Фильм ужасов "Закулисье реальности" Кейна Парсонса – в российском прокате. Хорроры лидируют в списке самых громких премьер года – и все они сняты молодыми режиссерами, выросшими, как отмечают критики, не в киношколах, а в интернете. Как дебютанты перемонтируют законы жанра, выяснил Станислав Анисимов. Владелец мебельного магазина Кларк внезапно обнаруживает в подвале портал в другое измерение. Оно выглядит как бесконечный пугающий лабиринт из комнат с желтыми обоями и гудящими лампами, где водятся чудовища – искаженные копии людей. Пытаясь разгадать тайну этих бесконечных коридоров, герой решает остаться в них навсегда. "Желтый цвет, затхлый ковер и жужжащие лампы дневного света вызывают у большинства людей смутное ощущение, что они "уже где-то это видели". Этот образ отсылает к эстетике пустых офисов и больниц из 1980–1990-х годов. По задумке режиссера, это "переходное место", которое ощущается как заброшенное фойе между реальностями. Желтый тон подчеркивает искусственность, безжизненность и монотонность этого измерения", – пояснил режиссер Кейн Парсонс. В основе истории – интернет-легенда о так называемых лиминальных пространствах. Это физическое или метафорическое место, находящееся на границе между двумя состояниями или мирами. В обыденной жизни такие места вызывают тревогу: опустевшая после уроков школа, магазин после закрытия, безлюдные лестничные пролеты, бассейны без воды. В фильме "Закулисье реальности" такое пространство становится проекцией психического состояния героев. Оно словно чувствует людей, попавших в этот лабиринт, и отвечает на их присутствие генерацией случайных комнат, а также кровожадных существ. У каждого из персонажей – свой Минотавр и лучше с ним не встречаться. "Когда мне было 17, я начал выкладывать в интернете псевдодокументальные короткометражки. Стилизация под старую видеокамеру, VHS-кассеты, пугающая геометрия пространства и тягучая атмосфера ужаса превратили этот веб-сериал в вирусный хит. Мне осталось развить идею и довести ее до полного метра", – рассказал Кейн Парсонс. Сама лента оставляет массу вопросов, но в этом есть значительная доля рекламы. Ведь создавая энигматический визуальный текст, режиссер оставляет зрителю широчайшее поле для исследований. Сам фильм оказывается своеобразным закулисьем, которое будет продолжать манить до тех пор, пока его последняя загадка не получит внятного объяснения. Звучит как заявка на продолжение.