Авторские материалы Продажа лекарств по рецепту: что изменилось?

Росздравнадзор разъясняет. С первого сентября аптеки будут вводить реквизиты рецептов в систему мониторинга. Но это касается только некоторых лекарств, которые и сейчас стоят на строгом учете. В первую очередь средства, в состав которых входят наркотические вещества. Правила отпуска большинства лекарств – не меняются. Ранее появились сообщения, что теперь без рецепта якобы нельзя будет купить даже "но-шпу" и "пенталгин". Что изменится на самом деле – разбирался обозреватель "Вестей ФМ" Борис Бейлин.

С сентября аптеки при продаже некоторых препаратов должны будут предоставлять в систему мониторинга реквизиты рецепта. Информация о нем вносится в учётную систему аптеки. А оттуда автоматически попадает в систему мониторинга. Тут же поползли слухи, что с сентября в аптеках свободно нельзя будет купить ни антибиотики, ни обезболивающие. Ни даже почему-то препараты но-шпа. Хотя в инструкции к их применению написано, что они отпускаются без рецепта. Но тревога в соцсетях нарастала. Мол, перед каждым походом в аптеку, нужно будет сначала обращаться к врачу. Как в некоторых странах Запада.

Минздрав в ответ на депутатский запрос пояснил, что новые требования, по сути, являются техническими. И коснутся они в большей степени алгоритмов работы аптек и не повлияют на реальную доступность лекарств для граждан. А в Росздравнадзора уточнили, что эта норма касается далеко не всех препаратов. А только трех категорий. Во-первых льготных лекарств, бесплатных для граждан. Их и сейчас отпускают строго по рецепту. Во-вторых препаратов, которые приобретаются дистанционно, через Интернет. Здесь также и сегодня нужен рецепт. И наконец, препаратов подлежащих предметно-количественному учету. Как раз этот пункт вызвал волнения у многих граждан. Но это лекарства из особого перечня. Несколько десятков наименований. Те, что содержат сильнодействующие и ядовитые вещества. В списке, например, Морфин, Кокаин. И отдельно медицинский спирт. Все это и сейчас подлежит строгому учету, – поясняла эксперт фармрынка Ирина Булыгина.

БУЛЫГИНА: Что такое предметно-количественный учет? Заводится журнал по определенной форме. Сколько упаковок в аптеку поступило. Это фиксируется в журнале. И на каждую отпущенную упаковку должен быть приложен рецепт. Рецепт остается в аптеке, и она в конце месяца делает отчет. Что столько-то упаковок было на начало месяца, столько убыло за месяц, столько-то рецептов. Вот это предметно-количественный учет.

С осени информация об этом будет поступать в систему мониторинга по сути онлайн. Новые правила должны еще больше усилить контроль за оборотом сильнодействующих и наркотических средств. Хотя, повторю, серьезный контроль существует и сейчас. Но с сентября продать такие препараты в обход правил будет практически невозможно. По крайней мере для этого эти правила и принимались, говорит гендиректор Ассоциации Российских фармпроизводителей Виктор Дмитриев.

ДМИТРИЕВ: Из-за чего возник шум вокруг этой темы? Некоторые аптеки не всегда были честны периодически нарушали правила отпуская препараты без рецепта. Второй момент – выписка врачом этого рецепта. Работа с врачами ведется, и они будут выписывать рецепты как положено. С соблюдением всех требований к рецептурным бланкам, так и к самому написанию этого рецепта.

Напомним, что за нарушение правил отпуска лекарственных препаратов, подлежащих предметно-количественному учету, аптеки наказывают штрафом до двухсот тысяч рублей. Плюс возможно лишение лицензии. И это еще если нет признаков уголовного преступления.

Но, что будет с антибиотиками, жаропонижающими, препаратами от повышенного и пониженного давления, и многими другими лекарствами, которые согласно их инструкциям, должны отпускать в аптеках по назначению врача. Для них правила продажи останутся прежними. То есть от аптек не станут требовать какую-то новую информацию. Поштучного контроля не будет.

Конечно, рецептурные лекарства должны отпускаться по рецепту. Но на практике, как известно, бывает по-разному. Некоторые аптеки действуют на своей страх и риск. Здесь существующая практика, видимо, сохранится. По крайней мере пока.