"Историю черного цвета" рассказывают в фонде "Екатерина". На новой выставке работы 80 современных авторов. Восемь залов экспозиции посвящены восприятию черного в разные эпохи как цвета "очень темных веков", дыма индустриальной революции, экрана телефона. Ксения Луженкова погрузилась в бездну. В темном-темном зале висят черные-черные картины. И черный здесь не цвет, а его абсолютное отсутствие, некая субстанция, где свет неотделим от тьмы, а предмет от пространства. Ведь в ней еще не существует наблюдателя, который может осмыслить это разделение. Черный – античный хаос, библейская бездна, первозданные воды Нуна. В древнеегипетской культуре символика черного раскрывается на языковом уровне. "Слово "алхимия" восходит к нам из арабского языка, но имеет древнегреческий корень "кемея". А вот само слово "Кемея" относится к самоназванию Древнего Египта и египтян – кеми или Кемет, то есть "черная земля". Черная земля – это плодородные земли Нила", – пояснил художник Алексей Бевза. Попытки упорядочить хаос были свойственны человеку еще в древности. Так, например, появился образ космической черепахи. А на полотнах Ольги Тобрелутс из тьмы выступают четко очерченные световые формы. В хаосе зарождается система. Ее создатель – человек. Время идет, и он решается овладеть черным цветом. Но чтобы получить этот пигмент, нужно разрушить материю – обжечь или вытравить. Черный органически связан с темой гибели и страха. "Магия черного пролегает на не очень видимой части жизни человека, меня интересуют скрытые, потаенные области нашей жизни", – поделилась художница Ирина Петракова. В Средние века черный – это цвет монашеского аскетизма и в то же время символ демонического. На полотне Елизаветы Григоровой еле заметен женский силуэт. Это ведьма. Она будто скрывается от инквизиторского клинка. Здесь цвет амбивалентен. Он и свет, и тьма. А "Секретики" Евгении Вороновой репрезентуют эпоху романтизма. Это осколки воспоминаний, вызывающие трепет. "Прошлое становится манким и от этого трагичным, теперь черный становится синонимом личного траура по собственному прошлому, в которое больше невозможно вернуться, но которое так хочется восполнить через сказку и эскапизм. Одинокий альбатрос – тот самый одинокий герой романтической поэзии", – рассказала куратор выставки Алёна Дятко. Индустриальный век окрашен в черный. Это дым машин и жар угля. Жизнь подчиняется четкому городскому ритму. Человек отчужден от собственного труда и сам медленно растворяется. Он будто погружается в первозданный хаос, где нет цвета, света и его самого. "История черного цвета" – больше антропологическое исследование, нежели выставка. Каждый автор расширяет его символический диапазон. Хаос, траур, аскетизм, плодородие – ряд можно продолжить, но именно в этот момент "вдруг погас свет"...