Главные политические и экономические итоги недели обсуждают Анатолий Кузичев, Михаил Юрьев и Михаил Леонтьев со слушателями радио "Вести ФМ". Кузичев: Итак, Африка пылает. Только что ворвались минут 10-15 назад в посольство Германии в Судане и Великобритании. Причем тут, казалось бы… Леонтьев: Как причем? А они же все вместе солидарно это делают. Юрьев: В комплексе. Леонтьев: Да. Здесь есть замечательная вещь, начнем с повода, с конца этого самого фильма, который послужил, безусловно, детонатором. Конечно, это не причина волнений, а это очень хороший повод, причем, повод очевидный. И поэтому те, кто организовали этот повод, они ровно на это рассчитывали. Есть мнение и это мнение, по-моему, разделяется вообще всеми, насколько я знаю, в том числе и в Америке, что это инициировали товарищи республиканцы для того, чтобы показать, создать как бы картинку провала Обамовской политики в регионе. Кузичев: Надо сказать, они преуспели. Леонтьев: Они преуспели и не могли не преуспеть, потому что провал есть. Он очевиден, просто нужно было устроить шоу. Юрьев: На самом деле вы должны понимать, что для политических игр такого типа – это очень рискованный способ, потому что если теперь Обама продемонстрирует жесткость, это очень легко сделать, то выяснится, что это сработает на него, а не наоборот. Леонтьев: Очень сложный вопрос. Например, Картер как раз по поводу предыдущего захвата американского посольства… Юрьев: Ну, с Картером ты не равняй… Леонтьев: Демонстрировал жесткость. В итоге мы помним, чем кончилась жесткость. Кузичев: Напомни. Леонтьев: Они послали вертолеты, которые упали где-то в пустыне, не долетели. Был дикий позор, безумный. Я даже помню цитату Картера, он сказал: "Пошло все к черту!" И оно, собственно, туда и пошло. В этом смысле он был абсолютно адекватен. Какую жесткость может продемонстрировать Обама? Он уже демонстрирует жесткость, он послал туда два корабля военных… Юрьев: Ну, а отталкиваясь от того, что ты рассказал о Картере, послать вертолеты, которые долетят. Леонтьев: И закрыли небо над Ливией. Но если они сейчас уже начнут победившую революцию долбать с воздуха… Что вот они смогут сделать? Ну вот послал он… Какую жесткость, чего? Жесткость чего? Ливийцы же демонстрируют… Старый анекдот, помните, про то, как съели в Африке какого-то посла европейского, условно говоря, немецкого. И немецкий МИД начинает скандалить, говорить, это безобразие, ноты, примите меры. Те как-то отговаривались, отговаривались, а потом, ну, что мы можем? Съешьте нашего! Вот в этом смысле единственно, что могут сделать ливийцы – это предложить американцам замочить ливийского посла, да? А что еще? Ну, они же вроде бы как бы не сами это сделали? Там как-то по-другому… Ну, не контролируют они. А кто говорил, что будет легко? Кто говорил, что они будут контролировать? Все и говорили, что они ничего контролировать не могут, все знают, что никто ничего не контролирует. Сейчас поднять самолеты с этих судов или начать ракетами бомбить там Бенгази или Триполи – это паранойя. То есть жесткость он может демонстрировать только перед телевизором или перед зеркалом. Юрьев: Нет-нет. Ты не прав. Для американцев есть свои табу. Нападают на американцев – все… Леонтьев: Хорошо, табу… Юрьев: Либералы, революционеры – мочить. Леонтьев: На кого они должны напасть? Вот Пауэл продемонстрировал жесткость – напал на Ирак. Ровно про это говорит Обама, когда он пенял Ромни на невменяемость во внешней политике, он говорил, что вот Ромни, значит, хочет затянуть нас назад в бушевское время, то есть в эпоху грубых ошибок и просчетов, которые Америке обошлись очень дорого.   Полностью слушайте в аудиоверсии. Полный перечень выпусков вы можете найти в разделе "Программы", на странице программы "Главрадио".