Личный фактор

Выпуск 04 ноября 2016 года
Радиопрограмма
Россия
Новостные, общественно-политические

3 сезона, 63 выпуска по 27 мин

Гость студии радио "Вести ФМ" - председатель комитета Госдумы по охране здоровья, врач, хирург Дмитрий Морозов. О своем детстве, выборе профессии, своей первой операции. Быстров: Приветствую слушателей радиостанции "Вести". Программа "Личный фактор" и ее ведущие - Анастасия Борисова... Борисова: И Руслан Быстров. Быстров: Рады приветствовать нашего сегодняшнего гостя - председателя Комитета Госдумы по охране здоровья Дмитрия Морозова. Морозов: Здравствуйте. Быстров: Врача, хирурга. Дмитрий Анатольевич, спасибо, что пришли. Морозов: Спасибо вам, что пригласили. Быстров: Расскажите, пожалуйста, вы врач-хирург какого профиля? Морозов: Я детский хирург. Быстров: Детский хирург. Почему решили вдруг стать однажды детским хирургом, как так получилось? Морозов: Ну, на самом деле я все свое детство такое осознанное готовился в воздушно-десантные войска. Потом так получилось, что немножко ухудшилось зрение, и мы с отцом (а я сын военного) сели прямо вот буквально с листочком выбирать, куда же мне пойти, и путем вычеркивания довычеркивались до медицины. Ну а соответственно, поскольку я тогда юношей мечтал быть десантником, то соответственно кем надо быть во врачах? Конечно, хирургом. И в то время у меня, наверное, не было никого, кто бы мне мог сказать, что и неврологом работать интересно, и кардиолог - это тоже здорово. Поэтому я пошел в хирургию. А поскольку поступил на педиатрический факультет, у меня была единственная возможность быть хирургом - это детским хирургом, то я сразу же, как человек без внешних связей, пришел в клинику с 1-го курса, 1 сентября практически, в клинику детской хирургии и стал там воспитываться как сын полка. Борисова: И фактически уже на первом курсе уже начали оперировать. Морозов: И я на первом курсе начал оперировать, ну к концу первого курса. Быстров: А помните свою первую операцию? Морозов: Конечно. Быстров: Аппендицит, наверное? Морозов: Нет. Быстров: Нет? Морозов: Аппендицит - сложная операция для первого раза. Быстров: Да? Морозов: Конечно. Нет, что вы. Это был мальчик, в которого папа выстрелил из дробого ружья. Борисова: О, господи! Морозов: Его уже когда-то прооперировали, но у него некоторые дробинки не нашли сразу. И вот одна из них была в ногтевой фаланге четвертого пальца, как сейчас помню, кисти. И я эту вот дробиночку выковыривал. Быстров: Ну это под местным наркозом, наверное? Морозов: Нет, а у детей не делается чаще всего операция под местным. Есть такое крылатое выражение в детской хирургии: "Ребенок не должен присутствовать на своей операции". Быстров: Даже на такой, на пальце? Морозов: Конечно, да, ну это все слишком. Хотя я вот сам помню, меня семилетним там зашивали военные хирурги, ну как я понимаю, практически без обезболивания, я помню это ощущение свое. Ну, вел я себя недостойно, кричал. Борисова: Ну а, собственно говоря, вот вы начали свой путь в хирургии, и, кстати говоря, вот в 2000-м году защитили диссертацию, стали самым молодым. Морозов: Да. Борисова: Вот как-то в 28 лет. Почему вы, собственно говоря, решили взять такую ученую стезю? Ведь есть возможность оперировать и не заниматься наукой. В медицине это разделяется, например, как в каких-то других, там математика? Морозов: Великолепный вопрос. Вы, наверное, единственная, кто вот мне за все время моего общения с журналистами задал такой вопрос. Вопрос в точку: нет такой возможности. Это раньше так было возможно. И как раз я попал на перепутье, я же вырос в такой университетской клинике: если ты не занимаешься науками, то ты к своим 40-ка годам как был третьим номером вот на операционном списке, так им и остаешься. Быстров: Так и будешь фаланги оперировать. Морозов: Если хочешь, например, чтобы ты был первым хирургом, чтобы ты владел ситуацией, должен стать кандидатом наук, по какому-то своему сегменту стать лидером. Если ты хочешь принимать решения более крупного масштаба - отвечать за направление, оперировать, например, новорожденных или оперировать там пороки развития мочевой системы или что-то еще, ты должен стать доктором наук. Если хочешь вообще хирургического полета, ты должен стать руководителем клиники. Вот что. А раньше - да, было такое возможно: распределился в какой-нибудь районный город, хирургические клиники активные в то время были в районных городах, ты не занимаешься наукой, ты только оперируешь. Было такое в середине 20-го века, но потом уже... Борисова: Но ведь многие как бы всю свою жизнь эту третью позицию за операционным столом так и занимают. Морозов: Ну да, я, естественно, утрирую. Я знаю людей, например, которые не доктора и не кандидаты наук, но господь к ним повернулся так вот лицом, они потрясающие хирурги и без ученых степеней. Это правда, есть такие, я знаю таких людей, но это исключение. Полностью слушайте в аудиоверсии.

Выпуски
2018
2017
2016
2018
2018
Ещеинтересное