Вести недели

Автор: Дмитрий Киселёв Население России за январь-август выросло на 183 тысячи человек. Таковы данные Росстата, опубликованные 17 октября. Когда несколько лет назад провозглашались меры против демографической ямы, то обозначили три источника ее выравнивания: рост рождаемости, снижение смертности и иммиграция. Успех - на всех направлениях. Но обратим внимание на пропорции. Число родившихся за восемь месяцев этого года - один миллион 255 тысяч детей, что на одну тысячу 600 деток больше, чем за тот же период прошлого года. Число умерших снизилось с одного миллиона 274 тысяч до одного миллиона 262 тысяч человек. Тренд хороший, но число умерших все же пока превышает число родившихся. Разницу в шесть тысяч шестьсот с лихвой перекрыл иммиграционный поток в Россию. Число приехавших за восемь месяцев этого года - 190 тысяч человек. Эти люди прибыли по нашему приглашению. Поскольку мы сами объявили себя открытыми к иммиграции, то получили картину, когда Россия - уже вторая в мире страна (после США) по числу приезжих. По разным оценкам, у нас их до 15 миллионов. Но оказалось, что есть легальные и нелегальные. Сюрприза здесь нет. Так обстоят дела во всех странах, использующих иммиграцию как ресурс. Если лучше администрировать иммиграционный поток, то число нелегалов радикально упадет. России нужна четкая политика адаптации иммигрантов - понятная и приезжим, и, что, быть может, даже важнее, коренным россиянам как приглашающей стороне. Когда каждый сможет положить себе на ладонь свод коротких правил для въезжающих в страну и возможностей, которые при определенных условиях открываются, всем станет легче. Мы говорим, что иммигранты должны уважать нашу культуру. Но где им ее изучать? На бирюлевской овощебазе? Думаете, там с томиком Пушкина засыпают? Тогда должны быть обязательные курсы русского языка и культуры, причем за наш счет. Уж если действительно кого-то приглашаем, нужно понять, как далеко мы готовы идти в своем гостеприимстве, в какой степени нам это надо, кто и в каком количестве. Каковы стимулы и фильтры, скольких мы готовы учить и чему? На какой результат рассчитываем? Что, если кто-то учится плохо? Все это должно быть сформулировано в нашей политике адаптации. Разумеется, ее стоит широко обсудить в обществе. Учесть нужно и международный опыт. Мы здесь хоть и неофиты, но точно не пионеры. Уже множество шишек набили себе страны, принимающие иммигрантов в больших количествах. Автор: Евгений Попов Кенийские власти все-таки решились обнародовать жуткие видеокадры с камер наблюдения в торговом центре Westgate в Найроби. Посетители, в основном европейской внешности, в ужасе пытаются укрыться от пуль. Террористы хладнокровно и методично расстреливают всех, кто встречается на пути. Погибли по меньшей мере 67 человек. В объектив несколько раз попадает один и тот же боевик в черной толстовке. В руках у него автомат Калашникова. Террориста опознали. Его имя Хасан Абди Духулоу. 24 года. Гражданин Норвегии. Родился в Сомали, но десять лет прожил в тихом городке Ларвик. Родственники теперь говорят, что спокойная жизнь в Северной Европе ему не нравилась. История превращения в боевика европейского подданного Духулоу не уникальна. В той же Сирии, по подсчетам Британского королевского колледжа, против Асада воюют граждане Британии, Австрии, Германии, Швеции, Испании. Все эти страны в разное время широко открывали двери для иностранных мигрантов. Теперь не знают, как их закрыть. "В этом году людей, проживающих не в странах, где они родились, больше, чем когда-либо. Согласно нашим подсчетами, число международных мигрантов достигло 232 миллионов человек. В 2000 году их было 175 миллионов", - рассказал директор секции миграции ООН Джон Вилмос. Если бы все мигранты жили в одном государстве, то оно было бы пятым на планете по населению. Впрочем, половина мигрантов итак ищет лучшей доли всего в десяти странах. 46 миллионов живут в США, 11 - в России, почти 10 миллионов выбрали Германию, 9 - Саудовскую Аравию, замыкают "десятку" Австралия и Испания - там осели по шесть с половиной миллионов мигрантов. На пути к лучшей доле сотни нелегалов тонут у побережья итальянской Лампедузы, австралийского острова Рождества, калечатся, преодолевая шестиметровый забор испанского анклава Сиута, умирают от жажды в пустыне на границе Мексики и США. Но малограмотных и нищих мигрантов теперь нигде не ждут. Это в 60-70-е годы прошлого века на волне экономического подъема Германия без разбора принимала турков, Франция - жителей своих бывших африканских колоний. Сейчас Австралия не пускает к себе без отличного знания английского языка и тысячами выдворяет нелегалов в дикую Папуа-Новую Гвинею. США заканчивают возведение 800-километровой стены на южной границе и планируют отказаться от лотереи Green Card, дающей возможность иностранцам получить вид на жительство. Ужесточение миграционных правил и массовые депортации почти всегда сопровождаются бунтами и протестами. В мае 2006 года полмиллиона недовольных властями испаноязычных нелегалов не вышли на работу и наводнили улицы Калифорнии. В день великого бойкота в порту Лос-Анджелеса не дождались разгрузки 30 тысяч контейнеров, закрылись парковки, кафе. В этом году в Стокгольме манифестанты бросались под полицейские автомобили с людьми, подлежащими выдворению. В десятимиллионной Швеции, где четверть населения - иммигранты и их потомки, за нелегалов есть кому заступиться. В то же время набирает популярность партия "Шведские демократы": для них миграция - величайшая угроза, и им тоже есть на кого опереться. Ролик партии, где старушку на пути к социальным благам Швеции обгоняют мигранты в хиджабах, запретили. В Швеции - самые либеральные миграционные правила в Европе. Иммигрантские меньшинства законом приравнены к историческим - саамам и финнам. Тем не менее, власти объявили, что так больше продолжаться не может. Во Франции, где от идеи мультикультурализма отмежевался еще Саркози, и при Олланде вспыхивают мигрантские бунты. Африканские и цыганские гетто живут своей жизнью. Из 7 миллионов приезжих половина - безработные. Недавно мир следил за депортацией 15-летней цыганки Леонарды Дибрани. Полицейские вытащили девочку из школьного автобуса и вместе с родителями, братьями и сестрами выдворили в Косово. "Я не говорю на местном языке, не понимаю его, боюсь, что окружающие будут смеяться надо мной. Мой дом не здесь. Мой дом во Франции, потому там у меня есть все: мои друзья, парень, учителя, школа, мое будущее. Все это - во Франции. Я не знаю, почему я в Косово", - сказала Дибрани. Жесткая высылка спровоцировала массовые протесты. Франсуа Олланд вынужден был предложить девочке вернуться во Францию, но без семьи. Леонарда Дибрани отказалась. Действия полиции, схватившей школьницу на глазах у одноклассников, признаны законными, однако правительство Франции рекомендовало впредь задерживать подлежащих депортации детей лишь во внеучебное время.