90-летие Стива Райха отметили в Московской консерватории. Композитору, который стал одним из создателей минимализма, внедрил его в массовое сознание и уравнял академическую музыку с электронным андеграундом, посвятили программу "Сдвиг". Исполнители – "Студия новой музыки" и музыканты проекта Hauntology. На концерте была Дженнет Арльт. На сцене Рахманиновского зала – ансамбль немузыкальных инструментов: бензопила и ножовки. Репетируют культовый трек 90-х годов от британского электронного дуэта Coldcut. Но ритм здесь задают не драм-машины, а ударные инструменты, водный гонг и саксофон. Минимализм часто называют великим уравнителем. Ему безразлично, где звучать – в филармоническом пространстве или на заброшенном заводе. Сегодня Рахманиновский зал консерватории на пару часов примерит на себя роль андеграундного клуба с электронной музыкой. Артисты "Студии новой музыки" и проекта Hauntology объединились, чтобы проследить, откуда начиналась современная электронная музыка, а именно из экспериментов американского композитора-минималиста Стива Райха. Он доказал, что из простейших повторов можно строить целые звуковые миры, достаточно лишь небольшого "сдвига". "Идея фазового сдвига, которая была у Райха, которая пришла ему интуитивно, когда он услышал, как пленка, играя один и тот же паттерн, одна из них начала ускоряться относительно другой. И получилось замечательное свойство – фазовый сдвиг", – прокомментировала директор ансамбля солистов "Студия новой музыки" Евгения Изотова. Так звучит одно из знаковых сочинений Стива Райха – пьеса, для которой музыкальные инструменты не нужны вообще, достаточно всего лишь рук. А вот четыре скрипача исполняют одну и ту же партию, но за счет того, что каждый из них играет в разном темпе, возникают новые, побочные темы и мелодические узоры. Поиски нового звука – в сочинениях современных композиторов Мортона Фелдмана и Нико Мьюли. Среди них – пьеса для маримбы и аккомпанирующего гула, основой для которого композитор выбрал обычный бытовой шум – гудение электроприборов и звучание города в исполнении струнных. "Мы просто стараемся открыть что-то новое, исполнить что-то новое. Так сказать, немножко преодолеть какие-то устоявшиеся грани, выйти за рамки стандартной академической музыки, пусть даже современной", – объяснил дирижер Андрей Серов. Во втором отделении академический ансамбль берется за электронную музыку. Легендарные треки Coldcut, Aphex Twin и Kraftwerk, изначально созданные на компьютерах и синтезаторах, композитор Дмитрий Мазуров переложил для живых инструментов. "Для нас кажется абсолютно естественным не обращать внимания на то, академическая это музыка или электронная. Это может быть даже какая-то эстрада, это может быть какой-то инди-проект, откуда мы берем электронные треки, смотрим на них как на музыку, написанную композиторами, просто электронными, и Дмитрий создает аранжировки", – поделилась участница проекта Hauntology Катарина Мелик-Овсепян. Музыканты уверены: у классического авангарда и современной электронной музыки много общего. Чтобы в этом убедиться, достаточно просто немного сдвинуть привычный фокус восприятия.