагрудных камер снайперов и тепловизоров. Расстояние до противника здесь менее 500 метров. "Здесь лесистая местность и противник может находиться в 70 или в 100 метрах – это неважно. Главное, чтобы мы увидели его первым, а он нас не увидел", – говорит заместитель командира взвода 34-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады с позывным Айсман. Когда неонацисты пытались атаковать хутор Бердин в Большесолдатском районе, именно артиллерия 30-го мотострелкового полка остановила и уничтожила колонну. Боевики, которые еще пару месяцев назад позировали возле продуктовых магазинов в Судже, взяты в плен возле хутора Бердин штурмовиками 30-го мотострелкового полка. "У нас задачи были – мы ехали, не зная куда, потом сказали занять село и держать круговую оборону. Ни саперов не было, никого – просто держать оборону", – рассказывает военнопленный Станислав. "Пожелания противнику следующие: не надо сюда ехать, здесь ждет вас гибель , подумайте о своих близких. Если хотите смерти – приезжайте", – говорит командир штурмового отряда – позывной Мираж. После неудачной попытки атаковать наши позиции подступы к городу Суджа продолжают патрулировать вражеские беспилотники. - Сейчас была FPV ? – Да, сейчас была, сами слышали, пулеметный расчет работал по воздуху, по "птице". Разведывательные и ударные дроны: все эти беспилотники были уничтожены силами крымских десантников. Среди трофеев – гексакоптеры, так называемые "Баба-яга", способные нести до 50 кг нагрузки. Все это было остановлено с помощью стрелкового оружия. Расчет переносного зенитно-ракетного комплекса уничтожает вражеские цели на расстоянии до пяти километров. "Это стартовая позиция, мы получаем команду или сами наблюдаем цель, – рассказывает командир отделения, военнослужащий ВДВ РФ – позывной Беркут. Я встаю на огневую позицию, захватываю цель, взвожу и автоматически ракета сама уходит и поражает цель". Помимо зенитных комплексов и пулеметов на позициях обязательно присутствует гладкоствольное оружие, чтобы бить по вражеским беспилотникам дробью. "Основные задачи нашего подразделения – поражение воздушных целей, разведывательных беспилотников, таких как FPV, "Баба-яга" – и путем этого прикрывать подразделения, которые находятся непосредственно на переднем крае", – говорит командир зенитно-ракетного взвода, военнослужащий ВДВ России – позывной Проха. Благодаря разгрому подразделениями 30-го мотострелкового полка колонны неонацистов удалось отбить атаку на Бердин. *** На видео украинский танк поражает позиции наших штурмовиков. А уже на следующем управляемый по оптоволокну дрон-камикадзе спешит отомстить противнику. В тишине командного пункта слышно, как командир расчета словами "не нервничай" успокаивает оператора БПЛА. Дальше – одни эмоции, часть из которых пришлось даже вырезать. Это кадры, записанные на пункте управления беспилотной авиацией штурмовой бригады "Ветераны". Процесс уничтожения техники и живой силы противника в Курской области – в круглосуточном режиме. Вот работа нашего расчета БПЛА в реальном времени. Один снаряд, один противник. Вроде бы "300", а может быть, даже и погиб. Еще минус один, буквально за последние 15, может быть 20 минут. Потери ВСУ – вот как к этому относиться? И завтра, а может быть даже через два часа на этом же месте появятся свежие силы. Тупость? Нет, это просто абсолютное безразличие к личному составу, наплевательское отношение к человеческим жизням. Эти парни, несущие и регулярно видящие смерть, уже не воспринимают все так эмоционально. Как минимум в интервью они утверждают, что по ту сторону экрана им не жалко никого. - Это же люди! "Враг, – поправляет начальник службы БПЛА ОДШБР "Ветераны" с позывным Биба. – Либо ты, либо они. Потому что уже столько своих, получается, положили. Уже месть идет". - За своих, да? - Да. Четыре расчета – четыре стартовые площадки, сделанные из сосновых чурок. Раскрутка винтов – и взлет FPV. Как только враг обнаружен, к работе по цели подключаются все экипажи. При необходимости запрашивают помощь артиллерии. И все это в рамках одного подразделения – десантно-штурмовой бригады "Ветераны". Со знанием дела, с колоссальным опытом, как единый механизм. Одна проблема есть – не хватает дронов. "Пришел сам, добровольно. Второй контракт работаю", – рассказывает оператор БПЛА с позывным Топор. - Второй уже контракт? - И дальше буду работать. У меня коллектив здесь мой, с которым я работаю. С ними я бы пошел и дальше. - А дальше куда – до Ла-Манша? - Куда бригада поведет, туда и пойдем! "Ветераны" – одно из самых эффективных подразделений на фронте. Каждый день – новый результат. Андрею с позывным Родной 23 года, из которых три он провел на СВО. - Я смотрю, молодые все парни. И мобилизованных-то нет – все сами приехали. На чем это основывается такое желание здесь участвовать в таком молодом возрасте на СВО? "Многие смотрят на "Время героев", на настоящих героев, которые у нас были и есть. На дедов, на прадедов равняются, на них стараются", – говорит командир взвода БПЛА ОДШБР "Ветераны", старший направления – позывной Родной. - Есть гражданская мечта? - Гражданская мечта есть – создать большую и крепкую семью. - Видите, не только защитить будущее, но и построить будущее. Вот такие люди здесь служат, воюют за Родину. Прямо до мурашек. Честно, растрогал. Едем на позиции к "Ветеранам". За рулем ни много ни мало командир разведбата и без пяти минут Герой России. Представление уже на подписи у Верховного. Рядом с таким человеком даже вражеский дрон не так уж пугает. - А, вижу его, вижу его! - Где? - Вон там. Так, на нас объявил охоту FPV-дрон. Уходит потихоньку. Вот же тварь, а! Когда же у него батарейка-то сядет? Смертельно опасное шоу длилось от силы минуты три. Дрон действительно сжег запас аккумулятора, упал и взорвался где-то неподалеку. Но это была не последняя встреча с бездушным. Как минимум дважды камикадзе пролетали в опасной близости от нас. Кит посоветовал не суетиться и не стоять на месте. Тут действительно небо ими забито, и если обращать внимание на каждую, то, наверное, через какое-то время можно просто сойти с ума от страха. Здесь, к сожалению, артиллерия вынуждена была работать, в том числе и по частным домам. Зато есть результат – здесь врага, противника нет уже пару месяцев. Колодец – глубина приличная, метров 15 – и абсолютно высох. Мало пользовались. Представьте, какое мощное сопротивление здесь было со стороны украинской армии, и с какой силой наша армия сдвигала противника с наших земель. Бронемашина – не какая-то там легковушка – просто раскрыта, как тюльпан, пополам, разорвана в клочья. Боекомплект взорвался, и башня лежит где-то примерно в 15 метрах отсюда. Здесь страшные были бои. Наши парни двигались вперед. Честь им и хвала, и низкий поклон за это. "Я знаю, что делаю, знаю, куда иду, для чего я здесь. То есть, у меня понимание полностью есть, что я делаю. Мне здесь спокойно в этом плане", – говорит командир роты разведки ОДШБР "Ветераны" Кит. В этот момент звучит разрыв. - Это спокойно называется? - Это громко, но спокойно. Не успели снять – буквально три минуты назад наша авиация разгрузилась по противнику ФАБами тяжелыми. Спокойствие еще то. - Дрон жужжит! - Может быть. Что-то жужжит. – Ну, хорош! - Ну откуда я знаю? Что-то жужжит. Далеко, очень далеко. Только рядом с такими людьми можно чувствовать себя абсолютно спокойно прямо на передовой. Тишина, дроны жужжат – это из серии "птички поют". Фантастика. К этому невозможно привыкнуть реально. - Нормально, что. Они же не по нашу душу. - У тебя с ним связь, что ли, какая-то астральная? - Мы с ними давно уже просто работаем вместе, поэтому – не по нашу душу.