130 лет исполнилось Нижегородскому художественному музею. В его собрании – работы Ренуара и Эль Греко, Брюллова и Кустодиева, Малевича и Кандинского. Как шедевры защищают от разрушительного влияния времени расскажет Анастасия Морозова. Мы восхищаемся шедеврами в музейных залах, но редко задумываемся, какой путь они прошли. За каждым безупречным полотном – кропотливая работа реставраторов. Это их мастерская, где прошлым не восхищаются, а буквально его берегут. Такую мастерскую в Нижегородском государственном художественном музее организовали в 66-м году. "Отличается музейный реставратор от реставратора реставрационных центров очень сильно, потому что специфика музея такова: ты следишь за картинами, они с тобой живут всю твою жизнь, когда ты работаешь при музее и за их сохранность отвечаешь", – рассказала заведующая реставрационной мастерской по масляной живописи Марина Коротаева. Около 40 работ в постоянной экспозиции отреставрированы руками Марины Коротаевой. К примеру, так выглядело раньше монументальное полотно Николая Кошелева 1881 года "Погребение Христа". А так – сейчас. Процесс такого обновления ювелирный и не прощает спешки. Сейчас предстоит работа с картиной "Кабинет алхимика", автором которой является фламандский художник эпохи барокко Жерар Томас. "На участки, которые требовали укрепления красочного слоя, чтобы ее сохранить, были наложены профзаклеечки для того, чтобы сохранить, и чтобы они не осыпались дальше. На сегодняшний момент с ней предстоит большая серьезная работа", – пояснила Марина Коротаева. Задача повышенной сложности – восстановление древних икон. Время беспощадно к дереву. Основа дышит и деформируется от перепадов температур, влажности и света. Главный враг старинной иконописи, как ни странно, ее же родная защита – олифа. Это финальное покрытие на основе вареного льняного масла. "У нее очень много положительных качеств: она прекрасно защищает живопись, у нее хорошие толщина, пластичность. Когда мы говорили про эти разрушения, когда движется поверхность, микродвижения. Но она начинает темнеть. Лет через 15-20 лет она уже имеет светло-коричневый оттенок", – сообщила художник-реставратор Нижегородского художественного музея Вера Ковалевская. Спустя столетия защитный слой превращается в темную пленку. Задача мастеров – миллиметр за миллиметром снять этот панцирь, пробиться к истинному цвету и подарить шедеврам новую жизнь.