Сочинение немецкого композитора Пауля Хиндемита Ludus Tonalis прозвучало в столице. Сложнейший цикл из 12 фуг исполнил юный пианист Джеймс Фролов. "Музыкальный трактат" отсылает к одному из самых значимых произведений Баха. Как строгий фортепианный шедевр превращается в нежную лирику, услышал Евгений Краков. Перед выходом на сцену Джеймс Фролов украдкой заглядывает в зал из закулисья. Еще пара минут, и пианист исполнит сложнейший клавишный цикл Ludus Tonalis Пауля Хиндемита. Причем по памяти. "Это очень важная веха в музыке ХХ века, к тому же одно из самых известных и совершенных произведений", – отметил пианист Джеймс Фролов. Джеймсу всего шестнадцать, а за плечами у него уже десятки престижных конкурсов. Он играет с семи лет: фортепиано всегда было в доме. Но в профессию Джеймса привела Марина Воробьёва. Именно она пять лет назад привезла его из Челябинска в Москву, показала большую сцену и взяла под свое крыло. Теперь вундеркинд учится в Гнесинке и покоряет столицу. "Остался один год, в следующем учебном году он будет поступать в консерваторию. И всё это время Джеймс находится у нас, потому что в общежитие как-то не хочется. Мы очень подружились", – рассказала педагог по фортепиано Марина Воробьёва. Ludus Tonalis – жемчужина репертуара Джеймса Фролова. Пауль Хиндемит написал этот цикл в 1942 году. Покинув ставшую небезопасной для него Германию, композитор уехал сначала в Швейцарию, а потом в США. Европеец в Америке, чужой и оторванный от родины, он вернулся к корням через одно из главных сокровищ немецкой музыки – "Хорошо темперированный клавир" Баха. Здесь тоже есть фуги, но всё же Хиндемит не подражал Баху, а переложил концепцию "Клавира" на современный ему музыкальный язык. "Для меня это, действительно, святой акт соприкосновения с чем-то сверхъестественным", – поделился Джеймс Фролов. Ludus Tonalis можно назвать музыкальным трактатом. Хиндемит объяснял, что его задача – "показать, что такое музыка и композиция". Это общепризнанный фортепианный шедевр, у которого есть репутация сухого, даже сурового сочинения. Но Джеймс Фролов признается: больше всего ему нравятся в цикле именно нежные, мелодичные части с нотками романтизма. "Говорят, что эта музыка довольно холодная, может быть, и пустая. Однако я совершенно так не считаю, это очень эмоциональная и сложная музыка", – добавил Джеймс Фролов. Жизнь Джеймса Фролова в музыке – каскад судьбоносных встреч и находок. С педагогом, который дал путевку в жизнь, свели знакомые, а дома случайно оказалась партитура того самого цикла Ludus Tonalis.