Время и место Картофель. Что только ни пришло к нам благодаря Петру

САРАЛИДЗЕ: Здравствуйте, уважаемые слушатели. В студии "Вести ФМ" Марат Сафаров и Гия Саралидзе. Это "Время и место".

САФАРОВ: Приветствую, Гия.

САРАЛИДЗЕ: Приветствую, Марат. Итак, по традиции три даты, которые мы сегодня с Маратом выбрали и о которых сейчас будем более подробно в течение нашего получаса говорить.

И первая дата – это 26 августа 1770 года. В трудах Вольного экономического общества появилась первая научная статья на тему картофеля.

САФАРОВ: Да, она и так и называлась: "Примечание о картофеле". Но самое главное, что даже у такого, теперь уже массового продукта, нашего второго хлеба, у него есть такой родоначальник на русской земле – это ученый-агроном Андрей Болотов, который первым в России приступил к выращиванию культуры на огороде. Надо понимать, что картофель до Болотова выращивали на клумбах.

САРАЛИДЗЕ: Ну да, и, конечно, ни о каком массовом распространении в России тогда еще речи не шло. Вообще первый картофель (ну, многие знают это, наверное), что он попал еще в 17-м веке по инициативе Петра Первого. Много инициатив было, чего только у нас ни появилось благодаря царю Петру.

САФАРОВ: Да, но уже в постпетровскую эпоху в 18-м веке, в 1736 году этот новый овощ выращивали на Аптекарском огороде в Санкт-Петербурге и подавали на придворных банкетах в качестве экзотического блюда. Напомним, что это эпоха царствования Анны Иоанновны. Кстати, вот совсем недавно мы ее вспоминали, разоблачая стереотип о том, что ничем она не занималась. Ну вот, тем не менее, все-таки на Аптекарский огород приказала картофель перенести.

САРАЛИДЗЕ: Да. Но вообще надо сказать, что понимали, особенно это в екатерининское время, понимали, что что-то нужно делать с недородом хлеба. Потому что вот вся система сельского хозяйства, она была завязана на хлеб, и как только случался недород – начинался голод. И все это было сопряжено не только с какими-то экономическими передрягами, но и политическими в какой-то мере. Ну, понятно, что голодным народом было тяжело управлять. И собственно о картофеле как раз говорили, что это такое подспорье, это такая страховка своеобразная от этих последствий недородов хлеба.

САФАРОВ: Да. И самое главное, что это потом, уже в конце 19-го века, это очень серьезно покажет себя в тех губерниях и даже у тех народов, скажем, Поволжья, Приуралья, которые не очень были восприимчивы к картофелю и вообще к овощам. Показатели погибших от голода конца 19-го века, в 1891 году вот эти знаменитые истории, в которых принимал участие, как известно, и Лев Толстой, в спасении голодающих. Вот как раз-таки те, кто сажали картофель, да, засухи – понятно, урожай очень скудный, но тем не менее все-таки это не доходило до прямого уже голода. А где мало, то это была уже смерть. Поэтому 18-й век это, в общем-то, определил.

САРАЛИДЗЕ: Да, определил. Но ничего так в нашей стране не проходит гладенько. Понятно, и когда говорят о том, что ну вот крестьяне не хотели сажать картофель потому, что, де, это какой-то характер такой русского человека, который, вот если ему сверху чего-то насаждают, то он всячески сопротивляется. Ну, может быть, не без этого, и не без этого. Но дело в том, что вот по этим циркулярам, которые рассылались, новый этот овощ, под него отбирали прежде всего землю, причем под картофель забирали лучшую землю...

Полностью слушайте в аудиоверсии!