В Санкт Петербургском горном университете возродили обучение редкой профессии камнереза. В программе курса – огранка, инкрустация, объемная и рельефная резьба по камню, создание ювелирных украшений и предметов интерьера. Юлия Васильева расскажет подробнее. Выставка в Седьмом зале Горного музея логично завершает учебную экспозицию минералов. Сначала студенты учатся разбираться в камнях, а затем смотрят, что из них можно сделать. В университет в рамках дополнительных компетенций вернули профессию "камнерез". "У нас теперь не только горняки, которые, значит, все серьезные, суровые, но и есть горняки, которые более артистичные и художественно направленные", – прокомментировал директор музея Санкт Петербургского горного университета Михаил Шабалов. Идеальная вентиляция, объемный свет, характерный свист стоматологического бура. Сосредоточенность, аккуратность, тонкая работа. Студентка геолого-разведочного факультета Виктория Василевская вставляет зубы Лабубе. "Монстрик изготовлен из шокшинского кварцита, который добывается в Карелии. Я, как только увидела этот материал, эту горную породу у преподавателя, который делал медведя, подумала: "Вот оно! Это мой материал, я хочу что то из него сделать"", – отметила студентка Санкт Петербургского горного университета Виктория Василевская. Эколог Ульяна Новикова работает с агатом: старые экспедиционные образцы в виде отшлифованных пластинок долго лежали в хранилищах Горного без дела. Теперь их приспособят под что то красивое. Задача камнереза – увидеть и раскрыть внутреннюю красоту камня. "Либо надо оставаться внутри одного камня, либо, если вдруг у меня выйдет какой-нибудь рисунок, чтобы можно было обыграть эти края. Мне надо учитывать в работе, что у камня разная твердость, и надо быть аккуратной", – подчеркнула студентка Санкт-Петербургского горного университета Ульяна Новикова. Камнерезы тренируются на твердых минералах – шесть–семь по шкале Мооса, где высшие десять баллов у алмаза. Задача будущего мастера – не "зарезать" заготовку. Поэтому "мягкие" камни, вроде опала и песчаника, студентам не дают. Работать учат в узнаваемой "петербургской" технике. Разницу видит даже не специалист. Впрочем, как раз в методах обработки камня российские школы в целом сходятся: отечественные мастера используют самые сложные способы технического взаимодействия с минералом. "Если брать, например, способы обработки камня в сравнении с зарубежными – с теми же китайцами, японцами, – у нас происходит так, что мы взаимодействуем сразу и с камнем, и с инструментом, а у них получается так, что весь их инструментарий статичен, закреплен, и они работают только камнем", – поделился сотрудник Центра студенческого творчества Санкт-Петербургского горного университета Владимир Никитин. Такая работа требует хорошей координации, отличного знания материала и очень крепких нервов. Достаточно одного неверного движения – и минерал рассыплется на осколки. Впрочем, не бывает такого, чтобы уж совсем "не вышел каменный цветок". Для студентов технических направлений это в любом случае возможность раскрыть свой творческий потенциал. "Из своих инженерных расчетов, из своих задач по моделированию, по проектированию они окунаются в мир прекрасного и прекрасно могут создавать своими собственными руками. И благодаря тем профессиям, которые мы им даем, они начинают ощущать в себе способности к созиданию", – рассказал директор Центра студенческого творчества Санкт Петербургского горного университета Алексей Усыпко.